Невеста для Поваренка (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 20

- Мы сможем отремонтировать корабль?

Осунувшийся от усталости плотник кивнул и скупо добавил:

- Перевернуть на бок. Заделать пробоину. Просмолить. Починить грот-мачту. И залатать паруса.

- Сколько? - так же деловито осведомился Антон.

- Неделя.

- Нет. Капитан? Вы же понимаете, что это недопустимо долго?

- Сальва, ограничься только самым необходимым, - устало приказал капитан. - Два дня. А после мы уберемся отсюда как можно дальше.

- А как же крысиные сокровища? - неожиданно подал голос Лех, жадно стуча зубами о миску.

Он уже умял всю похлебку и выглядел неплохо, если не считать распухшей щеки и заросшего жесткой щетиной лица.

- Чтоб я больше не слышал о них! - зло ответил Кинтаро, и Антон был с ним согласен.

- Анжи… - тихо шепнула княжна и взяла его за руку. - Мне надо с тобой…

- Только посмей заикнуться о карте!

- Мне надо…

- Ты не поняла?

- Мне надо в кустики! - выпалила Юля. - Проводи меня, пожалуйста.

Только кустиков не было, поэтому девушке пришлось идти до выступающих в море валунов, пока Антон караулил ее сиятельное княжество от нескромных взоров. Тем временем, Дылда с молчаливого согласия капитана занялся благоустройством их временного убежища. Пещера в скале оказалась довольно сырой, зато чуть выше по камням была другая, не подтопляемая пресным потоком и вполне пригодная для обитания. Туда и перебрались, перетащив уцелевшие вещи со шхуны. Вход перегородили камнями и ветками, защитив от ветра и холода, и навесили остатки парусины. Плотник соорудил импровизированный очаг, дающий тепло усталым людям и надежду на благополучный исход их затянувшегося путешествия. Они обязательно отсюда выберутся, и этот кошмар закончится…

- Анжи, - позвала его княжна. - Я думаю, что это остров Поварёнка…

- Ничего не хочу о нем слышать! - Антон раздраженно повернулся к девушке и осекся.

В ее глазах стояли слезы.

- Мне страшно. Ирису куда-то исчезла. А если она погибла?

- Кошки живучие, - пробормотал юноша. - Мы найдем ее и обязательно выберемся отсюда.

- Но если это его остров, - неуверенно начала княжна, - разве не лучше будет узнать, что значила та песенка на карте?

- Ты опять за свое!.. - мгновенно взъярился Антон.

- Подожди! Там другой припев! Не тот, что капитан напевал. Слова немного отличаются. Я хочу разобраться, вдруг нам понадобится…

- Не понадобится, - отрезал Антон, беря девушку за руку и таща за собой.

- Да подожди же! - уперлась она. - Я просто напишу слова на песке, а ты прочитай и переведи! Ну ведь от этого не будет никакого вреда, верно?

- Это колдовство, дура! - не выдержал юноша. - От него всегда один только вред! Даже если ты просто думаешь о нем, оно уже победило, понимаешь? Колдовская сила питается нашими мыслями, страхами, тревогами! А ты!..

- А я не боюсь, - упрямо сказала Юля. - С тобой ничего не боюсь…

Его сердце оборвалось и рухнуло в гулкую пустоту, застучавшую в висках.

- Не смей! - он дернул девушку к себе и вгляделся ей в глаза. - Не смей в меня влюбляться!

- А ты отпусти меня… - прошептала она, не решаясь признаться, что уже поздно.

Но отпустить ее было совершенно невозможно. Антон продолжал удерживать Юлю, приблизившись к ней вплотную, чувствуя ее горячее дыхание у себя на щеке.

- Не могу… - ответил он и поцеловал ее.

Он целовал по-мальчишески жадно, запустив пальцы в волосы и запрокинув ее голову назад, углубляя поцелуй, чуть прикусывая нижнюю губу и наслаждаясь каждым мгновением украденного счастья. Но Юля все-таки уперлась ладонями ему в грудь и отодвинула от себя, задыхаясь и краснея.

- Я должна выйти замуж за другого…

- Нет. Ты никогда не выйдешь за Густава, - возразил Антон и коснулся пальцем уголка ее губ, очерчивая их контур, а потом вновь целуя.

- Но я помолвлена!

