Кесарь земли русской. Трилогия (СИ) - Высоченко Александр Валерьевич - Страница 158

Поморы уходили быстро, собрались за пол дня и свалили, а у меня было странное чувство, будто меня обманул кто то. Вот не пойму я в чем прикол, почему так легко сдали мне эту крепостицу воины Дивномысла. Можно конечно предположить, что соседушки сейчас соберут армию и придут отнимать свою бывшую крепость, но нет не то. Глаза слишком радостные, как будто они ржавую копейку мне по цене мерседеса продали.

Нужно подумать.

Дивномысл сказал, что внизу в двух днях по течению реки стоит еще одна крепость и по всему видно, что теперь там будет сидеть настоящий гарнизон. А два дня пути, это как считать по воде на лодках, или пешем маршем.

- Святозар, а ну поищите вокруг крепости, может лодки есть где.

- А что искать то, уже все нашли, все амбары перерыли и даже погребок нашли - ответил Святозар.

- И что там?

- Шесть лодок перевернутые у стен лежат, их снегом присыпало, еще в амбарах полно припасов, а в погребе, что под домом воеводы ихнего там бочки с рыбой и мясом соленым. По всему видно, что гарнизон сидеть в осаде собирался, только вот от кого не понятно.

Да, так я и думал, тут война какая то вялотекущая на границе идет, только вот с кем, неужели с дряговичами, неужели они такие сильные, что пограничники аж свалить решили. А может тут все в названии города.

Хорошая теория, ну например, есть какая то условная граница государства, или союза племен. И на этой границе стоят в глухом лесу гарнизоны, и в этих гарнизонах сидят люди, что отбывают каторгу или нарушители воинской дисциплины грехи искупают. А потом находится какой не будь смелый военачальник и чисто чтобы выпендрится или сорвать куш от торговли с дикарями, выходит далеко за границы своих владений и ставит деревянный острог.

А дикари все это дело не одобряют и начинают периодически нападать на смельчаков. Сидят эти парни и радуются тому, что они вольные и смелые и построили крепость Вильно на реке Вильной, только вот дикари дряговичи с ними не совсем согласны. А смельчаки и сами не рады, уже давно домой свалить хатят, но как уйти, ведь их там на родине засмеют. И вот тут появляется новая идея, пришел мол князь болотный, купил у нас крепостицу и обещался границу охранять.

Если этот князь усидит, то хорошо, дикари весь свой гнев и азарт на его людей теперь кинут, к тому же этому новому князю теперь можно по реке продукты продавать.

А если и не усидит, так и что с того, можно будет прислать опять гарнизон штрафников, пусть крепость отстроят и службу несут.

Так, так, так, и сколько мне людей нужно в этом селении держать?

Я уже посчитал тут есть шесть мужчин рабов и двадцать три женщины рабыни. Что делать с рабами, забрать в Полотск, а зачем они мне нужны. Вернуть в рода, откуда их пригнали, а есть ли те рода, может побили всех родовичей. А вообще зачем мне эта крепость, действительно я ведь не собирался идти походом на юг, мне северные земли нужны, а тут река перекрыта, все равно торговли не будет. А может наоборот, торговля как раз пойдет отличная, ведь у меня есть то, чего нет у других родов, железо. А продукты буду покупать по реке у поморов.

Так, река не очень широкая, но видно, что идет она кроме западного направления еще и на северо-восток в сторону моих земель, вот куда идет, как далеко?

Да крепость тут нужно держать, может действительно эти дряговичи успокоятся если я им торговлю предложу, а то что эти поморы могли предложить дикарям, продукты, рыбу? Так продуктов у лесного народа и так полно, тут мясо под ногами бегает, я уже на кабанов и внимания не обращаю, а они гады тоже на нас внимания не обращают, просто поднимут морды посмотрят на людей и опять занимаются своими делами, всяких там оленей как мух на помойке, а вот я предложу дряговичам железные изделия, это уже что то.

- Святозар - спросил я своего помощника - скажи можно ли эту крепость удержать?

- А почему нельзя, тут две башни поставить по углам и все, стрелков на верх посадить, так даже захват стен ворогам не поможет, отобьемся.

- Хочу тут торговый пост поставить, чтоб железо продавали, а меха и мед у местных покупали, как думаешь устоит ли пост.

- Торговцев все уважают, вот только везти далеко, а ну как на караваны нападать будут - усомнился Святозар.

- Вот и я думаю.

- А вы не думайте - встрял в разговор Тумир - вы эту реку весной проверьте, вон чайки есть, такие же чайки на свою реку Дисну пустите. А там всего сутки по суше пройти и делов то.

- А почему ты назвал эти лодки чайками?

- Так это и есть чайки, шести весельные лодки, летают по воде аки чайки.

Святозар, что скажешь сможешь ли усидеть тут с тремя десятками воинов, я тебе даже всех людишек оставлю, что тут взяли, если нужно еще пришлю.

- Да нет не нужно, я думаю, что ты правильно решил, тут пост будет очень хорошо стоять, и с поморами и с дряговичами торг вести можно, а баб и так на продажу приведут, если этих не хватит.

- Ты мне только дело бабами своими не испорти, я хочу чтоб тут городок надежно встал - посмотрел я на Святозара - не нужно мне рабство, мне нужны свободные люди, которые понимают, что их будущее зависит от верности своему князю, а я о своих людях не забуду уж ты мне поверь.

- Верю князь, я только сейчас добровольцев поспрошаю, а то насильно людей тут оставлять не хочу, а бабы хоть и песьеголовые, но есть. Так что городок жить будет - ответил Святозар - мы лес начнем рубить вокруг крепостицы на два три полета стрелы, под поля, а заодно и под строительство башен.

- А сможешь ли коней прокормить?

- Нет князь, сейчас не смогу, тут зерно и овес в амбаре конечно есть, но только для гарнизона хватит, так что князь коней забери, а вот весной если дашь три десятка лошаденок, то и ладно, нам хватит чтоб и поля пахать и чтоб конными с ворот выехать навстречу ворогу.

На следующее утро я оставил тридцать два добровольца, что согласились жить в новом городище и огромным караваном мы пошли назад. Мне предстояло протащить коней два дня пути по лесу, а как выйдем на лёд Дисны, так заберем своих отроков, что остались сторожить обоз и пойдем быстрее.

Путь был действительно тяжелым. Самое главное, что человек даже этого времени реально является живим существом, то есть не машина, поход, захват замка и почти двадцатиградусный мороз, вытягивал силы из людей.

На второй день, захромала одна из лошадей, а потом и вовсе стала. Пришлось прирезать, остановились сделали большой привал, пожарили мяса, заморозили остатки разделанной конины и тронулись в путь только с утра третьего дня обратной дороги. Мы шли по своим следам, как и положено, впереди ходко двигались дозорные, а потом уже и весь караван. Нового снега за это время не выпало и мы спокойно шли по своим следам.

Я увидел как мои дозорные встали и начали бегать по следу, что то меня насторожило, я отцепил от седла повод вьючных лошадей и медленно залез на свою Фафниру.

Да кобылку фафнира, что я отбил у готского воина я долго не думая назвал Фафнирой, а лошадка не возражала.

Я повернулся и дважды показал пятерню, по моему сигналу на лошадей сели десять воинов, а остальной десяток начали доставать арбалеты и надевать тетивы.

Чужие следы подошли из леса. Неизвестные осмотрели наши следы, что мы оставили четыре дня назад и опять повернули в лес. Следов было два и требовалось их проверить, я проехал сбоку от следа осматривая лесок, заглубился в чашу почти на километр и вдруг увидел две упавшие разлапистые сосны, как раз к этим соснам и вели следы.

Я тронул кобылку левым шенкелем и она послушно отвернула влево. Опасно вот так сразу подъезжать к сваленным соснам, а вдруг там засада, вот я и решил объехать этот валежник, а воины моего десятка медленно повернули за мной и когда мы вытянулись в длинную цепочку я поднял правую руку вверх и опустил её в направлении соснового валежника. Десяток воинов одновременно повернул коней и мы встали.

Что то держало меня, не знаю что, но ехать туда не хотелось, а идти пешком тем более, снега было почти по колена, а биться пешем в таком снегу совсем не айс. Я чувствовал чей то взгляд, этот взгляд изучал именно меня, но тут все понятно, я был одет в свою стандартную экипировку царя зверей, а моя кобыла Фафнира, так это просто рогатый демон из преисподней. Огромная голова медведя, что была надета на моем шлеме мешала наблюдению и я медленно поворочивал голову то влево, то вправо и осматривал лес.