Серебряные Листья (СИ) - Кучук Алла Ильинична - Страница 49

Я подхватила полные пригоршни мокрого песка и погналась за ним по полосе прибоя.

— Спасите! — крикнул Киаран, хохоча, удирал от меня, только пятки сверкали. Ну так не честно, я ж его не догоню, у него ноги длиннее.

Ребята честно его спасали. В меня такой залп прилетел, что с ног сбили. Песка наелась на всю оставшуюся жизнь. Запрыгали все радостно, как же, такую грозную меня победили. Дан не удержался, словил Яру и чмокнул ее, всего лишь в щечку.

Что тут началось! Опять Матриарха обидели, на обеты ее покушаются. Яра заверещала, влепила Дану поддых локтём, схватила здоровенный булыжник, замахиваясь на него.

— Яра! — раскричались все. — Прекрати!

Бедный Даник от нее с этой каменюкой такие круги наматывал по пляжу, пока остальные не поймали ее.

— Но я же с честными намереньями! — вопил Аодан. — Я же честно украл, честно жениться хочу!..

— Зато я не хочу! — визжала Яра в крайней степени бешенства.

— Почему не хочешь-то? — увещевала ее Лелька, держа одну ее руку вместе с Илой. Вторую руку держали мы с Морганой.

— Я его ненавижу!

— Ты же его убьёшь, успокойся уже! — недоумевает прямо Моргана.

— Да я об этом и мечтаю!

— Дан — хороший, красивый, богатый! Завидный жених! — лезет Леля на своей волне.

— Отстаньте от меня все! — орёт Яра. — Прибью этого подлеца и успокоюсь!

Подлец аж за Киарана спрятался.

— Дан, букетики дарил? — тыкнул его в бок Киаран.

— Дарил! Она ими меня по морде хлещет!..

— А ты, Алард, не дарил! — возмущенно посмотрела Ила на своего кавалера. Очень суровым взглядом.

— Ой… Я пошел… за букетиком… — бочком отодвинулся умный Алард и убежал в мгновение ока.

— Кто бы говорил, — язвительно сказала я, видя, что Яра сердито бурчит и уже не вырывается. — Киаран, твои где букетики? Что-то я не видела…

— Так не сезон, — ухмыльнулся тот.

— Ничего не знаю, хоть с кактуса, но чтоб были!

— С чего?

— Всё равно с чего!

— Проклятье… — проворчал Киаран. — Пошел я тоже цветы искать… Вот же свалилась на мою голову…

— Стой! Куда без меня? — воскликнула я, бросая Яру и хватая его за руку. — Кто свидание обещал? Всё, теперь не отвертишься, пойдем погуляем, ты будешь цветочки собирать, а я буду думать, нравятся они мне или нет!..

— Великое Солнце! — мученически возвёл глаза к небу Киаран. — За что мне всё это!..

Цветов мы не нашли, не сезон, что поделаешь. Он, правда, попытался отделаться какими-то позорными лопухами, но я их забраковала.

— Аннис, хватит надо мной издеваться со своими цветами, — ворчит еще тут, недовольный, совсем совесть потерял, а была ли она?

— Да ладно тебе стонать, — засмеялась я. — Ну зато погуляем малость, без этих друзей дурацких с их сварами. Хоть уши отдохнут.

— Это ты верно подметила…

Мы с ним шли по берегу, тихий шелест волн настраивал на романтику, прибой мягко стелится под босые ноги, никто на ухо не орёт, в бок не тычет. Далеко уже вроде ушли, болтаем так мирно, о всяких пустяках. Романтика… За ручки держимся, ой, как мило, аж сама пугаюсь, что-то всё слишком хорошо, слишком уж мило.

— Аннис, как же тихо вокруг, — мечтательно вздыхает Киаран. — Как хорошо без всех этих обалдуев. Честное слово, я рядом с ними чувствую, что мне лет десять, такие ж дети дурные все… Не-не, я против них ничего не имею и даже очень хорошо к ним всем отношусь, но они так утомляют… Я, когда Лиэс свой отстрою, никого из них даже близко к дому не подпущу… Разве что Лианель с Бренном, пусть рядом живут, а то с голоду помрут…

— Ты уже не злишься на Бренна? — удивилась я. Я-то думала, что он возмущался, всё-таки Лианель дворянка, племянница короля, а Бренн кто, пират безродный.

— Разве я злился? Что ты, это ей мужа выбирать, я только приглядеть должен, чтобы человек хороший был. А Бренн мне вполне нравится, толковый парень. Я его у себя сотником назначу, пусть командует, — засмеялся Киаран.

