Я подарю тебе крылья (СИ) - Морозова Мария - Страница 41

– Проклятие окончательно и бесповоротно пало, – ответил дракон, вырисовывая пальцами круги на моей спине.

– И каким же образом? Я думала, что это невозможно.

– Я тоже так думал. Почти утратил всякую надежду, смирился со своим положением, но ты смогла меня спасти. И чтобы разобраться в этом, нужно рассказать тебе всю историю их происхождения, – поморщился Рэммиран.

– Если не хочешь, не нужно, – пожала я плечами, – пусть оно останется твоей тайной. У каждого человека есть то, что он хотел бы укрыть от других.

– Нет, – покачал головой мужчина, – я бесконечно доверяю тебе, родная, и не стану этого скрывать. Просто история была не очень красивая. Скорее похожая на кошмар, а не на сказку.

– Не думай даже, что что-то может заставить меня разлюбить тебя, – усмехнулась я.

– Я и не думаю, – дракон мягко коснулся моего виска губами и начал рассказ:

– Давным-давно, еще во время последней войны с демонами, жила в Аллиноре чародейка.

Сильная, красивая, талантливая, она почти сразу после окончания академии вошла в Королевский Совет магов. И ее навязчивой идеей стала безопасность мира и королевства. Женщина была очень обеспокоена нашествиями на Срединный мир. Если ты читала хроники, то должна знать, что демоны были очень сильны, их армии – многочисленны, и люди могли не выстоять против них. И тогда в ее голове созрел план. Она решила заручиться помощью драконов, влюбив в себя одного из них.

– Вы не участвовали в этой войне?

– Нет, – покачал головой мужчина, – драконы не считали нужным вмешиваться в судьбу чужого мира и помогать одной из сторон. Кто-то из нас покинул Срединный мир навсегда, кто-то остался наблюдать за “мелкой возней”, как тогда выразился один мой родственник. Я принадлежал ко вторым. Был очень любопытен, даже азартен, и хотел своими глазами увидеть, чем это все закончиться.

– А каким же образом ей мог помочь один единственный дракон?

Хотя, почему я спрашиваю. Ведь сама только что видела, что он представляет из себя во второй ипостаси. Его размер, прочнейшая броня, клыки и когти… А если прибавить к этому еще и магическую силу, то получается поистине несокрушимое существо. Как бы не были многочисленны демоны, думаю, драконам им нечего противопоставить. Стоит даже порадоваться, что они тогда по какой-то причине не решили подмять под себя ослабленные долгой войной миры.

– Даже через одного можно было получить поддержку целого рода, узнать такие тайны магии, которые прочим и не снились, – подтвердил мои мысли мужчина. – Ведь в то время для того, чтобы склонить чашу весов в пользу людей, было необходимо совсем немного.

– В книгах писали, что именно драконы были сильнейшей расой Троемирья, – тихо пробормотала я.

– Это действительно так, – ответил Рэммиран. – слушай дальше. План чародейки вполне имел право на жизнь. Но объект она выбрала для своих целей очень неудачный. Дракон был молод, горд и ужасно высокомерен. Красивая интересная женщина быстро попала в его постель, и их так называемые отношения длились не один месяц. Вот только дракон, презирая людей как расу, воспринимал ее лишь в качестве удобной постельной игрушки. А чародейка сама попала в собственные сети. Она полюбила мужчину, непонятно за что. Ей уже даже не нужна была помощь с демонами, ей нужна была его любовь и верность. Но дракон не мог и не хотел дать того, чего она так сильно желала. И тогда женщина решила прибегнуть к крайнему средству.

– Приворот?

– Нет, что ты, – усмехнулся он. – На нас не действует такая магия. Все гораздо проще. Чародейка забеременела от дракона, надеясь, что это растопит ледяное сердце. И жестоко просчиталась. Дракон лишь посмеялся над ней, заявив, что никогда не примет неполноценное отродье, как своего ребенка, и прогнал несчастную прочь.

Ран тяжело вздохнул, вспоминая прошлое, а я осторожно коснулась его судорожно сжатых пальцев.

– И она отмстила?

