Два в одном. Случайные враги - Савенко Валентина - Страница 55

«Есть. Дамам, с которыми не планируют долгих отношений, такие вещи не покупают».

«Откуда такие познания?» Хрис так и не поверил, что у меня были близкие отношения.

«Опыт!» — гордо отрезала я.

Правильно, кстати, макушка не вериг в мою многоопытность. Едва исполнилось пятнадцать, мама озаботилась моим замужеством. Следующие два года меня волновали отнюдь не мальчики и поцелуи под луной, которых случилось всего несколько до пробуждения у родительницы матримониальных поползновений. Я изобретала двести один способ вывести потенциального мужа из себя и убедить, что я настолько хороша, что лучше держаться подальше.

Потом я училась. Вначале на телохранителя. После заявления мамули, что охранять я буду ее командную непререкаемость, в Братстве. А дальше был Хрис.

«Врушка! Я сразу понял!» — сообщил Хрис.

Если бы было чем, покраснела бы. А так я бесплотный дух, мне менять цвет лица не положено. Ну да, я немного соврала. Стыдно же признаваться, что в свои восемнадцать даже толком не целовалась.

Хрис как-то странно вздохнул, продолжительно и с облегчением, и начал надевать белье.

«Хрис! А ты чего это томную девицу только что изображал?» — заинтересовалась я.

«Да так…» Хрис покрутил в руках юбку, пожал плечами и надел ее.

«Пуговицы должны быть с другой стороны, — подсказала я. А потом догадалась, вспомнив, как он орал на меня, когда я первый раз мылась и слегка увлеклась изучением его тела: — А! Ты решил, что мне нет восемнадцати?»

Хрис пожал плечами — поняла по движению рук.

Интересно… Тьфу! Прилипчивое какое слово! Для полного счастья не хватает подхватить от охотника его «занятно». Раньше не замечала за дроу такой привычки, кажется, мы его очень удивили. Даже речь контролировать перестал.

Так, о чем я…

«Почему ты вообще решил, что я вру? Что, не только я слегка напутала с возрастом? А?»

Хрис молча воевал с пуговками на блузке, косился на украшенный богатой вышивкой корсет и чулки с подвязками. Обувную коробку он старался не замечать.

«Хри-и-ис!»

«Я не солгал. Я забыл».

«Девичья память?»

«Издержки самостоятельной жизни».

«И сколько тебе?»

«Двадцать один».

«Не верю!»

«Ладно, все равно узнаешь. Двадцать».

«Год никто не хотел брать заказ на тебя. До этого ты успел напакостить почти всем охотникам, которых за тобой отправляли. Хрис, а ты вообще когда из дому ушел?»

«Какая теперь разница?» Он извернулся и довольно быстро справился с крючками на корсете.

«Любопытно».

«Не отстанешь?» Хрис поднял подол юбки и аккуратно вдел ногу в собранный чулок.

«Не-а…»

«В восемнадцать».

«А? Ты же вроде говорил, пять лет самостоятельной жизни?» Не складывался у меня пазл из макушкиного возраста.

«Преувеличил. Немного. Я шустрый», — хмыкнул Хрис, затягивая подвязки и довольно разглядывая чулочки на наших ножках.

За два года успел столько всего и считает, что зря потерял время?

«Я максималист, пироженка! — Он открыл коробку с обувью. — О нет!»

«О да!» Я влюбленно смотрела на изящные туфельки на тонкой шпильке. Зеленый цвет мне тоже очень нравился.

— Вы еще долго? — послышался насмешливый голос из-за двери.

— Уже… — Хрис со стоном запихнул ноги в туфли и одернул юбку.

— Голодные? — Охотник придвинул ногой журнальный столик и поставил перед нами поднос с весьма плотным завтраком.

Пока мы уминали жаркое, глотали салат, давились десертом, который не желал в нас помещаться, дроу молчал. Стоило отвалиться от подноса с чашкой чая с лимоном, как он приступил к допросу… простите, к опросу.

До этого дня я, как и все в Братстве, считала главного охотника существом, лишенным эмоций. Этаким ледяным лордом, все движения души которого отражаются в едва заметном подергивании белой брови. Оказалось, темный лорд очень даже любит повеселиться. Об этом свидетельствовало негромкое хмыканье в процессе нашего рассказа, дополняемого моими репликами, которые Хрис озвучивал дяде. И гомерический хохот, когда я вспомнила, как представилась уборщицей, спрыгнув с потолка кабинета носочного лорда.

