Тоннельщики (СИ) - Сапегин Александр Павлович - Страница 46

— Тип «Гропанг», — Марья быстро сняла характеристики вражеского корвета.

— Понятно, — закусив нижнюю губу, процедил Богдан.

Земным аналогом гропанга — морского хищника, на прародине человечества была мурена, на Ирии мурен и гропангов заменял зуборез. Практически во всех морях любой планеты существовали ниши с подобными рыбинами — верткими, быстрыми, кровожадными, умеющими незаметно подобраться к добыче. По сведениям разведки последний «Гропанг» сошёл со стапелей орбитальных верфей каас четырнадцать лет назад. Морская хищница, воплощённая в металле, более века успешно пополняла численность боевых флотов главного заклятого союзника человечества. Двести девяносто один метр в длину, сорок четыре в поперечнике в самой широкой части корпуса. Вроде не такой большой корабль в сравнении с пассажирскими лайнерами и настоящими мастодонтами — линкорами и авианосцами, но «зубы» в виде девяносто восьми ракетных портов, девяти орудийных башен главного калибра и дюжины орудий ПВО, делали эту «малютку» весьма и весьма крепким орешком. А если ещё вспомнить десантные модификации, усиленную броню и приличную автономность, «Гропанг» по праву становился опасным зверем межзвёздных дорог. Пираты просто обожали данный тип судов. Пусть им доставалось откровенное старьё, но при должной квалификации обслуживающего персонала и некоторой модернизации, старички получали вторую жизнь, одним своим появлениям сворачивая кровь многим хорошим людям и торговым компаниям. Надёжный и простой, как болт и гайка, в эксплуатации корабль. Совсем недавно его сменил «Каранг», новое инженерное слово кааских конструкторов. Насколько стар нынешний визави, Северов не брался судить. Вряд ли эту рыбина выплыла из рядов заслуженных ветеранов. Скорее она вылупилась с последним молодняком. На стратегический объект древнюю развалину не направят, скорее замаскируют под старое корыто, так что хищник перед ними крепкий, уже успевший нюхнуть пороху и опробовать крови. Крепкий и наглый. Ничего, с божьей помощью его здесь окоротят. Костьми лягут лишь бы от вражин и костей не осталось. И не таких окорачивали.

Поморгав силовыми экранами, корвет вывернулся из-под обстрела, чтобы тут же наказать обидчика двумя дюжинами ракет. От орудийных башен пиратов к станции потянулись щупальца турболазеров. На короткое время Марья перенаправила всю энергию на фронтальный щит, вновь перешедший в видимый диапазон. Боеголовки и лазеры заставили защиту предательски замерцать — первый признак того, что силовые проекторы вышли на предел своих мощностей. Всё-таки на станции смонтирован гражданский стандартный противометеоритный образец, усиленный с помощью напильника и такой-то матери, а не военный многоступенчатый экран. Богдан жал и жал гашетку, заставляя пиратскую лоханку держать защиту включенной и рыскать по курсу. Лёгкой прогулки у противника не получилось. Добыча им попалась с норовом. Для пиратов стала неприятным сюрпризом подобная зубастость гражданских штафирок, хотя все и по ту, и по эту сторону понимали, что третьей атаки вахтовики не переживут. Для выживания им нужно было чудо, и оно случилось, хотя, как известно, чудес не бывает, а бывает отведённое на тридцать тысяч километров в сторону транспортное кольцо и принтер, они же главный козырь в рукаве Северова. Отчаянное сопротивление загнанной в угол мыши притупило внимание расслабившегося кота. БАХ! В открытый космос полетели быстро замерзающие остатки оранжереи и банно-прачечного отсека. Благо там никого не было и орудия находились под прямым управлением Марьи. БАХ! Теряя листы обшивки и термоизоляцию, от станции отвалился главный стыковочный узел. Моргнула красным и погасла иконка ещё одного Сергея. От «Шатуна» Перушина осталось только несколько капелек застывшей крови и кусок пустотного ботинка скафандра, застрявшего между скрученных металлоконструкций. Три человека получили ранения. Трагедия медленно, но верно сворачивала на путь сухой статистики.

