Серебряные Листья (СИ) - Кучук Алла Ильинична - Страница 91

— Трей, а с чего ты взял, что он в Зале Ритуалов сидит? Там же ужас как холодно, — сказала я.

— Он убивал там магов. Их сила еще звенит в воздухе. Он будет впитывать ее до последней капли. И… там трон Балора. Он же любит всякие троны… А на холод ему сейчас плевать, как ты говоришь. И на еду, и на воду… Он сейчас переполнен магией.

— Угу, кровушки попил, вот и сыт, и пьян, — пробурчал Бренн.

— Ох, светлая Бригитта, как это можно… — простонала Лелька, часто-часто дыша, чтоб тошноту отогнать.

— Не думаю, что нам Бригитта поможет, — поморщилась Ила. — Никто не придёт. Сами будем.

— А жаль… Натравить бы на этого Ворона нашего Амрисса с его пакостями… — вздохнул Киаран.

— Во-во, Амрисс так и говорил, что покоя не дадут, — ехидно сказал Бренн.

Мы осторожно спускались по той длинной винтовой лестнице, уходящей в самую глубину горы. Она скользкая — кровь на ней замерзла потёками, вся в инее, следов даже не видно, чтобы кто-то тут последние пару дней ходил. Ну, так и Лина говорила, три дня Ворон принцев внизу по одному убивал… ох, страшно…

Что-то, когда мы только начинали свое путешествие, подвиги да приключения совсем иначе представлялись. Всё как-то больше виделось героическое гарцевание на боевых конях с мечами да фанфарами, и армии фоморов колотить. А тут даже не сражались толком… и всё от ужаса к ужасу, как зайцы, бежим… А становится всё только кошмарнее… Казалось бы, что может быть страшнее Хаоса и Балора? А вот тебе, пожалуйста, родной дядюшка — хуже, хуже, хуже, потому что он не древний бог, а человек, такой же, как я сама, с такой же кровью… А значит… и я могу стать такой же, вот что это значит.

— Даник, — шепчу я, и мой испуганный голосок эхом мечется среди каменных стен. Отвлечься, отвлечься от этой мысли…

— Чего? — так же шепчет Аодан.

— А помнишь, ты золотишко зарабатывать подвигами хотел? Всё, что мы заработали, одна овца контуженная, и ту на еду сменяли…

— Ну и Ётун с ней… Удовольствие прибить этого урода — дороже любого золота.

— Ага, — поддакивает Бренн.

— А мне дадите кинжалами потыкать? — храбрится Ила, бледная до синевы прямо.

— Даже попинать дадим, — ухмыляется Киаран.

— Как бы он нас не попинал, — задумчиво вздыхает Атрейон.

Глава 26

Магия крови

Мы осторожно вошли в ярко освещенный круглый Зал Ритуалов, никогда еще здесь не было так светло и страшно. Плыли огни в воздухе целым хороводом. Светились линии пентаграмм. Воздух просто ледяной, аж зубы стучать начали. И весь пропитан запахом смерти.

И ледяной магии.

По стенам вокруг всего этого зала равномерно развешаны тела фоморов. Как бабочки в коллекции энтомолога, только тех булавками пришпиливают, а принцы — их семнадцать, двоих же он во дворе убил, — принцы, маги, сыновья бога Балора, на каменных шипах висят, и видно, что умирали они не сразу. Фоморы же выносливые, живучие, долго истекали кровью, и эти ручьи все к центру сбегались, к каменному страшному трону Балора.

Какая же у него силища, если с ним семнадцать магов не справились… Что мы с Атрейоном, экстрасенсы-любители полудохлые, сможем сделать?

— Наконец-то, — сказал Ворон. — Я уже устал вас ждать.

Он сидел на троне Балора, чуть ли не теряясь в нем. Король был выше его намного, почти на две головы, и соотвественно массивнее, трон по своим меркам делал. Я так, наверное, плясать бы могла на этом троне. И на каких харчах Балор такой здоровенный вырос?

Вокруг Фебала Арвайда полыхала всеми цветами радуги прозрачная сфера, вроде мыльного пузыря. И что-то мне подсказывало, что этот пузырь фиг лопнешь.

— Мочи гада! — заорал Аодан, не любящий тянуть резину, когда можно начать драться. Швырнул в колдуна потоком воды, мгновенно замерзающей в ледяное копьё. Вот научился же…

Лелька стрельнула из лука. Ила метнула два ножа с двух рук. Киаран, запустил здоровенный огненный шар.

