Верная гончая - Королева Настя - Страница 19

Так, я уже ничего не понимаю… Когда она успела его попросить и вообще, об утреннем ли покушении идёт речь? Может быть, мне стоит готовиться к ужасной жизни, где ежеминутно нужно будет спасать себя и хозяина заодно от неминуемой гибели?

– Убедилась? – несколько иронично уточнил Ранделл, на что женщина затряслась от беззвучного смеха, судя по подрагивающим плечам.

– Мальчик мой, – наконец произнесла она, – вежливость иногда тебя подводит.

Хозяин хмыкнул и развернулся, чтобы уйти, но Ирма резво подалась вперёд, неожиданно оказавшись рядом с мужчиной:

– Я давно не ела, отдай мне свою гончую, одной душой больше, одной меньше. – зловещий шёпот заставил вздрогнуть и меня, в то время как собачья сущность чуть ли не потеряла сознание от страха.

– Ирма, не думал, что ты перешла на четвероногих, – Ранделл казался спокойным, хотя я заметила, как на кончиках его пальцев загорелись серебристые искры.

Нечеловеческий смех огласил комнату, и женщина плавной походкой вернулась в своё странное кресло:

– И то верно, человеческие души куда слаще.

Ужас какой-то… Души? Она питается душами?

Хозяин ничего ответить не успел, как эта ненормальная продолжила:

– Но всё равно, именно от твоей собачки, – она особенно выделила последние слова, – я бы не отказалась!

Всего мгновение и образ женщины рассыпался пеплом, а по комнате прополз зловещий шёпот: «Ты не там ищешь, враг ближе, чем ты думаешь.»

Как только пепел развеялся, осев на пол мелкими хлопьями, Ранделл разочарованно покачал головой:

– Будто я сам не знаю. Только зря приехал.

Очень хотелось спросить, что же он такого особенного ждал от этой дамы, но узнать ответ мне не суждено.

Несмотря на отвратительную ситуацию, в которой я оказалась, мне был интересен этот необычный мир, где всё, совершенно всё не так как у нас. Если не брать в расчёт, что я собака, то можно было бы воспринимать это приключение как необычное путешествие. Я бы расспросила Ранделла о том, как устроен их мир, что такое магия и как она вообще работает.

Но! Моим мечтам не суждено было сбыться.

Уже в карете, когда мы тряслись по дороге домой, как сказал сам хозяин, потрепав меня по голове, я вновь почувствовала тоску и беспомощность, которые прочно поселились в душе. Что я могу? Практически ничего, если только не представится возможность заняться изобразительным искусством и нарисовать пару картинок для одного непонятливого человека. Да и получится ли у меня своим творчеством объяснить доходчиво?

У дверей дома подобострастным поклоном нас встретил Иниго и, поинтересовавшись, где его светлость изволит отужинать, скрылся из виду.

Всю дорогу Ранделл рассеянно гладил меня по голове, напряженно думая о чём-то своём, а сейчас вовсе предоставил мне свободу действий, скрывшись за одной из дверей. Я могла бы пойти за ним, но предпочла отправиться на кухню, откуда доносились умопомрачительные запахи разных вкусностей.

Надеюсь, Тибби меня не прогонит.

Не прогнала, накормила, а когда я съела всё, оставив миску пустой, предложила:

– Держи, зубки поточи! – и протянула мне кость.

На несколько секунд я впала в ступор, рассматривая эту «зубную щетку», а потом робко взглянула на повариху:

«А это обязательно?»

Удивлению моему не было предела, хотя довод женщины более чем весомый.

– Не хочешь? – с недоумением переспросила она, и мне только и осталось, как отрицательно покачать головой.

«Совсем не хочу! Честно слово!»

Мне бы естественные потребности справить, а они мне кости… Настаивать Тибби не стала, посчитав, что я просто объелась, да я и не стала разубеждать. Из кухни вышла и, оглядываясь по сторонам, чтобы никто меня не увидел, поднялась на второй этаж и прокралась в ванну. Нет, я, конечно, хочу доказать хозяину, что во мне живёт человек, культурный и очень сообразительный, но не видом кверху задранного хвоста! Это неприлично! Поэтому лучше тайком сделать грязные делишки, а потом отправиться на поиски бумаги и ручки, душа требует сотворить грандиозную схему, чтобы облегчить кое– кому понимание.

Когда удовлетворила естественные потребности, послышались шаги хозяина, и я только и успела выйти из ванной, как он, радостно хлопнув по ногам, предложил:

– Пойдем, выгуливать тебя буду, прости, я совершенно упустил из виду этот момент.

«Пф! Твоё упущение могло мне дорогого стоить. Вот лопнула бы я ночью, кто тебя тогда спас бы от противного камушка?»

*

В парк, который находился буквально через один квартал от дома, пошла с удовольствием. Люблю прогулки на свежем воздухе! Да и хорошенько рассмотреть город тоже хотелось. Рано или поздно, я вернусь в своё тело, решила остановиться на этом пункте, иначе от безнадежности можно сойти с ума, и тогда у меня будет, о чём вспомнить. Королевский дворец, теперь вот парк! Интересно ведь!

На город опустились сумерки. Прозрачные витрины магазинчиков зияли чернотой, не привлекая внимания редких прохожих разноцветной иллюминацией, что со стороны рыночной торговли не совсем разумно. Непременно, покупателей было бы больше, если простых зевак заманивать яркими вывесками. По дороге неспешно громыхали кареты, разнообразных форм и размеров. От безобразных катафалков до изящных кабриолетов, запряженных всё теми же двуглавыми монстрами. Прогуливающиеся под руку пары выглядели будто люди, сошедшие с картин начала двадцатого века. Хотя одежда мужчин, в отличие от длинных женских платьев с многослойными юбками, выглядела вполне современно.

Я без стеснения рассматривала прохожих, архитектуру и растения, которые удивляли разнообразием оттенков. Вряд ли в нашем мире я когда-нибудь увидела бы вьюн с листочками ярко-оранжевого цвета, да и синие кустарники, притаившиеся у некоторых домов, тоже.

– Нир Ортол, приобрели собаку? – как только мы вошли в парк, навстречу нам выскочил высокий старичок с широкой седой бородой и в длиннополой шляпе.

После происшествий сегодняшнего дня я настороженно отнеслась к якобы добродушному незнакомцу и, покосившись на Ранделла, стала ждать его реакции. Хозяин расплылся в улыбке, и я расслабилась, значит, подвоха ждать не стоит.

– Доктор Эбен, рад встрече! Да, как видите, решил обзавестись живностью, – пожав протянутую руку, мужчина оглянулся, – а где Джесс?

И стоило ему озвучить этот вопрос, как из-за ближайшего кустарника, на удивление обычного зелёного цвета, выскочил огромный чёрный пес.

– Так вот он, мальчик мой! – заулыбался старик, и я поняла, что влипла.

Джесс не сразу обратил на нас внимание, он сначала обошел вокруг куста, будто обнаружил нечто невероятно интересное, и только потом вскинул морду и на всех порах помчался к своему хозяину:

– Иди сюда, мой хороший, смотри какая красавица у нира!

Добродушный старичок присел и раскинул руки в стороны, ожидая своего питомца, вот только пёс на полпути резко сменил курс и решил сам, без посторонней помощи, познакомиться с «красавицей нира».

Честно сказать, на меня напал ступор. Одно дело заниматься с собаками в питомнике, раздавая команды хорошо поставленным голосом, а другое дело оказаться на одном уровне с эдакой чёрной громадиной, которому ничего кроме «гав» и «р-р-р-р» сказать и не могу! И вряд ли он примет эти звуки за «фу», «сидеть» и «нельзя». Поэтому я не придумала ничего лучше, как отступить на пару шагов назад и прижаться к ногам хозяина.

Благо мой поступок Ранделл расценил правильно:

– Джесс, нельзя! – совершенно спокойно проговорил он, удивив меня тем, что, оказывается, умеет командовать собаками.

А чем тогда я заслужила многочисленные поблажки? Это, получается, я у советника на особом положении? Как бы ни было прискорбно от всей ситуации, оказаться любимицей такого мужчины весьма приятно.

Пёс послушно замер, не доходя до меня несколько шагов, склонил лохматую голову набок и, высунув шершавый язык, и с детской непосредственностью стал меня рассматривать.