Серебряные Листья (СИ) - Кучук Алла Ильинична - Страница 31

— Ой, ущипните меня кто-нибудь, он что-то объяснял, махал руками, складывал пальцы в разные сочетания — да-да, дули там тоже были. Костёр наш то совсем затухал, то взмывал почти к кроне дерева, я пугалась, загорится еще… Лианель со страху котелок с супом ухватила и оттащила подальше, а то испортят. Огонь плясал и вокруг нашей полянки, летал кругленькими слитками, выписывал зигзаги, катился волнами. У меня ничего не получалось, сколько я эти дули не крутила. А Киаран таращился на прутик в руке, не размениваясь на великое, мол, начинать с маленького надо. У него этот прутик загорелся.

— Вот черт. Я же маг, я же могла.

— Не расстраивайся, Аннис, — посмотрел на меня, совершенно отчаявшуюся, чародейский дедушка. — Твое дело запоминать теорию. Ты родилась магом, тебе не надо учить или создавать заклинания, как другим, тем, кто на мага учился. Каждый выброс понемногу разрушает барьер. Само получится. Ты будешь действовать инстинктивно, пока не сломаешь свой блок, словно бабочка, выбирающаяся из кокона.

— Чего ее учить, вся твоя теория — собрать энергию и перенаправить, — проворчала я.

— У меня получается, получается! — заверещал аж радостный Киаран, держа прямо на ладони небольшой огненный шарик. Вот же мерзавец такой, получается у него… Обидно прямо.

— Хорошо. Только старайся контролировать приток энергии, иначе быстро опустошишь резервы и останешься без магии на какое-то время. Резервы пополняются, кстати, от ваших стихий, от огня, воды, земли, воздуха… у кого что…

— Ила, а тебе что, спать надо больше? — удивилась Лелька.

— Я и так сплю, куда ж еще, — хихикнула та.

— Лианель и Илланто я ничему не могу научить, не в моей власти их дары. А Бренн… с ним вообще особая история, — покачал головой Амрисс.

— Я что, тоже маг? — удивился тот.

— Нет, ты скорее антимаг. Тот, кто мага может убить. Твой дар разрушает любые чары. Ни один маг тебе не в силах навредить, разве что косвенно, вроде как я у тебя меч забрал.

— Так вот почему я не сдула тогда эту заразу рыжую! — воскликнула я. — Так напугал меня!..

Бренн довольно ухмыльнулся и показал мне язык.

— А я что могу? — вмешался Аодан. — Я могу так же что-нибудь забавное делать?

— Забавное? — Амрисс потряс фляжку и огорченно сделал вид, что она пустая и была. — Ты, Аодан, всё тоже самое можешь делать, как я Аннис и Киарану показывал, только вместо огня представляй воду. Огонь тебе не подвластен, а вода — твоя стихия.

— Зашиби меня Мьёлльнир, и где я в бою, к примеру, воду возьму? С вёдрами везде ходить что ли? — заворчал Аодан.

Мы все злорадно расхихикались, представив здоровяка Аодана с двумя вёдрами воды, бегающего по полю битвы.

— Вообще-то вода повсюду, в земле и воздухе, просто научись ее призывать в нужный момент и концентрировать в нужной точке…Ну вот, детишки, я вам пищу для ума дал, тренируйтесь, только лес не спалите. А мне пора. Засиделся я что-то с вами.

И как сидел, так и растворился. Мгновенно. Словно и не было никого, только фляжка лежит на том месте.

— Холера! Он наше вино всё выпил! — вскрикнул Киаран, хватая фляжку и тряся ее.

— Вот они, дедушки какие пошли… Лапши на уши понавешивал, вино выхлебал и смылся… — проворчал Аодан.

— И мою заначку слопал, у меня тут кусок колбасы лежал, — огорченно вздохнул Бренн. — И когда успел, спрашивается…

Глава 10

Жрица

Второй день мы ползли по горам. Черти куда лезем, то вверх, то вниз, то ущелье, то козья тропа, перевал прошли. А впереди громоздятся горы — еще выше, еще страшнее, занесённые снегом, с ледяными шапками. Ой, только бы не туда, седьмой, ты что, дурак совсем, в такие места забираться?

Ила говорит, что надо торопиться, седьмому грозит смерть. Она чувствует, что он в смертельной опасности и летит по этим кручам впереди всех, чутье ведёт ее, словно гончую. Из-за ее энтузиазма даже я почуяла, что меня словно что-то тащит на север. Остальных, наверно, тоже.