Корвет, успешно отбив очередную порцию болванок и противометеоритных снарядов, развернулся к станции левым бортом и… вляпался в плотное облако многотонных металлоконструкций, несущихся с огромной скоростью. У ребят на транспортном кольце была одна-единственная возможность, и они ею сполна воспользовались. Маяком для прицеливания и точкой выхода сверхкороткого подпространственного перехода послужили частотные двигатели корабля, фонившие во всех диапазонах на световой день вокруг, главное поймать момент и вовремя нажать на кнопку. Займись каас принтером и кольцом в первую очередь, тогда у тоннельщиков не было бы шансов уцелеть, а так простые русские парни в очередной раз подтвердили славу землян, как самой креативной расы галактики.

Силовые экраны спасли корабль от фатальных повреждений, но не уберегли от перегрузки реактор. Шутка ли, тридцать тысяч тонн «живого» веса в сравнительно маленьком рукотворном «облаке». О чём говорить, если вес некоторых металлоконструкций и обломков ферм доходил до двухсот тонн. Замерцав, защита «джентльменов» космических дорог окончательно приказала долго жить. Корпус судна затрясся от попаданий.

— Марья, засади им по самые помидоры, — злорадно скалясь, рыкнул Богдан.

Мстительная виртуальная дама всадила в чужую посудину несколько противометиоритных снарядов, не забыв подорвавать на краю металлического облака заранее приготовленные импульсно-резонансные заряды. Корвет потерял ход. Каас просчитались, недооценив людей. Сыграл роль и оптический камуфляж, удачно скрывший батареи рельсотронов и противометеоритных пушек. Этот раунд остался за вахтовиками. Хотелось уже отпраздновать заслуженную победу, как от забравшейся в глубокий космос морской хищницы отделились три рыбы-прилипалы — десантные челноки. Люди в который раз убедились в справедливости законов Мёрфи и древнего высказывания о слове «гоп» перед прыжком.

— Вот же хрень! — голосом Шкарпетко откликнулись наушники. — Пали их, Маша!

По мелким, синхронно маневрирующим целям, управляемым с одного из десантных средств «ведущим» навигационным блоком, попасть было сложнее, а учитывая наложение друг на друга защитных экранов челноков, общая напряжённость в обращённой к станции плоскости становилась чуть ли не запредельной.

Что это, жест отчаяния или просчёт командования пиратов каас? Почему боевые катера не были применены сразу? Пока об этом остаётся только гадать. Выживут и победят люди, они обязательно поковыряются в мозгах ИИ подбитого корвета. Улыбнётся Фортуна противникам потомков землян, им будет, положа руку на сердце, откровенно начхать. Мёртвым не интересны заботы живых.

Марья обрушила вал зенитного огня на нижнюю, соответственно ближнюю к станции посудину. В десяти километрах от вахтового комплекса строенный щит не выдержал и прогнулся, устало мигнул, затрепетал пламенем свечи на ветру и погас, чтобы следом голодная тьма поглотила яркую вспышку взорвавшегося челнока. Средний собрат почившего в бездне неудачника схлопотал в борт несколько стальных болванок, за сим потерял управление, беспорядочно закружившись вокруг собственной оси. Дистанционные сканеры диагностировали остановку энергетического реактора у подбитого противника.

— Добиваем! — азартно рявкнул Шкарпетко, нажимая на педаль своей пушки. Через три секунды подранок превратился в решето. Следов жизни и энергетических реакций на нём не фиксировалось.

Зато третья тварь успешно проскочила за возведённую зенитную препону. Россыпь обронённых ею частотно-гравитационных мин вскрыла силовой экран станции, и юркое судёнышко благополучно вцепилось магнитными захватами в бок подраненной, но до сих пор не побеждённой «дичи». Бортовые турболазеры, бесполезные против защищённых бронёй и силовыми полями кораблей и орбитальных крепостей, легко вспороли хлипкую обшивку вахтового комплекса. Ругаясь сквозь зубы, Богдан подхватил реактивный ранец, принайтованный у сиденья орудия. Магнитные захваты зафиксировали ношу на спине скафандра. На полном автомате проверив ножи и топорик с длинной рукояткой, Богдан схватив плазменный резак и ручной бластер, ракетой рванул к месту стыковки каас.