Мы вежливо предложили дроу, утирающему выступившие слезы, сделать перерыв. Охотник отмахнулся и заявил, что давно так не веселился и хочет знать все.

«Хорошая новость: он нас точно никому не сдаст. Плохая: дядя намерен повеселиться от души», — сделал вывод Хрис.

«Не будем огорчать дядю», — хмыкнула я.

И мы приступили…

Утром приходящий повар, заглянув в свою вотчину, обнаружил, что подвластная ему территория оккупирована рыжей девицей, чьи туфли стоят прямо на столе, пока хозяйка с увесистым ковшиком на длинной ручке гоняется за владельцем дома. И расплескивая воду, просит выслушать ее. Лорд Арат слушать отказывается. Он, икая и недовольно сверкая покрасневшими очами, улепетывает от босоногой гостьи. На голове дроу гирькой болтается большая розовая летучая мышь. Она писком поддерживает рыжую.

— Господин, я зайду позже? — догадливо осведомился полноватый мужчина, нарисовавшийся на пороге кухни, когда мы почти догнали дядюшку, чтобы избавить его от икоты, начавшейся от смеха.

Дроу увернулся от наших рук и кивнул слуге. Если судить по недовольному взгляду, брошенному на туфли, забытые на столе, это был повар.

— Хватит! — Дядюшка пару раз икнул, отцепил болтающуюся в волосах мышь, пытавшуюся таким нехитрым способом замедлить его перемещения, чтобы мы могли его догнать. Разразившись целой серией душераздирающих иков, охотник обреченно покосился на ковшик с водой. — Давайте!

Стоило убегать, чтобы потом согласиться! Мы-то всего пятнадцатый метод избавления от икоты на нем опробовали.

«Восемнадцатый», — поправил Хрис, протягивая дяде ковшик и поспешно инструктируя, пока дроу не передумал:

— Нужно сесть на корточки, опустить голову между колен, задержать дыхание и сделать как можно больше мелких глотков.

— Не поднимая головы? — уточнил охотник, икая без остановки.

Ну да, именно так меня демоны от икоты мучили… лечили.

— Да, — подтвердил Хрис.

— Дайте тогда трубочку для коктейля, — потребовал дядюшка.

— Зачем?

— А ты попробуй сам выпить из ковшика, не поднимая головы!

Так вот почему мне этот метод в прошлый раз не помог! Демоны чуть меня не утопили, а эффекта никакого.

«Дядю топить не дам! Ангелы к себе наших призраков не пускают», — хмыкнул Хрис, направляясь к полкам.

Охотника от икоты мы все же вылечили. Случайно. Полезли за трубочкой, зацепили кастрюли. На грохот падающей посуды прибежал повар.

— Господин! — возмущенно начал он, увидев нас, сидящих на полу в окружении кухонной утвари, и тихо ржущего хозяина, устроившегося на стуле.

— Все нормально, — отмахнулся дроу.

— Я бы так не сказал, — пропыхтел Хрис, пытаясь снять с головы чугунный горшок.

Как он вообще налез?

«Молча! Чпок!.. И у вас, леди, новая, устойчивая к ударам шляпа! И шишка на макушке от этой самой шляпы, — проворчала макушка с шишкой на макушке. — А если мы сейчас обернемся?»

Ответить не смогла — меня душил смех. Наше озадаченное лицо отражалось в натертом до блеска боке кастрюли, валяющейся рядом. Котелок наделся ровно по брови. Уши остались снаружи.

— Не снимается? — полюбопытствовал дядюшка, знаком подзывая повара и разглядывая наш плотно севший головной убор.

— Нет, это у нас любовь к экзотическим головным уборам проснулась! — огрызнулся Хрис, заметил наше отражение, взял кастрюлю, оценил вид девицы в котелке и расхохотался.

Снимали котелок долго. И масло на нас лили, и мылом мылили, и водой смачивали. И чарами срезать предлагали голову, чтобы жить нам не мешала. В конце концов все вылитое на нас вступило в реакцию, и посудина снялась.

В ванную Хрис отправился сам, мне даже ничего говорить не пришлось. Обидно. Целую речь приготовила о пользе частых и тщательных гигиенических процедур для молодого женского организма.

Хрис