— Повезло Лельке с братом, — захихикала я, поняв, что тот показательный ор и хлопанье Бренна по ушам всего лишь как профилактика были. — Хотя я помню, как ты ее грозился замуж выпхать!

— Можно подумать, она испугалась. У нас в роду не принято девушек насильно замуж отдавать.

— А в моей семье, значит, принято, раз в люльке обручали? — возмущенно воскликнула я.

Киаран пожал плечами.

— Вряд ли бы заставляли. Если бы твои родители были живы, и ты не пропала бы, мы росли бы вместе, дружили… И уже года три как женаты были бы…

— Что? Это… у вас тут что, совсем обалдели? В тринадцать лет замуж выпихивают? Ужас! — ахнула я.

— В тринадцать только, если у родителей какие-то планы на брак детей. С четырнадцати девушка считается взрослой и может сама выбирать мужа. Лианель вот уже год как перебирает, знаешь, сколько к ней парней сваталось в прошлом году, когда мы на турнир ездили? О-о… я отгонять не успевал…

— Лианель же говорила, что ей шестнадцать…

— Угу, как же. Ей только этим летом пятнадцать исполнилось. Это она с тобой равняется, хочет на тебя похожей быть.

— Зачем?!

— Она же от тебя в восторге, — хмыкнул Киаран. — Даже слова у тебя перенимает, ругаться начала…

— Ы-ы… бестолочь…

— Во-во, один в один. Храбрая она стала, решительная. А раньше очень хорошая была девочка, милая, скромная, послушная… — расхохотался он. — Аннис, ты людей портишь!

— Дурак какой! — топнула я ногой рассерженно.

— Он расхохотался еще сильнее.

— А ты у нее привычки подхватываешь!

— Не кидаться же мне на тебя с кулаками, как Яра на Дана… — отвела я глаза, смутившись. Вырвала руку из его руки, отступила на шаг.

— Бедный Дан… Украл себе вечную головную боль, — хихикал Киаран.

— Так ему и надо! Нечего девушек красть! Феминисток на вас нет, мужики дурные, совсем страх потеряли! — Я еще сильнее топнула и оступилась на присыпанном песком камне, шмякнулась на пятую точку. — Ай!..

— Аннис! Ты что! — он подскочил ко мне, опустился на колени. — Ударилась?

— Кажется, я ногу вывихнула, — простонала я, держась за дико болевшую щиколотку.

— Холера… Не дёргай ногой, дай сюда.

Он осторожно взял мою ступню в ладони, бережно ощупал сустав.

— Ничего не вывихнула. Растянула просто.

— Откуда ты знаешь? — у меня аж слезы на глазах выступили, так было больно.

— Что ж я, вывих отличить не могу? Сустав на месте, сейчас туго перевяжу и всё в порядке будет. Лианель тебя быстро на ноги поставит.

— Опять ту ее гадость пить? — передёрнуло меня.

— Это ж не рана, пустяк какой, не переживай.

— Это тебе пустяк, а мне бооольно!..

— Не дергайся, и не будет больно, — Киаран оторвал от своей рубашки полосу ткани и принялся ловко и туго обматывать мою щиколотку.

— Что ж у нас с тобой, как ни свидание, так какие-то передряги вечно… Эх… — проворчал он.

— Невезучая я, — вздохнула я.

— Похоже, и я невезучий…

Голос у него как-то притих, чувствую, по забинтованной щиколотке гладит, и рука его вверх по лодыжке ползёт. Задумался что ли о невезучих свиданиях? Во, уже до коленки добрался, шустрый!

— Ты что делаешь, Киаран! — я вспыхнула от смеси смущения и, черт бы всё побрал, радости. Ой, как же меня к нему тянет-то… Зараза такая… Караул просто.

Киаран отпрянул, мгновенно покраснел помидоркой, руку так отдёрнул, словно не нога, а сковородка раскалённая. Забормотал:

— Аннис, прости… Я не хотел… Я нечаянно…

— Ты еще «больше не буду» скажи! — рявкнула я на него со злости.

— Ой, холера!.. Аннис! Проклятье… Чтоб меня демоны разодрали… Аннис, ну сколько можно меня изводить? Я же не каменный! — вскрикнул он. — То купаться при мне лезешь, то пальцы облизываешь, то ноги тут!.. Зараза! Сдохну я с тобой скоро, откуда ты только на мою голову свалилась!

— Че-че-чего? — я разве что поморгать и сумела.

— Зараза ты заразная! О Великое Солнце, угораздило же меня влюбиться в такую язву!

— Чего? — снова тупо переспросила я, думая, что вот они, здрасте, глюки.