Серебряные Листья (СИ) - Кучук Алла Ильинична - Страница 78

— Какого ритуала? Опять? У вас что, всё ритуалы, наверно, даже в туалет ритуально ходите! Сколько ж можно!.. И почему год всего?

— Ты не знаешь, что тебя ждёт. Что ждёт супругу Балора, короля фоморов. Лучше тебе и не знать, что стало с моей матерью… и матерями моих девятнадцати братьев…

— У тебя девятнадцать братьев? — вытаращилась я. Ого, а я у Даника считала, огромная семья…

— Мы все были рождены в результате страшного кровавого ритуала… призванного сделать нас самыми сильными магами… Других не осталось, да и нас-то, подозреваю, он создал не потому, что сыновей хотел… Думаю, таких сыновей у него было гораздо больше, мы для него — живой запас магической энергии… Раз в сто лет Балор избирает женщину, в которой есть хоть какая-то искра магического дара… и с того дня она живёт ровно год… — прошептал Атрейон.

— Да почему год-то всего?

— Наши женщины вынашивают детей год, а не девять месяцев, как люди…

— Ы-ы… — моргнула я. — А потом что?

— А потом… когда приходит время, Балор убивает свою супругу, вырезая из нее живой ребенка. Ее жизненная сила вливается в сына Балора, десятикратно увеличивая его дар. Я только один раз видел этот «второй» ритуал, он был неудачен, ребенок умер вместе с матерью… и я больше никогда не хочу этого видеть снова…

— А если родится девочка?

— Нет, Анья. Балору не нужны дочери. Ему нужны сыновья-маги. В Самхейн он проведет первый ритуал, и ты зачнёшь для него сына. В следующий Самхейн — второй ритуал… А я… не могу допустить, чтобы после всего, что ты для нас сделала… тебя постигла судьба моей матери.

— Всё, я готова бежать! — сказала я, путаясь в застёжках кольчуги. Пофиг мне на его мотивы, если подворачивается возможность, надо ею воспользоваться.

Но тут меня как стукнуло.

— А что будет с моими стражниками? Если я убегу?

— Казнь, — хмуро ответил Атрейон. — Роирриа казнят.

— Твою ж… Я без него никуда не побегу!

Атрейон чуть заметно улыбнулся, впервые со вчерашней ночи.

— Я знал, что ты так скажешь. Всё равно тебе нужен кто-то, кто защитит тебя.

Он встал, вышел за дверь, я слышала, как он велел Роирриа привести Ллейгана и и Эдвейна. Тот вернулся быстро, и все трое фоморов нерешительно вошли в мою комнату. Увидели на мне кольчугу и меч в руках, растерялись, глаза вытаращили.

— Роирриа, Ллейган, Эдвейн, вы знаете, что грозит Анье… — сказал Атрейон негромко.

— Знаем, — кивнули те.

— Вы хотите помочь ей избежать этой участи?

— Да! — воскликнул тут же Лёлик. — Она вывела вчера моих родителей!

— Чем мы можем помочь Чефф? — спросил Роирриа.

— Мы на всё согласны! — добавил Эдвейн.

— Вы должны отвести ее, куда она скажет. И охранять ее, — произнёс Атрейон. — Вы должны понимать, что вернуться вы не сможете.

— Что тут понимать, — проворчал Роирриа. — Мне мало осталось жить, не жалко потратить эту малость…

— Я готов, — решительно сказал Ллейган. — Я клянусь защищать Чефф даже ценою своей жизни.

— Я клянусь, защищать и беречь, — поддержал его Эдик.

— Я клянусь, — кивнул Роирриа. — Своей честью и своим мечом.

Я не выдержала, подскочила и кинулась обнимать их всех троих. Расплакалась, полезла их целовать. Стражники мои чего-то растерянно задёргались, уворачивались от моих слёз, обьятий и поцелуев. Засмущались прямо.

А Атрейон ухмыльнулся.

— Анья, ты ведёшь себя неприлично, — сказал он. — Идём. Мы должны убежать сейчас, пока солнце в полной силе. Пока мой отец и мои братья не почувствуют…

— Чего?

— Пока они днём плохо ориентируются в этом мире. Ночью мы и шага не успеем сделать, они поймут… Ллейган, Эдвейн, сторожите коридор, задержите любого, пока я не закончу.

Лёлик и Эдик выбежали, Рорик выглянул следом и сказал, что всё чисто. Тогда Атрейон вывел меня из комнаты и велел стоять, не двигаться.

Ну, стою, не двигаюсь, глаза таращу только. Атрейон зашептал что-то, медленно проводя руками вдоль всего моего тела, не касался, нет. От его ладоней я отчетливо чувствовала исходящее тепло. Странно… Его магия почему-то изменилась. Раньше она была холодной.