- Ты вернешься домой… - еще один поцелуй. - И опять станешь сиятельной княжной… - поцелуй, поцелуй и еще один поцелуй. - И выйдешь замуж за равного себе, но не за Густава… Этот мерзавец никогда…

Юля вдруг оттолкнула от себя Антона и грозно нахмурилась.

- Что ты такое говоришь? За кого это ты собрался меня выдать?

Юноша потянулся к ней, но она уклонилась, неожиданно сделавшись похожей на разъяренную кошку. Глаза сверкнули зеленым переливом.

- Целуешь, а жениться не хочешь? Я недостаточно хороша для тебя? - от обиды ее голос дрожал и срывался.

У юноши перехватило дыхание. Жениться? Совсем сошла с ума. Надо было ответить резко и грубо, осадить глупую девчонку, чтобы она раз и навсегда выбросила его из головы, но видеть боль в этих глазах было невыносимо. Он покачал головой, на мгновение ужаснувшись реакции Хриз, когда та узнает, в кого он влюбился.

- Это я недостаточно хорош для вас, сиятельная княжна, - горько сказал он. - Или вы забыли, кто я? Так я напомню. Безродный нищий бандит. Возвращайтесь в пещеру. Холодно.

Он повернулся к ней спиной, но Юля топнула позади него ногой и запальчиво потребовала:

- Прекрати выкать и немедленно сделай мне предложение! Как положено!

- Да пошла ты! Дура ненормальная!

- Ах так? Тогда пеняй на себя!

Капитан со страхом разглядывал изгрызенную металлическую миску, спрятанную в камнях. Кто-то из них… Сомнений больше не осталось. Легенды не врали. Поварёнок действительно превращает людей в крыс. И один из них снюхался с крысиным колдуном и загнал их в эту ловушку. Но кто крыса? Дылда? Он убил прошлого владельца карты, капитана Таша, который обманом выдурил карту у Поварёнка. Но кроме этого на головореза больше ничего не указывало. Парус он повредить не мог, разве что у него был сообщник. Юля? Слишком большой интерес к карте, но такое простодушие едва ли можно сыграть… И крыс она боялась не на шутку, да и силенок задушить шкипера у нее бы попросту не хватило. Анджей? Одного роста со шкипером, мог задушить, мог обзавестись сообщником на корабле, Джеком, например, а потом с помощью Дылды от него избавиться… Но девчонка упрямо твердила, что Анджей никуда не выходил и был с ней во время убийств. Врала, или сама обманывалась? Сальва? Плотник был чуть выше шкипера, имел возможность, но не мотив. У него осталась семья на берегу, было куда возвращаться. Зачем ему продаваться Поварёнку? Представить Малсара, грызущего брус корабля, тоже было решительно невозможно. Энрику? Искреннее отчаяние, когда тот узнал о смерти Джека, которого считал сыном, было неподдельным. И он сидел под замком во время убийства шкипера. А с другой стороны… У боцмана имелся зуб на Кинтаро после той попойки в порту Гризеля, а терять, в отличие от плотника, ему было нечего. Он вполне мог позариться на крысиное золото. Матросы? Никита был на целую голову выше шкипера, здоровый детина, а если верить Дылде, то убийца одного роста с Костакисом. Маленький Педро исключался по той же причине. Оставался Лех… Капитан поморщился. После безобразного разгула в Гризеле он высадил Леха, как главного зачинщика, на крошечный островок, оставив ему бутылку рома и уплыв восвояси. Это было обычное наказание для серьезно провинившихся матросов. Недели в одиночестве тому должно было хватить, чтобы выучить урок. Но Леха еще раньше подобрали рыбаки, три дня спустя он объявился в Зевастале, присмиревший и все осознавший. Капитан не желал больше брать его в команду, но Лех был отличным такелажником, который чуял ветер и ловко управлялся с парусом. Такие на дороге на валяются. Кинтаро нахмурился. Краска для волос… Странно это все… До сих пор он не замечал у Леха седины, разве что… Мужчина растеряно провел ладонью по своей выбеленной шевелюре и поежился. После той встречи с Поварёнком он сам весь поседел. А если предположить, что Леха подобрали не рыбаки? И это его странное недомогание… Зубы болят… Но жрет за двоих…

- Капитан? - глупая девчонка оторвала его от размышлений, настойчиво добиваясь внимания. - Вы обещали мне защиту.

- Если Анджей тебя обижает, то…