Верная гончая - Королева Настя - Страница 7

– На место, животное!

Перед глазами очень чётко предстала картина из детского «Ералаша», где мальчик жалуется ветеринару на то, что его собака. м-м-м. неадекватно реагирует на простые команды.

Какое отношение детская передача имеет ко мне? Всё просто. Я с трудом сдержалась, чтобы не подмочить свою репутацию!

Старик застыл напротив меня, грозно скалясь и прищурив бесцветные глаза. Вполне возможно, что сейчас моё сердце разорвется, и никакая репутация вовсе не пострадает. То, что испугало до седых волос меня, совершенно спокойно восприняла собачья душа, и, я, она, или мы вместе, оскалив клыки, глухо зарычали.

Призрак явно ожидал не такой реакции и растерянно оглянулся на Ранделла, а хозяин вернул ему ту же монету:

– Даже с собакой справиться не можешь, дядя? – голос мужчины звучал с долей ехидства, но мельком взглянув на него, заметила искрящиеся смехом голубые глаза.

– Это. Как же! – растерянно выдавил старик. – В наше время гончие были покладистыми, во всём хозяина слушались, а это. – на последнем слове прозрачный силуэт лопнул, будто мыльный пузырь, оставив после себя ледяной поток воздуха.

Ранделл с улыбкой на губах покачал головой и сам подошел ко мне:

– Не злись, красавица, дядя Юстас всегда такой ворчун, – куда-то в сторону махнул он и добавил: – Таша, будь послушной девочкой, иди на свое место! – просительные интонации подкупали, ласковые прикосновение пальцев грозились сломить сопротивление, а эта улыбка?

Прикрыла глаза и глубоко вздохнула… Стало обидно за то, что я попала во всю эту нелепую ситуацию, что оказалась на этом месте и не знаю, как объяснить мужчине, что я тоже человек!

Попятилась назад, спрыгнула со стула, но к миске не пошла, а опустилась на живот и положила голову на лапы.

Ранделл, вторив мне, тяжело вздохнул, но ничего не сказал и занял место за столом.

В полном молчании прошло несколько минут. Я скользила по комнате недовольным взглядом, а мужчина замер, будто каменное изваяние, только кончиками пальцев постукивая по столу. Когда в столовой осталась лишь одна служанка, хозяин не выдержал.

Повернулся ко мне и ласково попросил:

– Таша, иди ешь! – наполненная миска манила ароматными запахами, но я упрямо продолжила лежать на месте.

– Как хочешь, – так и не дождавшись от меня послушания, Ранделл приступил к еде.

Правда, и на этот раз его невозмутимость треснула по швам, стоило моему желудку издать голодное урчание.

– Иди ко мне. – обречённо сдался хозяин и подал знак служанке: – Поставь миску на стол.

Я тут же вскочила с места и запрыгнула на стул. Жаль, что собачья мимика не позволяет изобразить усмешку.

А что он думал? По себе знаю, как порой сложно отказать четвероногим питомцам. Старый Мартын, тот самый, который обожал стихи Есенина, никакой дрессировке не поддавался, сколько бы мы с ним ни бились! В конечном итоге мы сдались, сделав для этого интригана исключение.

Воспоминание о человеческом существовании, разбило вдребезги триумф маленькой победы, даже запах овощей с мясом уже не казался таким притягательным. Я долго гипнотизировала миску немигающим взглядом, пока не услышала тяжелое дыхание и сварливый вопрос:

– Тебе опять что-то не нравится?

Умела бы я разговаривать, обязательно рассказала бы ему, что не нравится, но судьба-злодейка сжалилась над хозяином и поэтому я только глухо рыкнула и, зажмурившись, опустила морду к еде. Никогда не задумывалась, каково это – есть без столовых приборов, даже более того, без рук! Оказывается, не так уж и удобно… Или я просто не привыкла?

Первая попытка захватить зубами кусочек мяса и не уткнуться носом в миску – провалилась с треском. Вторая попытка почти удалась, вот только стоило мне немного приподнять морду, как добыча выскользнула из пасти и упала обратно.

Я скользнула мечтательным взглядом по ровному ряду столовых приборов и тяжело вздохнула. Желудок протестующе заурчал, и я попыталась ещё раз. Никакого удовольствия от еды, одно только расстройство.