Спешим, лошадок в поводу волокём. Хоть бы не пришлось бросать их, а то я к Искорке своей уже привязалась. Местность вокруг пока кое-как проходимая, горы лесистые, не такие высокие, как те, что впереди сколько хватает глаз.

— Осторожнее надо, тут дикие племена водятся, — сообщил Киаран. — В каждой долинке свой король… Нарвёмся — пожалеем.

— Они пожалеют! — рявкнул Аодан. — Я зря что ли третий день тренируюсь?

— А толку, — хмыкнул Бренн. — Только меня водой облил…

— Зато я антимага победил! — хохотнул Аодан. — Косвенно, как дедуля говорил.

— Пираты воды не боятся!

— Ничего, вот освою я новую задумку… — злорадно потёр здоровенные ладони Аодан. — А всё равно, надёжнее топора ничего нет, никакая магия не поможет, если голова пополам…

— То-то вы свои мечи-топоры ловили тогда, — подначила Ила. — Когда дедуля, как ты говоришь, тебя, Дан, по лбу приложил твоим же топором…

— Да у него опыта семьсот лет, — обиделся Аодан.

— Угу, — поддакнули Киаран и Бренн. Конфуз же какой, таких вояк и так запросто одолели.

Мы вышли на очередной перевал и замерли, разглядывая огромную лесистую долину внизу. Неподалеку виднелась большая деревня, вились дымки, лаяли собаки, пахнуло ароматом свежевыпеченного хлеба. Огородики за лачугами, небольшие поля вокруг, вроде полянок посреди леса.

— Оп-па… — сказала я. — Тут люди живут. Это ваши, арданы, или племя какое чужое?

— Наши вроде тут уже не живут, в предгорьях только, — зашептал Киаран. — Ила, ты что чуешь? Обойдём?

— Мне кажется, я видела именно эту долину, — нахмурилась Ила. — Меня сюда тянет.

— Как нам седьмого-то искать? Не можем же мы бегать по деревне и каждого спрашивать, — буркнул Бренн. — Я представляю: «Не ты ли Хранитель Хай Брасила?»

— В дурку отправят, — хихикнула я.

— Куда?..

— Сумасшедшими назовут, — исправилась я.

— Это дааа…

— Я думаю, в деревне нам будут не рады. В горах люди не любят чужаков. Давайте лучше тихонечко подкрадёмся и поглядим. К кому-то же должно потянуть, как Ила говорит, — предложил Киаран. — А дальше видно будет…

Быстро темнело. Сейчас бы привал устраивать — костёр, ужин, одеялки… Так нет же, лезем куда-то, в какую-то левую деревню с какими-то дикими туземцами. Лошадей мы привязали в лесу у перевала, а сами осторожно крались, обходя деревню с подветренной стороны, чтоб собаки не учуяли и шум не подняли.

В деревне, между тем, какой-то праздник намечался. Носятся там все, что-то делают, собак вот, да и всю остальную живность — коз, овец, кур, — в сарайки позагоняли, чтоб под ногами не толклись. Мы засели в кустах на окраине, за собственным шумом деревенские не слышали, как мы там ломимся… Ну, собственно, ломилась только я, остальные ловкие, умелые, Иле даже юбки не мешают.

Сидим в кустах, народ разглядываем, что на площади деревенской толпится, что-то в центре окружает. Отличный обзор, площадь как на ладони.

— Ну что, кто-то нравится? — спросила Лианель шепотом.

— Неа, — шепнул Бренн. — Странные они тут какие-то… на рануян смахивают, только дикие…

Если сравнивать с единственной рануянкой, которую я видела, с Олинорией с ее интересным нарядом, так действительно диковато выглядят. Смуглокожие, невысокие все, в шкуры звериные одеты, оружие у всех, и у женщин, и мужчин — копья да луки. У женщин волосы во множество косичек заплетены, просто увешаны все костяными брослетами и бусами. Мужчины сурового вида, хоть и невысокие, но крепкие, и на каждом кожаная маска на лице, глухая, только узкая прорезь для глаз. А хотя нет, я разглядела, под шкурами нормальная одежда, шерстяная вроде. Наверно, это что-то ритуальное. Традиции, мол…

— Ой, а детей-то тоже не видно, попрятали. Не для детских глаз праздник. Это чего они задумали?

Раздался пронзительный женский крик, и вся эта толпа расхлынулась по сторонам, мужчины молча и почти незаметно, а женщины, ликуя, тыкали пальцами в небо, указывая на появившуюся луну, повторяя срывающимися на визг голосами: