Резонанс (ЛП) - Керамати Нелу - Страница 36

Не важно, поверят ли ему. Теперь он знал, что пытки, которые испытывал всю жизнь, были не из — за болезни в нем.

Они были на самом деле.

Он посмотрел на две другие сети. Самая маленькая, раскинувшаяся не так широко, была синего цвета.

Дилан не сразу понял, кому она принадлежит, а потом заметил мастерскую Ромера и тюрьму Британской Колумбии.

Дилан отклонил голову. Он почти не связывался с Ромером после возвращения из Нью — Йорка. Почему Жнец хранил у себя информацию о местоположении Ромера?

Дилан растерянно обратился к черной сети, его взгляд тут же упал на иголку, откуда выходили все нити.

Квартира Нив.

Дилан отпрянул от стены и посмотрел на три сети вместе. Нив и Ромер почти не пересекались. Была точка в Гастауне рядом с мастерской Ромера, но только и всего.

Общим знаменателем для них была красная сеть Дилана.

Дилану стало не по себе, его недолгая радость испарилась.

Он смотрел, как красная нить сливается с черной и синей. Он не мог избавиться от ощущения, что сам подставил Нив и Ромера Жнецу.

Он принялся расхаживать по периметру, пытаясь увидеть на стенах больше подсказок. Начинало казаться, что все о нем было где — то на этих стенах, информации было много, как в школьном деле, и она была из разных сфер его жизни.

Зачем столько тратиться?

Он добрался до части стены, где были данные, графики и заметки исследований, а еще сложные математические формулы.

Он разглядывал море букв, цифр и символов, не понимая их. А потом из одного абзаца на него прыгнуло слово «суицид».

Его сердце дрогнуло, и он принялся читать, водя взглядом по строкам абзаца.

Гнев закипал в нем, заставляя тело дрожать.

Взгляд устремился в пустоту, он пытался понять, как Алекс мог так его предать.

Потому что кто еще — кто бы ни создал эту комнату — знал о Дилане все, что он рассказал Алексу на сеансах терапии?

Как кто — то мог знать детали кошмаров, тревожащих Дилана, если не Алекс?! Или о том, что Дилан винил себя в смерти матери, о том, что он ощущал себя обузой для всех вокруг него, о том, сколько раз он просил Алекса вытащить его из этой ямы…?

Алекс предал его. День за днем Дилан изливал душу, Алекс настаивал, что кошмары — выдумка его встревоженного разума. Что его предчувствия лишь совпадения.

Он ни разу не упоминал теорию прорыва.

Почему он так делал? Почему годами выжимал из Дилана слова, как из губки, но не давал ничего взамен? Почему скрывал теории от своего крестника, но выдал их в удобной обложке девушке, которую только встретил?!

Его лицо стало пустым, он понял, что не знал, что случилось с Нив после его ареста. Они могли забрать и ее.

Укол тревоги пронзил его, и он посмотрел на черную сеть.

Он разглядывал точки Нив, большая часть была на небольшом расстоянии от ее квартиры. Но южнее, рядом с кладбищем Маунтин — вью, к карте была приколота записка, исполненная от руки.

Дилан склонился и прочел:

«Испуг Наковальни от погружения в землю показывает, как плохо она понимает свое состояние.

Ее слияние включается и длится из — за физического воздействия, она пока что не может управлять этим.

Плохо исполненное влияние Кинетика на надгробия указывает на то же самое. Если бы не его решимость, он бы не смог вытащить Наковальню».

«Наковальня. Кинетик. Хорошо, — кивнул Дилан. — Это уже что — то».

Он опустил взгляд на доклад рядом с запиской, что прочел.

Он листал страницы отчета, пропускал невообразимо сложные математические расчеты, которые не понял бы и за миллион лет. Формулы не только были с особыми символами, так еще и растягивались на страницу!

Формулы напоминали…

«Телепортация?!».

Сломанные связи между фрагментами его мыслей восстанавливались, впервые в жизни он видел это четко.