Когда, наконец-то, миска опустела, и я смогла расслабленно выдохнуть, мысленно похвалив себя за чистоплотность, заметила, что Ранделл уже давно покончил с трапезой.

Он держал в руках чашку с чаем и внимательно меня рассматривал.

– Если бы я не знал, что гончие очень разумные животные, то подумал бы, что в твоем теле заперли человеческую душу. – задумчиво проговорил хозяин, а я чуть не подпрыгнула на месте от счастья.

Вот он момент истины!

Спрыгнув со стула, я подбежала к мужчине и с надеждой заглянула в глаза.

«Услышь меня, пожалуйста! Я человек! Правда! Честно! В самом деле!» Ранделл озадаченно нахмурился и.

Откуда-то сбоку раздался глубокий мужской голос:

– Я, конечно, рад, что ты последовал моему совету и завёл гончую, но вынужден прервать ваше милое общение.

Хозяин тут же отставил недопитый чай и обернулся к маленькому зеркалу на стене, гладкая поверхность которого подёрнулась дымчатой рябью, вырисовывая нечёткий силуэт.

– Ваше величество! – Ранделл почтительно склонил голову и тут же спросил: – Что-то случилось?

Я переводила испуганный взгляд с мужчины на зеркало и обратно, и, кажется, стала догадываться, что здесь происходит.

Скорее всего, мой мозг не выдержал истязаний в виде «собачьи мысли» и я попросту сошла с ума. Этот дом, собачье тело, разговаривающие зеркала, Ранделл, Тибби, Аманда и пузатый дядька – всего лишь плод моего богатого воображения!

А что? Очень логичное объяснение!

Вот только когда сумасшествие меня посетило? В тот же день, как я сбежала со свадьбы? Или чуть позже?

– Покушение, очередное, – коротко ответил тот, кого назвали «величеством».

Хозяин как-то резко подался вперёд, а потом так же коротко бросил:

– Я сейчас приеду!

На этом зеркальная гладь перестала рябить, будто испорченный телевизор и вновь в ней отразилась противоположная стена комнаты.

– Иниго! – громко крикнул Ранделл и пузатый дядька, будто колобок, вкатился в столовую. – Карету! Срочно!

Нужно отдать должное, исполнять вот такие чёткие приказы слуга умел – не задавая лишних вопросов, выскочил обратно в коридор, и, судя по громкому топоту, куда-то побежал.

– Таша, – почти ласково обратился ко мне хозяин, хотя хмурое выражение лица и пелена злости, что заволокла небесно-голубой взгляд, говорили о крайней степени недовольства. – Ты поедешь со мной.

Нет! Никуда я не поеду! Или.

Какая собственно разница, куда ехать с моим воображаемым хозяином? Хотя, должна признать, я и не знала, что в моих фантазиях живут такие особенные личности.

«Поехали, большой босс, открывать новые горизонты моего сознания!»

Моё неразборчивое рычание его мало волновало, тут же на шее защёлкнулся замок и Ранделл повёл меня прочь из комнаты.

Глава 6

Когда я смотрела в окно на город, то упустила из вида много интересного. В двухэтажных зданиях притаились мутные от разводов витрины с неказистыми манекенами в вычурных женских нарядах со множеством рюшей и бантов; редкие деревья вдоль тротуара таинственного грязно-серого цвета с квадратными листьями; сами улицы казались невзрачными и неприветливыми, я бы даже сказала выцветшими. Но все эти детали смазались в моей памяти, стоило увидеть, как по мощёным дорогам лениво переставляя широкие копыта, идут чудовища, а за ними тянутся уродливые катафалки.

Как ЭТО попало в мою больную фантазию?

Чёрное нечто с отблеском синевы на длинной шерсти имело четыре ноги, поджарое тело, и целых две головы с висячими ушами и пятью глазами. Сияющими глазами! Я не шучу! Зрелище настолько же жуткое, как и завораживающее.

Когда Ранделл за поводок потянул меня к этому катафалку с монстром во главе, сердце ухнуло куда-то вниз и замерло, перестав подавать признаки жизни.

Я к нему не пойду! Хоть это и моя фантазия, но я к ней близко подходить не хочу, благоразумно опасаясь за свою жизнь, потому что этот монстр имел неосторожность зевнуть. Всего лишь зевнуть, обнажив три ряда острых как бритва резцов, а я чуть душу не отпустила в свободное плаванье из худосочного собачьего тела.