Два в одном. Случайные враги - Савенко Валентина - Страница 19

Судя по плохо скрываемой радости на морде лица Шиза, депеша очень срочная и очень тайная. Настолько, что в светлом королевстве и не подозревают о ее существовании.

«Еловый ты наш, чего замолк?»

«А что делать? Ушибленный — молоток, мог бы нас тут бросить. А так и самоходку оставил, и слугу на растерзание. Двух слуг».

«Потом будешь восхищаться, какой он сообразительный! Тебя только что вежливо послали. А ты леди нежная, но с тяжелым детством».

«Предлагаешь морду ему набить?»

«Не так радикально. А ну-ка, осмотрись… Стой!»

«Стул?»

«А почему бы и нет? Сам сказал, что у нас было тяжелое детство».

— Ты меня броса-а-аешь?! — пискляво возопил Хрис, с трудом проталкивая в окно тяжелый стул.

Светломордость профессионально отпрыгнул в сторону. Сразу видна привычка! Стул громко бабахнул о мостовую у крыльца и красиво рассыпался на части.

— Оплатить! — коротко приказал Шиз опешившему слуге.

«Слышал? Если мужчина платит — женщина не должна ни в чем себе отказывать. Видишь светильник? Тащи!»

Дзинь!

Хрустальные осколки плафона поскакали по камням, ножка покатилась под ботинки ушибленного, с довольной миной наблюдающего за нами.

М-да, неубедительно как-то получается. Чем бы еще в Шизика кинуть?

— Ты! Да как ты мог! Ты меня? Ах ты!..

«Сколько мне орать? У меня ваши любимые фразочки заканчиваются».

«Можешь отправить его в путешествие… сам знаешь какое, у тебя в прошлый раз неплохо получалось».

Хрис и отправил.

Естественно, эльф не отправился, хотя заметно спал с лица.

А! Вспомнила!

«Ящики тумбочек!»

«Зачем?»

«Скандал должен заканчиваться красиво. Тащи сюда и швыряй в ушибленного!»

Тумбочек в комнате имелось две, ящиков восемь. Постельного белья в них — много. Светломордость — одна. Слуга спрятался от тканево-деревянного обстрела под козырьком крыльца. Последовать его примеру Нашему Шизу мешала гордость. Воины встречают опасность лицом! Он и встретил. Вначале — раскрывшуюся парашютом простыню, потом — дно ящика.

— И восемь! — Хрис довольно проследил, как повторно ушибленный выпутывается из ткани. И насмешливо прошептал: — Прощай, мужик, желаю тебе большого настоящего счастья!

И красиво захлопнул окно. Смачно, от всей широкой макушкиной души. Рама треснула, стекла задрожали, постояльцы обратно в комнаты головы спрятали.

— Не думал, что скандалы так выматывают, — устало падая на кровать, пробурчал мой золотой запас.

«Хороший скандал — это тяжелый физический труд и искусство одновременно. Тут без чувства прекрасного не обойтись», — рассмеялась я, вспомнив выбирающегося из простыни эльфа с ящиком на голове.

— Пресветлая мать! — неожиданно завопил не своим голосом на улице Наш Шиз.

— Ви-и-и! — восторженно отозвался женский голос. — А-а-а!

Подбежав к окну, мы увидели, как светлый исчезает в портале в обнимку со счастливой толстушкой. Габариты дамы впечатляли: метр девяносто, два с половиной, два двадцать, два тридцать примерно. Первое измерение — рост, остальные — объемы фигуры. И габариты вместе с фигурой и другими частями хозяйки явно воспылали к Шизику неземной страстью.

«Хрис, это ты его… ею?»

— Похоже на то. — Хрис озадаченно посмотрел на свои пальцы. — Явно чары демонов. Но как?

Мне тоже интересно. Химеры к демонам точно не относятся. Но Хрис уже второй раз сумел применить их проклятье. В моем теле.

«Зови мышиного слугу! Хватай клетки! Побежали!»

Хрис дернул за шнурок, сцапал одну клетку.

«Куда бежим?»

«Домой! Надо успеть перенестись, пока Шизик не отделался от своего большого счастья и не решил нас прибить».

Хрис

Радость, что светлый не вынес меня, влюбленного, мышами окруженного, нарядами увлеченного, была недолгой. Я проклял эльфа счастьем. Маленькое уточнение: большим счастьем. Очень большим счастьем. Причем умудрился провернуть это вопреки защите его светломордости, достойной небольшого приграничного форта. И сделал это, находясь в теле Дэны. В теле химеры. Не демона. Даже не полукровки.

Ладно — мыши! Но ищейка на службе светлой короны? Как?!

Впрочем, сейчас меня, скачущего вниз по ступенькам лестницы, с туфлями в одной руке и клеткой с мышью в другой, больше волновал вопрос: что?

Что сделает с нами проклятый, когда отобьется от габаритной красоты и поймет, кто его осчастливил?

«Надеюсь, их портал закоротило от такой большой красоты», — пробурчала Дэна, когда я забирался в самоходку. Попутно отдавал распоряжения кучеру и слугам — обреченному на наше сопровождение Луцию и приставленному к мышатам флегматичному Митке, — куда определить печально попискивающих нетопырей. Розовые крыланы, судя по кровожадным мордочкам, безумно хотели, чтобы Шиз нас догнал.

В отличие от казенного транспорта, прелести которого мы успели оценить, самоходка счастливого эльфа шла плавно, мягко и быстро. Не прошло и четверти часа, как я выгрузился на краю круглой, окруженной административными зданиями площади, в центре которой располагалась сияющая синевой арка стационарного портала. Сейчас я видел только ее каменный верх на фоне голубого безоблачного неба, остальное закрывали спины высыпавших из зданий путешественников и чиновников.

Торжественно-замогильным голосом Луций сообщил, что идет оплачивать наш перенос, а я отправился смотреть, что же вызвало выброс галдящей общественности на камни площади. Общественность расступаться и пропускать меня не спешила. Будь я собой, пару раз двинул бы плечом и прошел.

«Будь ты мужиком, тебя бы давно послали гулять по всем трем мирам. Или показали основы рукопашного боя. А так терпят. Вон даже бабулька клюкой не огрела, а ты ей на ногу наступил», — не согласилась со мной Дэна.

«Что предлагаешь, креатив ты мой ходячий?»

«Помнишь, как на его ушибленность смотрел, чтобы он понял, что мы в восторге от него?»

«Ну?»

«Сделай такое же лицо, только печальное. Сделал?»

Восторг с печалью? Интересно, как у женщин получается совмещать несовместимое? Тут же явное противоречие.

«Сделал?» — Пироженка противоречия не видела.

Я старательно изобразил что-то вроде гибрида восторженного щенка и печальной морды розового нетопыря.

«А теперь осторожно потрогай за плечо во-он того мужика и тихо, глядя ему в глаза, попроси разрешения пройти».

— Можно пройти? — Бородач, на которого указала охотница, судорожно сглотнул и втиснулся в спину соседа, уступая дорогу.

«Ты что там за рожу состроил?» — удивленно присвистнула Дэна, вместе со мной наблюдая, как после моей просьбы с нашей дороги сдувает зевак. Парочка сдутых даже осенила себя защитными знаками.

«Восторженная грусть, как и просила».

«Да? А по-моему, обещание устроить экскурсию по застенкам всех доменов демонов Нижнего мира».

«Но восторженную же экскурсию!»

А что? Не знаю, что там видят окружающие, но я изображаю невероятный, до экстаза восторг и вселенскую печаль.

Дэна хихикнула.

Продолжая пугать, то есть просить общественность пропустить меня вперед, я прислушивался к радостному галдежу, царящему вокруг.

— Давай, Мери, давай! Он уже выдохся! Хватай его и дави стекляшку! Молодец, Мери! Еще рывок! Ме-ри! Ме-ри! — скандировала высокая дамочка, худосочность и костлявость которой могли оценить разве что собаки.

Лысоватый старикан, трепетно держащий ее за руку, вопил фальцетом:

— Быстрей, мужик! Шевелись! В твои-то годы так ползать — стыд и позор!

Интересно, что там за Мери и за кем она гонится?

«А то ты не знаешь?» — фыркнула Дэна.

«Я предполагаю. Но интересно убедиться лично, желательно незаметно».

— Стой! — А, это старикан получил от жены и резко поменял команду. — Тормози! Так его, Мери! Ме-ри! Ме-ри!

Похоже, местным хорошо известно большое счастье нашего ушибленного. Неужели настолько выдающаяся личность?

«Очень выдающаяся. Трудно не заметить».