Он взял меня за руку.

— Идём, — прошептал он. — Иди медленно. Я сделал тебя невидимой для всех. Надеюсь, мы не наткнемся на Арвайда, он заметит тебя.

— А Лину забрать? — спросила я шепотом.

— За Лину не переживай, ей ничего не грозит. Я не смогу вывести двоих.

Повёл он меня за ручку. Роирриа и Ллейган впереди, путь разведывают, Эдик сзади прикрывает.

Я заметила, что рукотворной была только верхняя часть крепости, это, видимо, строили захваченные пленники из арданов. А сами тоннели уходили глубоко в скалу, в основном это были природные пещеры, но кое-где стены прямо оплавлены, магией наверняка в горе пробиты. Зал Ритуалов, куда меня на опыты водили, наверное, вообще в самой глубине.

Мимо нас проносились толпы слуг и работников, людей-рабов, завидев Атрейона, они все жались по стеночкам, кланялись чуть ли не в пол. Встреченные фоморы тоже почтительно кланялись, хоть и не так низко. Ну да, он же принц, понятно.

Меня действительно не замечали. Словно меня нет, словно я пустое место. Я аж сама засомневалась в своем существовании, цеплялась за тёплую хрупкую ладонь Атрейона, как за спасительную ниточку.

Весь этот путь по подземным коридорам прошел для меня, как во сне, когда идёшь-идёшь, а конца-краю не видно, и ощущение такое, что на месте топчешься. Коридоры все одинаковые, как они тут ориентируются, ума не приложу. Одна я бы тут, наверное, весь остаток жизни бродила.

Но наконец мы вышли во двор, полный лачуг, таких жалких, что даже бараками их не назовешь. Там жили рабы, не прислуга, которая может в любую минуту понадобиться, а те, кого угнали на тяжелую работу. Они пробивали новые тоннели, строили крепостную стену и башни дозорные, оборванные, истощенные, грязные. У меня слёзы на глаза навернулись. Только что я могу сделать? Самой бы вырваться, а дальше пусть Лаоклан за свое королевство воюет.

Атрейон подвёл меня к своему уже осёдланному коню-полуящеру. Вскочил в седло и лёгким движением втянул меня, усаживая перед собой. Конь обернул свою зубастую морду и удивлённо понюхал мою коленку. Я дёрнулась испуганно, и конь фыркнул, дружелюбно что ли.

День был пасмурный, по-настоящему осенний, дождь покрапывал. Я порадовалась, что курточку свою не забыла под кольчугу одеть. Фоморы тоже были довольны, солнце глаза не режет, а холод и сырость им вроде как нипочем, привычные. Мои трое стражей нас окружили, их, похоже, и не волновало, что они пешком будут.

Огромные цельнокованные ворота распахнулись перед Атрейоном, словно по волшебству, сами по себе. Хотя чего это я, конечно, по волшебству. Неужто я думала, что он сам пойдёт их открывать, ему магией действовать легче. А за этими воротами клубилась тьма. Что-то двигалось в ней, небольшие смерчи проносились внутри, я, приглядевшись, узнала уже знакомые приземистые тени демонических псов и высокие силуэты всадников-слуа. Кроме них было еще множество каких-то неведомых тварей, зубастых, когтистых, шипастых, да каких хочешь, насколько можно было разглядеть в этой темноте, я всё равно таких никогда не видела, и не могла понять, что это такое. Одно слово — чудища и всё тут.

Увидев все эти красоты со зверинцем, я аж пискнула, не выдержав, и уткнулась лицом в латы Атрейона.

— Тише, — шепнул он.

Я закусила губу, а он спокойно направил коня прямо в этот мрак. Трое фоморов шагали следом. Гляди ж ты, без шлемов своих ушли, даже не морщатся, тучки в тему пришлись, да и они попривыкли уже. Сзади хищно лязгнули створки ворот.

А мгла расступалась перед Атрейоном, Расплескивалась, как Красное море перед Моисеем. Я не выдержала и хихикнула, придумав такую ассоциацию. Твари, похоже, меня чуяли, бесновались, подвывали, но не смели кинуться… Ой, поторопилась с выводами, потому что псы, хрипло лая, попробовали напасть. Безмолвно, как так и надо, Рорик и Лёлик достали мечи и по мордам им! Эдик — лучник, и стрелы у него черные, с шипом вместо наконечника, ловко стрелял в едва шевельнувшуюся тень. А Атрейон просто полыхнул в тварей лавиной чародейского огня, и они разочарованно взвыли, ну кто не сдох, само собой. Я аж обзавидовалась, как у него просто всё получается.