Яра с мечом побежала, обходя зал по дуге, я за ней, вопя и размахивая своим Гриэном.

Атрейон и Бренн ринулись с другой стороны.

Короче, вопли, гарцевание — хоть без коней боевых, но именно оно — героическое. И всё это без толку.

Лёд разбился, огонь погас, стрелы и ножи бессильно тюкнулись в эту прозрачную сферу, окружающую весь трон. Мечи, как от камня, отскочили. Кажется, вот он, руку протяни, мечом достанешь, а ничего, не пробиться, не достать.

Бренн нырнул за трон как раз, когда Фебал взмахнул изящно пальчиком. И нас всех разбросало по залу, так об стены приложило, словно отбивные из нас хотят сделать.

— Что бы мне с вами сделать, такого забавного и интересного? — задумчиво пробормотал Фебал, оглядывая зал. Снова махнул пальцем.

Нас всех подняло в воздух и немножко помотало. Немножечко. Почти и не неприятно. Как на качельках. И снова треснуло об стены, ну, чтоб не расслаблялись, понятно же. Просто так убить — это ж любой дурак может, а надо ведь с чувством, с толком, с расстановкой… Чтоб всю прелесть ощутили…

Бренн, улучив момент, пока он развлекался жонглированием нами в воздухе, выпрыгнул из-за трона и попытался воткнуть меч ему в живот.

Меч затормозил о сферу. Твою ж…

Фебал немного удивился, помахал пальцем, видно, отвлёкся, и мы все горохом посыпались на пол. Ох, больно как… Бренну, понятно, ничего. А Ворон бахнул по Бренну очередным воздушным потоком, уже без выкрутасов. Бренн растерянно снова ткнул мечом.

— Мочи, мочи суку! — разорались мы все, раскиданные по всему залу.

— Какая-то глупая ситуация, — произнес удивлённо Фебал, посылая в Бренна огненный шар.

Бренн, как ни в чем ни бывало, попробовал тюкнуть его мечом по голове, ну может сверху сфера послабее. Мда, согласна, глуповато как-то выглядит эта битва.

Фебал посмотрел на свою руку, потом на Бренна и попытался ударить его кулаком. Ха, это он меня, маленькую-слабенькую, может бить, а Бреннчика он фиг достанет. Он увернулся, и в изящном пируэте рубанул мечом по руке Ворона, на миг высунувшейся за пределы сферы. Отлетел отрубленный палец, и Ворон отшатнулся поглубже под защиту, позорно взвизгнул, ага, не нравится, гад ползучий… Как других резать, так первый…

Но гад, не гад, а дураком он всё-таки не был. Сообразил, в чем дело, что почему-то Бренна нашего магией не ухватишь. От трона вдруг оторвался здоровенный кусок камня, и со всего размаху впечатался Бренну в грудь, тот так и отлетел в сторону вместе с камнем.

Мы все аж охнули горестно. Бренн, бедолага, не шевелился, но вроде жив, ударился затылком о пол, сознание потерял. Антимага можно только косвенно побороть. Ворон направил магией каменюку, а дальше она летела согласно закону всемирного тяготения, это уже не магия, это физика. Аодан так же делал, соберёт у него над головой водяное озерце и отпускает, и полилось.

Твою ж дивизию… Последняя надежда, Бренн-антимаг выведен из строя. Но он хотя бы жив. Главное, продержаться, пока он очнется, может… может…

— Пустышка, — прошипел Ворон бешено. — Думали, меня пустышкой можно убить, человек без магии, абсолютный ноль… Но и он всего лишь человек… А я божество! — крикнул он.

Блин, ну чего они все так в боги лезут, что там хорошего… Вон наши дедушки и бабушки не сильно этому радуются.

— Ты не бог, просто пережравший силы маг! — крикнул Атрейон, пытаясь подняться с помощью своего двуручника.

— Когда я вытяну силы из вас, я буду всесилен! — засмеялся Фебал. Взмахнул руками, и нас всех снова подхватило воздушным вихрем, закружило по залу, мотая во все стороны, и все только бессильно барахтались, что тут сделаешь-то. Только Яра упорно пыхтела и дрыгала ногами, и вдруг вывалилась из вихря. Завизжала, поднимая меч, помчалась на Ворона, как фурия. А, ну да, воздух ей подвластен, не удержит.

Фебал резко выбросил кулак вперёд, и она замерла, не в силах двинуться. А я узнала это его движение, точно так же Атрейон меня пленил на Холме Мира, парализовал. И он это увидел, аж застонал от бессильной ярости: