Серебряные Листья (СИ) - Кучук Алла Ильинична - Страница 68

Кстати, под кроватью я обнаружила местные удобства. Ну, в смысле, ночной горшок с крышечкой. И принялась обдумывать коварные планы отмщения. Появится же когда нибудь Атрейон или Ворон, иначе зачем меня сюда тащить… На охранников явно не стоит тратить силы и боезапас… Они, кстати, там менялись под дверью каждые несколько часов, я следила. Каждого нового я приветствовала руганью и матами, чтоб никого не обделить. Когда на смену заступил тот, первый, которому чашкой и грязной водой досталось, я в него еще и метко плюнула из-за решетки.

— Ты теперь будешь мой любимый тюремщик, — гнусно захихикала я, видя, в каком ужасе он вытирается и ныкается в углу, чтоб не доплюнула больше. Хе-хе, надо остальных оплевать, мне всё равно больше заняться нечем.

— Если бы только господин не запретил тебя трогать! — прошипел он из угла, не выдержав.

— А ты ему пожалуйся, что тебя несчастная пленница обижает, — крикнула я, вжимаясь лицом в решетку и снова плюясь. Увы, траектория полёта неудачная, не достать никак. И от решетки больно, блин. Даже не покалывание уже, прямо обжигает, только холодом. Понятно, на лице кожа чувствительнее, потому на руки и одели браслеты, а не на шею ошейник, к примеру. На шее было бы очень больно.

Фомор не ответил, а что тут скажешь, если лупить не разрешают?

Я побродила по комнате, самое паршивое в плену — это то, что нечего делать. Ну совсем нечего. Хоть бы Лина заглянула, что ли… Но она не скоро придёт, она уже была, принесла завтрак — тарелку каши и кусок хлеба. Теперь аж к вечеру ждать надо.

Пипец… Что же делать? Как-то я даже никогда и в мыслях не держала, что меня можно вот так стырить и запереть в клетке. Кто я такая, чтоб меня тырить? Убить могли, но в плен брать, словно принцессу какую?.. Ха, еще и в башне заперли…. Где же тогда мой рыцарь на вороном коне, чтоб спасал меня? Угу, как же. Лучше этот рыцарь пусть к Лаоклану за помощью спешит, за армиями, чем сюда лезет, в крепость, которую демоны охраняют, целее будет. Не-не, я уверена, что мои друзья не забыли обо мне, но как они смогут меня вытащить? Логически надо рассуждать, это всё-таки не сказки, где герой в одиночку армии месит да чудищ пачками раскладывает.

Я услышала шаги в коридоре. Увереные такие, спокойные. Они остановились у моей двери, и холодный голос произнёс:

— Отопри дверь, страж.

— Да, господин Арвайд!

Судя по голосу и быстроте исполнения приказа, страж его побаивался. Я растерянно попятилась, налетела на стул, чуть не упала. Блииин, снарядов нет, Лина «удобства» вынесла. Эх… А я так мечтала встретить дядюшку во всеоружии…

В комнату вошел мужчина лет сорока, весь в черном бархате, роскошный плащ с вышивкой золотом оторочен черным переливчатым мехом. Оружия не видно, только небольшой жезл за поясом. Почему-то у меня и мысли не было, что он может быть так красив, всё как-то думалось, гад, злодей, а зло не может быть красиво. Как говорится, почему бы и нет? Атрейон вон тоже красавчик гнусный, почему бы и Ворону не быть секс-символом? Я вспомнила Лаоклана и свою маму Рианнон. Они все были очень похожи, видно, что одна семья. Арвайды, королевский дом. Одинаковые чуть волнистые золотые волосы, семейные подбородки с намеком на ямочку. И Лелька же такая, пошла в их семью, видно, в маму свою, принцессу Тайвинн. Ой, и Тарион же такой был, наверное, Ворон в юности был копия Тариона…

Ворон оглядел меня, замершую над опрокинутым стулом, шагнул ко мне. Я, разумеется, полезла в угол. Бежать некуда. Атрейон сказал, не убьют. Хотя бы пока. Никогда бы не подумала, что так захочу положиться на его слово.

А он спокойно, всё так же молча, поднял стул и уселся лицом ко мне. И смотрит пристально так. Как вирусолог на новую форму гриппа под микроскопом.

Глаза у него бледные-бледные, странные какие-то. Вроде бледно-сиреневые, окруженные тёмной каймой. Зрачки, как булавки, впиваются. Щеголь, блин, наряженый, понтовый, руки все в перстнях, на груди ожерелье золотое. Как он там, уже на трон задницу умащивает, король Арданнона? А чего не сразу Хай Брасила?

— Для таких сильных возмущений в магическом фоне ты слишком юна, — сказал он. — Кто тебя учил?

— Никто, — сглотнув, ответила я.

— Старый хрыч Гвенн? — приподнял он одну бровь. — Растил себе замену? Ничего, я еще разберусь с ним и всеми остальными зазнавшимися идиотами…

— Ничего не он! — вскрикнула я, пугаясь представившейся картины. Что беззащитные друиды со своими посохами и мирной земной магией смогут сделать против отряда фоморов? — Я самоучка, меня никто не учил, я вообще не знаю, кто этот Гвенн!

Ворон прищурился:

— Тебя поймали недалеко от Дубрав. В землях сидов. Что ты там делала?

— Заблудилась, — нагло соврала я. — Гуляла и заблудилась.

— Можешь не стараться лгать. Логично предположить, что ты пошла просить помощи у друидов и Туата-де-Дананн против фоморов. Ты и вся эта твоя странная шайка… Не понимаю, что вас всех связывает… Тиарн Киаран и его сестра-друидесса, элийский моряк, ичири-воровка, пират, горская дикарка, крестьянин… И ты. Кто ты такая?

— Да я никто, я всего лишь бедная сиротка из приюта… — пролепетала я, пытаясь расхрабрится. Блин, откуда он знает нас всех? Магией какой следил? Но про талисманчики он, видимо, ничего не знает.

— Я велел Атрейону поймать Лианель Лиэсскую, знатную девушку благородного происхождения. А он приволок мне бедную сиротку с сидским мечом, и клянется, что твоя кровь гораздо сильнее крови друидессы. Я сам ощущал силу твоей магии, от нее эхо звенит по всему Хай Брасилу. Кто ты такая? Как тебя зовут?

— У Атрейона спроси, — перепуганно вякнула я.

Он поднялся и одним движением схватил меня за горло. Я даже пискнуть не успела. Подтащил меня поближе к свету из окна, у меня ноги болтались, больно, воздуха не хватает… Ой, блин…

— Мне не дерзят, девочка, — произнес он спокойно, словно и не держал меня на весу, а я не маленькая, хоть и худая, но довольно высокая. — Кто ты?

— Аннис, — прохрипела я, вцепившись обеими руками в его руку.

— И всё? — ухмыльнулся он и заглянул мне в лицо.

Я увидела, как он побледнел. Прямо на глазах, мгновенно. Шумно втянул воздух. И так отшвырнул меня на кровать, что из меня дух чуть не вышибло, аж со стены, об которую я ударилась, штукатурка посыпалась.

— Аннис… — прошипел он, сжимая руку в кулак, а другой стискивая свой жезл. — Аннис Арвайд, дочь Рианнон.

Я судорожно кашляла, скорчившись на кровати и держась руками за горло.

— Аннис Арвайд, — повторил он. — Шестнадцать лет я думал, что ты мертва. Копил силу, собирал знания… Был безродным изгоем, я, который должен был быть князем. Голодал, ходил в обносках, замерзал в сугробах, пока не научился правильно использовать свой дар… И тогда я вернулся, чтобы занять свое законное место на троне Арданнона!..

— Только что говорил о княжестве, — прохрипела я.

— Если убить Лаоклана и его сына, трон по закону мой, — усмехнулся Ворон. — Я, Фебал Арвайд, буду королём, как и должно быть! И ты мне в этом поможешь!

— Ага, держи карман шире, — удивлённо сказала я. — Может, ты и дядюшка мне, но это не значит, что я тебе помогать буду. Совсем того, что ли? Ты же моих маму и папу убил!

— Я не хотел смерти Рианнон! — вскрикнул он, отшатываясь. — Я хотел, чтобы ее вместе с ее ребенком выкрали! Я хотел, чтобы сдох только этот Брайс, тварь проклятая, ублюдок безродный, посмевший прикоснуться к Рианнон!

— Почему? Зачем всё это? — едва сумела выговорить я. — Неужто только из фамильной гордости?

— Я любил ее! — крикнул Фебал Арвайд. — Ты не понимаешь, я ее любил, единственное существо, которое было мне дорого! А она выбрала какого-то ублюдка-гвардейца из королевского полка. Она убежала из дома, когда ей было всего пятнадцать, спуталась с ним… о, проклятье… я ее так любил… — он схватился за голову, вцепился в эти золотые волосы, так похожие на кудри Лианель и Рианнон.

— Она же была твоей родной сестрой… — прошептала я одуревше.