– Отомстила, – мрачно усмехнулся он. – Магия крови неподвластна людям, но она, где-то нахватавшись запретных знаний, придумала совершенно извращенный обряд. Она убила себя и нерожденное дитя, и кровью этой жертвы запечатала меня между ипостасями. Не дракон, но и не человек, я сам стал бессильным и неполноценным.

– Это ужасно, – содрогнулась я. – Пусть она тебя возненавидела, но убивать ради мести собственного ребенка… Немыслимо.

– Да, – согласился мужчина, – хоть я и получил по заслугам, но понять ее все равно сложно. Даже сейчас.

– И никто не смог тебе помочь?

– Никто. Люди все же справились с захватчиками собственными силами, и скоро забыли о чародейке и ее идеях. Драконы же отвернулись от проклятого сородича, а узнав подробности, окончательно перестали появляться в Срединном мире, потом и вовсе закрыли межмировые порталы. Ваши историки немного ошибаются, драконы испугались не демонов. Они испугались того, что решили, будто человеческие маги нашли способ лишить нас крыльев. Сам обряд, конечно, затерялся, и никто в итоге не узнал его подробностей. Но сюда обитатели Вышнего мира так и не вернулись. Ведь крылья – это самое дорогое, чем обладает дракон.

Я погладила напряженные плечи и прикоснулась к губам нежным поцелуем. Бедный мой. Теперь я понимаю и его злость тогда в бальном зале, и тоску, что заметила когда-то на башне. Как тяжело видеть небо каждый день и знать, что ты не сможешь туда подняться. Да, он совершил ошибку. Но уже давно переосмыслил и сполна расплатился за нее.

– Но ведь проклятия больше нет? – спросила я. – Почему?

– Перед смертью чародейка сказала мне, что “проклятье, наложенное жертвой во имя ненависти, сможет снять лишь жертва во имя любви”.

– Что это значило? – нахмурилась я озадаченно. Все-таки жертва – понятие довольно растяжимое.

– Не знаю. Когда-то избавление от этих чар составляло единственную цель моей жизни. Было самой настоящей одержимостью.

– Это совсем не удивительно, – заметила я.

– Сначала я старался избавиться от него с помощью магии, – продолжил Ран. – Перечитал горы книг, пробовал самые разные ритуалы, экспериментировал с зельями. А когда понял, что своими силами не справлюсь, попытался выполнить поставленное условие. Стал искать ту, что смогла бы полюбить меня и помочь.

– И не нашел? – спросила осторожно. Как ни странно, я не ощущала никакой ревности от этих слов.

– Нет. У меня в то время был очень мерзкий характер, – саркастично улыбнулся маг. – А пугающая внешность еще больше отталкивала людей. Я много шишек набил тогда. Растерянный, опустошенный, озлобленный на весь мир. Обжигался, когда думал, что наконец-то нашел сочувствие и помощь, а на деле получал ошейник и темницу.

– Что? – задохнулась я от ужаса.

– Несколько лет я провел практически в рабстве. Многим хотелось получить от меня богатства, тайные знания или силу. Тогда о могуществе драконов еще очень хорошо помнили.

Я только крепче обняла мужчину, молчаливо выражая ему свою поддержку. Да, пусть у драконов полно недостатков, которые заставляли окружающих не любить их. Но теперь я испытала на себе, на какую подлость и низость способен и обычный человек. Увы, расовая принадлежность совсем не определяет душевные качества. Поэтому даже боюсь представить, сколько зла могли причинить моему дракону люди.

– Со временем я отказался от поисков. Решил, что это бесполезно. К тому же, так и не понял, что же за жертву нужно было принести. Да и не хотелось больше чужих смертей и страданий. У меня было достаточно времени, чтобы осмыслить поступки, что совершал, раскаяться в своей жестокости и высокомерии. Я окончательно отдалился ото всех. Заперся в своем замке, обзавелся зловещей репутацией, иногда пуская сюда людей, просящих о помощи.

– Только иногда?

– Да, – ответил мужчина. – Когда это было действительно необходимо. И, несмотря на все слухи, что ходят обо мне, я не творил здесь ничего ужасного. Гнал прочь тех, кто хотел использовать мою помощь во зло. Если помогал, никогда не требовал у просителей больше, чем они могли дать взамен. Ведь часто по-настоящему цениться лишь то, что достается немалой ценой. А умение читать в душах позволяло увидеть все сокрытые мотивы и помыслы.