Буг в огне
(Сборник) - Крупенников А. А. "Составитель" - Страница 52

В сентябре группа Фидрика объединилась с группой военнослужащего Григория Андреевича Дудко. Командиром стал А. В. Фидрик, а политруком — Г. А. Дудко. В течение осени наши бойцы уничтожили несколько автомашин и около 20 фашистов. Партизаны имели радиоприемник, который Виктор Фидрик и Иван Петрушко захватили у немцев в деревне Завершье. Об услышанном с Большой земли они рассказывали жителям.

Поздней осенью 1941 года немцы окружили отряд Фидрика — Дудко в лесу вблизи деревни Русаково. В неравном бою (партизан было 18 человек, а у противника до 80) А. В. Фидрик погиб.

В те же леса прибыли и мы. Нас было 12 человек. Командование объединенной группой было поручено мне, Г. А. Дудко остался политруком. Зимой 1941/42 года партизаны не складывали оружия. Весной мы активизировали боевую деятельность. Группы Дудко и М. Пащенкова уничтожили и обстреляли несколько автомашин, убили 21 солдата противника.

В марте в волчьенорских и окупиновских лесах организовались еще три партизанские группы. Мы установили с ними связь. На совещании 25 апреля 1942 года решили объединиться в один партизанский отряд, который назвали именем Щорса. Командиром избрали меня, комиссаром — Дудко. С целью дезориентации противника группам присвоили номера 51, 52, 53, 54. Командиром 51-й группы утвердили Федоровича, 52-й — Федора Казанцева, 53-й — Николая Вознесенского, 54-й — Андрея Леонтьева. Местом дислокации определили лес возле деревни Волчьи Норы.

В короткие сроки были разгромлены полицейские участки в Сосновке, Трибушках, Межевичах. Фашистских служак, находившихся в крупных гарнизонах, партизаны спровоцировали на выступление и дали им по заслугам. Так была разгромлена в мае 1942 года колонна из 80 полицаев, двигавшаяся из Коссово в деревню Дубитово. Оставив на поле боя 9 трупов, в том числе своего коменданта, полицейские бежали.

Уничтожив мелкие немецкие гарнизоны, партизаны расширили зону своих действий. С большой территории оккупанты не получали теперь ни грамма хлеба, мяса и молока. Партизаны отбивали гурты скота, который забирали для отряда или раздавали крестьянам.

Еще в апреле отряд освоил способ организации крушений железнодорожных поездов с помощью простых средств: гаечного ключа и лапы для выдергивания костылей. Несколько крушений было осуществлено под руководством и при личном участии комиссара отряда Дудко и командира 54-й группы А. Л. Леонтьева. Всего отрядом им. Щорса за период с апреля по июль 1942 года было произведено 9 крушений воинских поездов. Тогда враг усилил охрану железных дорог и наш способ организации крушений оказался затруднительным. Но теперь мы стали осваивать подрывную технику, используя выплавленный или выдолбленный из снарядов и авиабомб тол и капсюли-детонаторы от гранат. С июля 1942 года по апрель 1943 года таким методом было подорвано 24 эшелона. Бесстрашными и изобретательными были наши подрывники П. И. Павловский, Григорий Завируха, Григорий Потороча, Натан Ликер, Йоня Циринский, Николай Болтрик, Михаил Сейфер, Эрих Штейн, Березин и другие.

Очищение значительной территории области от полицейских участков, активные боевые действия и правильные взаимоотношения с населением создали благоприятную обстановку для быстрого роста партизанских отрядов. В Волчьи Норы беспрерывно прибывали военнослужащие, бежавшие из плена, и гражданские лица, скрывавшиеся от преследования фашистов. Здесь само собой возникло что-то вроде военкомата. Название «Волчьенорский военкомат» утвердилось среди населения окружающих деревень, и нужных людей оно направляло точно по адресу. Преданность и боевой дух новичков проверяли при выполнении боевых заданий. В мае 1942 года в отряд вошли четыре бывших военнопленных: армянин Артем Аветисян, грузин Сергей Отарашвили, черкес Мурат Гаджаев и русский Василий Гаранин. Все они оказались настоящими патриотами, стойкими и мужественными. Эта четверка показывала яркий пример дружбы между народами нашей страны.

С небольшими группами в июле 1942 года прибыли военнослужащие Ф. К. Ляпичев и А. Г. Журавлев. Их присоединили к отряду, сохранив за ними самостоятельность и присвоив им соответственно номера 55 и 56. Вскоре эти взводы пополнились вновь вступившими, и численность их была доведена до 70–80 вооруженных бойцов.

Отряд быстро рос за счет местного населения. Комиссар отряда Дудко привел из деревни Чемеры Слонимского района замечательных боевых ребят-комсомольцев, с которыми был связан еще в июле — августе 1941 года. Это были Владимир и Николай Миско, Яков Искрик, Андрей, Николай и Тимофей Хвесени.

В связи с быстрым численным ростом отряда и беспрерывными боями крайне важно было обеспечить партизан оружием и боеприпасами. Много вооружения местные патриоты собрали еще в 1941 году. Они передавали его нам. Исключительная заслуга в этом деле принадлежит Павлу Ивановичу Павловскому и его семье, коренным жителям Волчьих Нор, Демьяну Захожему, уроженцу деревни Коритиски бывшей Белостокской области, Александру Власовичу Фидрику, его сыновьям Владимиру, Виктору и всей его замечательной патриотической семье. Их по праву можно назвать организаторами партизанского движения в этом уголке Брестчины. Нашими первыми связными и помощниками были местные жители — Никифор Лешок из деревни Доманово, Иван Степанович Мазайло из деревни Деревянчица, Илья Парфенович Семенюк из деревни Войневичи (замучен в трибушковской полиции в декабре 1941 года), Игнат Филиппович Валюкевич из деревни Верболоты (погиб в партизанах во время облавы около деревни Рахоловка в мае 1942 года).

Большую помощь врачами-специалистами, медикаментами и хирургическим инструментом оказали отряду слонимские подпольщики, с которыми группы Дудко и Фидрика установили связь еще летом 1941 года.

В июле 1942 года по предложению Брестского областного антифашистского комитета в отрядах им. Кирова, им. Димитрова, им. Ворошилова, им. Щорса, им. Чапаева была принята партизанская присяга, а также созданы партийные организации или партийно-комсомольские группы. Это способствовало организационному укреплению отрядов и повышению боеспособности партизан.

К концу июля 1942 года в отряде им. Щорса числилось более пятисот вооруженных бойцов и командиров. На вооружении кроме винтовок было две 45-миллиметровые пушки, около 40 пулеметов, примерно столько же автоматов, гранаты. С такой силой можно и нужно было провести крупную боевую операцию. Такая операция, в случае успеха, во-первых, воодушевила бы личный состав отряда, укрепила его духовные силы, внесла бы уверенность в победу нашего дела; во-вторых, показала бы населению силу партизанского движения, подняла бы авторитет народных мстителей; в-третьих, внесла бы замешательство в ряды немецких захватчиков и заставила их держать на оккупированной территории большее число вооруженных сил, что содействовало бы успеху наших войск на фронте. Выбор пал на Коссово, где находился гарнизон из 300 немцев и полицейских. Операцию готовили и проводили совместно с отрядами, располагавшимися в гута-михалинских лесах: им. Димитрова (командир Зайцев) и им. Ворошилова (командир Борис Цыган). От отряда им. Щорса должно было участвовать в бою 360 бойцов и командиров с одной пушкой; от отряда им. Димитрова — 70 и от отряда им. Ворошилова — 50. Руководить боем поручили мне.

2 августа партизаны незаметно подобрались к самым окраинам города. Командный пункт вместе с пушкой расположился на высоте к северу от Коссово. Выставлены заслоны, перерезана телефонная связь. Идут минуты напряженного ожидания. Но вот уже рассвет, видны цели, ждать больше нельзя. Даю команду Саше-артиллеристу: «По комендатуре — огонь!» Первый выстрел потрясает воздух, затем второй, третий… Слышатся крики «ура». Ружейно-пулеметная трескотня то стихает, то нарастает с новой силой. Выдвигаем пушку в центр города. Подоспели вовремя. Несколько оборонительных точек разрушили с ближней дистанции. Наконец город — наш, бой выигран. Мы потеряли семеро убитыми и несколько ранеными. Гитлеровцев и полицейских уничтожено более сотни. Около полудня партизаны вернулись в лес. Вместе с ними из города ушло много жителей. Партизаны более месяца, вплоть до крупной облавы в сентябре 1942 года, держали в городе свою комендатуру.