Кесарь земли русской. Трилогия (СИ) - Высоченко Александр Валерьевич - Страница 180

Мы вышли на рассвете по моим подсчетам примерно вначале июня и шли по моему компасу строго на запад почти три дня. На каждом корабле был специально обученный навигатор с примитивным компасом. Задача простая держать курс на запад, и рано или поздно ты упрешься либо в Готланд, либо вообще в свейский полуосров.

Пройти нужно было пятьсот километров по морю. Древнее судно, по моим подсчетам, на веслах развивало примерно 10-15 км в час. Паруса были не у всех, но были и те кто поставил паруса, сразу оторвались от каравана и растаяли в морской дымке, а остальные так и гребли три дня на запад.

Мои три корабля летели на волнах под косыми парусами аки чайки по воздуху и уже к концу второго дня мы пристали к берегу, а первый из кораблей брата Радомира я увидел к исходу третьих суток.

На пятый день мы собрались почти все, все кроме двух кораблей. Толи бедолагам не повезло и они утопли, хотя как можно утонуть в такую погоду, погодка то шепчет, ветерок летний, волны небольшие. А может те корабли прибились к берегу где то в другом месте и сейчас в панике ищут нас.

Я отправил в обе стороны по одной быстроходной чайке и уже к вечеру шестого дня похода мой разведчик привел одно из потерявшихся судов Аркха. Но судно ободритов так и не нашли, а ждать было бесполезно. И так понятно, что переход удался. Радовались все кроме меня. Потому как земля то землей, но что это за земля. Ведь мне то нужен остров Готланд, а мы может попали просто на шведское или свейское побережье, кто его знает. Теперь нужно тупо плыть вдоль берега и ловить местных людишек для допроса и уточнения маршрута движения. Это как старый анекдот про советскую и американскую подводные лодки, что встретились в период холодной войны в Тихом океане. Наш капитан выскочил на мостик с картой и кричит - хей, хер капитан, а где тут Владивосток? Зюйд-зюйд-вест - кричит американец. Да ты не умничай, а пальцем покажи - возмутился наш капитан.

Вот так и я, с картой и компасом ищу хоть кого то, кто укажет путь к Готланду.

Мы уже два дня идем вдоль берега на юг, а я все бегаю по своей чайке и смотрю на берег. Стараясь высмотреть хоть одного человека, что бы узнать, где тут Готланд, а то мы не местные и случайно заблудились. Как ни странно, но мы всеж нашли пропавшее судно уже на восьмой день похода, ну и ладно, теперь время ничего не значит, а то поспешишь-людей насмешишь.

Ночевали мы на берегу, со всеми средстваим предосторожности, с выставлением усиленного караула и вытаскивании кораблей на берег. И я уже догадывался, что остров таки мы просмотрели и сейчас идем вдоль шведского берега на юг, вот только куда дальше, сколько еще идти, земли то безлюдные. За все время путешествия ни одного человека так и не обнаружили.

Утром девятого дня мы пошли вдоль берега отклоняясь южнее и уже к вечеру нашли огромный залив, уходивший вправо, вдаль до горизонта.

Как только наши корабли показались в горловине большой бутылки, то увидели несколько полудракаров-получаек, что убегали в глубь фьорда.

Мы посовещались и решили зайти в гости к уважаемым свеям, или сконцам, или кто тут сейчас обитает, так чисто для ознакомительной цели. Но дойти до конца фьёрда в этот день нам не удалось и пришлось опять ночевать на берегу, а с рассвета продолжать путь в глубь этой проклятой бутылки.

К обеду одиннадцатого дня путешествия показалось небольшое селение, а в селении комитет по встрече. Там было собрано почти все население поселка. Пока мы плыли я пытался сосчитать, и получалось, что мужчин было не больше пяти десятков, еще сотни полторы злых тёток с копьями и щитами почти сотня подростков. Странные люди, а ведь могли сбежать, но не бежали, а стояли и ждали врага, почему?

Я махнул рукой и помощник поднял сигнал 'все ко мне'. По этому сигналу к моей чайке подошли корабли воевод, или капитанов, или пиратов. В общем мы устроили военный совет прямо в море. Основной вопрос состоял только в том, что делать, нападать или попытаться договорится, а если не удастся договорится, то стоит ли вообще применять силу, ведь нас банально могут с фьорда и не выпустить. Там наверняка уже посыльные побежали к соседям и скорее всего идут суда протовикингов на помощь своим единоплеменникам. Совет порешил пристать к берегу и поторговаться, ведь все таки железо мы с собой взяли. Да и припасов прикупить нужно, и обстановку разведать, и про этот клятый готланд узнать. А то я уже чувствовал себя лохом педальным. Пообещал пацанам привести их на Готланд, а привел в какой то дикий фьорд, где даже бабы за копья хватаются, вместо того чтобы просто сбежать в горы.

Встреча была во истину голливудская. Я чувствовал себя капитаном испанского брига, который пришел в Южную Америку.

На берегу стояли воинственные аборигены, только вот бусов у них не хватает и стоят они все в приличной одежде, а не в трусах как аборигены южных морей. И мы все таки не с мушкетами, но и сотни арбалетов хватит, чтобы разогнать это стадо.

Я первым сошел на берег, а со мной четверо самых преданных воинов. Я прошел несколько шагов и встал подняв руку в приветствии. Постоял минутку потом показал на себя пальцем и сказал - я князь Чеслав, пришел к вам с миром и товарами, кто у вас вождь?

Мои слова вначале прокричали с корабля на кельтском, потом на белском, потом еще на нескольких языках. Это были те воины, что пошли со мной в поход из числа освобожденных рабов, что я привез с собой с острова Готланд прошлым летом.

Ноль внимания, потом воин Алларата то же самое прокричал на готском языке, потом попробовали еще несколько человек, опять ноль.

Я почесал затылок, шлем я снял и привязал к ремню на поясе, все таки переговоры.

После такого затянувшегося молчания из толпы прикрывшихся щитами местных аборигенов вышел мужик и сказал, что то на непонятном мне языке. Я честно пытался уловить хоть одно слово и услышал, что то такое далекое, типа 'вик'.

Я повернулся и посмотрел на свою группу переговорщиков и увидел одного человека. Что поднял руку, я махнул и позвал его.

- Что он сказал ты его понимаешь?

- Да, с трудом понимаю, он как то каверкает слова, это не свей, я не понимаю кто он, наверное из геттов - ответил мой переводчик.

- Понятно - протянул я - а что он сказал?

- Он спросил нас, кто мы.

- А что он сказал про 'вик', они что викинги? - переспросил я.

- Нет они бонды, а вот тебя они назвали виком, человеком из залива - ответил переводчик.

- Вик по ихнему это залив, а ты его зовешь почему то фьордом - сказал переводчик - все кто приходит с моря и туда же уходит, то есть с залива, это люди моря, то есть люди залива. А те кто сидит на земле, те люди земли, то есть бонды. Эти местные - переводчик показал рукой на группу людей со щитами - они свободные общинники, то есть бонды.

Я подошел ближе и сказал - мы мирные торговцы, нам нужна вода и припасы, мы привезли железо, керамику и другие товары. Если позволите причалить у вас в селении, то обещаю мирный отдых, а не позволите встать тут, то мы станем вон там у берега - я показал рукой на небольшой ровный мыс.

Местный мужичок что то заговорил на своем языке, а мой переводчик долго слушал и кивал головой, а потом повернулся ко мне и сказал.

По договору, мы имеем право приставать в любом месте, и вести мирный торг. Но заходить на берег на удалении пяти полетов стрел нам запрещено.

Я аж морду скривил от удивления и переспросил у переводчика - это что за договор такой, и почему нельзя заходить на берег дальше пяти полетов стрел?

- У них считается, что люди залива мертвецы, что иногда выходят из царства Хель на берег, а мертвецам по берегу ходить нельзя, а то мертвецы своим присутствием землю оскверняю, к стати - переводчик посмотрел на меня внимательно, как то оценивающе - старик сказал, что им разрешается убивать всех кто своим присутствием осквернит землю, так как мы и так мертвецы, то такое убийство угодно богам.

- Да - задумчиво протянул я - интересно, а они уже подмогу вызвали, а то маловато их что бы нас побить.