И все стало наполнено смыслом: ощущение тени рядом с Диланом, загадочные следы в квартире. Даже способ, которым его принесли сюда, в комнату, где не было видно дверей или окон.

Но этого не могло быть, верно? Телепортация была слишком большим прыжком, человечество и близко к нему не подошло, какими бы сложными ни казались формулы. Но при этом он не мог отрицать то, что висело перед ним, не мог отрицать то, что ощущал всю жизнь.

Он прочитал:

«Телепортация (еще известна как Сбои) концептуально проста. Вместо пути из А в Б, Сбой выбирает короткий путь.

Он синхронизируется с прокси в другом измерении, что уже находится в Б.

Временное слияние скрывает его, а, когда связь разрывается, он оказывает в точке Б, завершив прыжок».

«Боже…» — Дилан пропустил остаток текста, пока не добрался до части с названием «НАКОВАЛЬНЯ».

«Материальная синхронизация (известна еще как слияние) — редчайшая форма синхронизации, известная человеку.

Это временное слияние с прокси, что приводит к мгновенному увеличению плотности тела.

Но такое может происходить с прокси, что находятся на тех же координатах, что Основа, вызывающая связь.

Слияние происходит на молекулярном уровне, оно подавляет ток в нервной системе, вызывая онемение. Задержка приводит к вспышкам нервных окончаний вызывая покалывание, как при судороге.

Как только слияние завершено, вспышки прекращаются, и временный морф (Наковальня) связан психически и психологически — со всеми измерениями».

Дилан судорожно выдохнул и посмотрел на записку о Нив и Ромере.

Кладбище. Груда мягкой земли. Если Нив была Наковальней, и если она синхронизировала с достаточным количеством прокси, то она была бы достаточно плотной и тяжелой…

Он попятился от стены, пальцы впивались в густые волосы. Синхронизация измерений могла искажать законы физики.

«Даже ломать».

Он ошеломленно обошел комнату. И он видел, читал и поражался тому, что ощущалось десятками лет исследований синхронизации. Науки, что использовала Нив, Ромера и его как примеры.

Почему их? Почему только их? Они не могли быть единственными в мире, способными синхронизировать.

И, если способность Нив была самой редкой из всех, почему почти все исследования в комнате касались его? И если за ними так долго наблюдали, почему схватили сейчас?

Дилан резко выдохнул. И еще раз, выпуская накопленное напряжение.

Слишком много. Всего было слишком много.

Как он должен справляться с фактами, что исказили его понимание реальности? С ответами, что вызвали еще больше вопросов?

«И при чем тут Алекс?».

Дилан снова огляделся, но не на коллаж на стенах.

Он искал путь побега.

Потому что, даже если его принес сюда Сбой, которому не требовалась дверь, это не означало, что ее тут не было.

Он начал ощупывать стены в поисках двери, двигался по комнате. Он добрался до четвертой стены и склонился на мешки с песком, чтобы проверить за ними.

Но это были не мешки с песком.

Дилан задел окоченевшую плоть, скривился и отскочил, разум вспоминал выстрелы, что он слышал, пока был в багажнике.

Это были тела копов, арестовавших его? Это сделал человек в маске, вонзивший в него иглу?

Если так, не мог ли он быть Жнецом из его кошмаров?

Пятясь от тел, Дилан тер руками о грубую текстуру джинсов, чтобы забыть ощущение застывшей холодной плоти.

Он снова огляделся, в этот раз обращая внимание на небольшие ящики на полу.

Он подошел и принялся рыться в них, надеясь обнаружить что — то, способное помочь побегу. Ключи, оружие, чудо?

Вместо этого он нашел тонкую подушку, потрепанное покрывало, лампу и несколько других вещей, их было мало, если его собирались держать тут пару дней.

За папками Дилан заметил что — то знакомое.

Его сердце сжалось.

«Нет», — он вытащил альбом Нив из — под вещей, его бледное лицо отображало ужас.

Альбом не был старым. В нем Нив рисовала в последнее время. Он листал его, пока она была в душе… вчера…

Казалось, прошла вечность.

Но откуда он здесь? И зачем?