Рапсодия (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 61

И тут я понимаю, что он ждёт ответа. Я моргаю несколько раз, ошеломлённая таким поведением.

— Никто мне их не обрезал. У меня их никогда не было. — «Ненормальный ушлёпок».

— Никогда не было? — Он встаёт за мной, заставляя напрячься, и прижимает ладони к лопаткам. — Нет, нет. — Он бессвязно мотает головой. — Они ещё дремлют. — И гладит кожу, отчего я начинаю нервно дрожать. — О, им ещё предстоит вырасти.

Я вообще не улавливаю ход его мыслей, не дано мне, понимать речь психов.

— Красивая птичка. Несчастная. Моя птичка. Ты не похожа на остальных. Они пахнут деревьями и выжженной землёй. Некоторые холодны, как зимний мороз. Среди них нет зверей… сохраняю их для жертвоприношений. Необходимо добиться, необходимо добиться.

«Если бы прямо сейчас я решила сбежать, как далеко уйду?»

Он опускает руку на мою талию, и думаю, что мне всё равно, каковы шансы на побег. Я поворачиваюсь, выпуская на волю сирену. Карнон, с безумным блеском в глазах, смотрит на свечение моей кожи.

— Поразительное создание. В клетке, неспособная летать. Ты редчайшее…

Я ударяю коленом ему в промежность. Он издаёт приглушенный звук, складываясь пополам. Его проблема, что он считает меня безобидной. Я бегу к двери. Но сзади слышится какой-то шум, а секунду спустя, Карнон материализуется передо мной, блокируя путь к двери. Его глаза сверкают злом, а из горла рвётся угрожающий рык.

— Если убежишь, я последую за тобой, а затем сломаю, милая птичка.

— Держись подальше от меня, — говорю я. Голос приобретает неземное звучание.

Глаза Короля Фауны всё ещё мерцают, но я понимаю, что уже смотрю не на Карнона. Эти глаза… Я смотрю в пропасть, на дне которой обитает монстр.

В эти же глаза я смотрела вчера. Карнон приглаживает растрёпанную гриву и ведёт себя не как зверь, но и не как Карнон. Цивилизованно. Глаза проницательны и взгляд, с искорками интереса, сфокусирован.

— Красивая рабыня. Мы встретились вновь.

Это… не тот, с кем я разговаривала минуту назад. Во мне уживаются два существа, поэтому различить поведение фейри мне не составляет труда.

Теперь Карнон изучает меня с самолюбивым выражением лица и голодом, заставляя беспокоиться. Карнон, которого я видела ранее, был сумасшедшим, непредсказуемым, с животными повадками, но он не казался злым. Как сейчас. Я начинаю отходить, а он идёт следом. Этот мужчина — жестокий, яростный, беспощадный, тот тип, который лишь берёт, берёт и берёт.

Карнон сокращает между нами расстояние и хватает меня за запястье, задевая браслет.

— Что это? — Он перебирает пальцами бусины. — Ты будешь носить только то, что дам тебе я. — Говоря это, он сжимает и сильно дёргает браслет. Я издаю писк, когда бусины впиваются в кожу. Но браслет не рвётся. Нахмурившись, он пытается снова и снова. Зачарованное украшение держится крепко. Я бы насладилась его разочарованием, если бы только он не царапал мне руку. — Что за магия? — вопит он, наклоняясь ближе к бусинам, но вдруг одёргивает голову назад. — Ублюдок Арестиса, — рыком заканчивает он, высвобождая мою руку. — Охрана! — Стража входит в комнату. — Почему мне не сообщили, что на ней магия Десмонда?

Охранники, очевидно, сбитые с толку, посмотрели друг на друга. Они этого не знали. Видимо, годятся только, как грубая сила.

— Ваше В… величество, — начинает заикаться один, — мы не знали…

Карнон грозно делает шаг вперёд.

— Не знали? Вы слепые?

Он ждёт ответа. Стражи качают головами.

Пока эти трое разговаривают, я начинаю двигаться к двери. Сердце колотится всё быстрее и быстрее. У меня, возможно, всего один шанс на побег.

— Вы принесли сюда чуждую магию, — говорит Карнон. — По ней можно отследить браслет.

Отследить?

— Ваше Величество, мы не причастны к этому…

Но Король Фауны больше не слушает. Он ревёт, разрезая когтистой рукой воздух. В нескольких метрах кричат стражники, на их животах появляются четыре длинные рваные раны. Следы когтей. Карнон сделал это с помощью магии. Почти сразу же кровь и внутренности вываливаются из стражников.

Не теряя ни секунды, я бросаюсь к двери.

Но ничего не выходит.

Карнон хватает меня сзади, и разворачивает к себе, когтями проводя по коже.　

— Мы не закончили, — шепчет он, затем хватает, сжимая до боли, меня за щёки, и вдыхает ещё больше магии.

Глава 27

Я умираю, моё тело гниёт изнутри.

Думаю, с последнего визита к Карнону прошёл день или два, но не уверена. Знаю лишь, что сейчас жизнь состоит из дрожи, тошноты и сна. Охранник, которого я прозвала Львиный Хвост, часто проходит мимо и стучит по решётке моей камеры, дразня. Кое-как я показываю ему средний палец, но понятия не имею, является ли это оскорбительным в Потустороннем мире. Вот только Львиный Хвост не бесится при виде его, как я на то надеялась.

— Эй, Каллипсо, — зовёт Итериэль. Я медленно поворачиваю голову на звук её голоса. — Сирена!

— Что? — слабо ворчу я.

— Перетащи свою постель сюда, — говорит она.

— Не знаю, смогу ли, — бормочу я.

— Я знаю, сможешь, — приказывает она, не проявляя ни капли жалости, слабым, но властным голосом. Ух, фейри-воины слишком упрямые.

Чтобы перетащить соломенный тюфяк уходит невероятно много времени, но, всё же, я справляюсь.

— Держишься, сирена? Руки-ноги шевелятся?

— Ты спрашиваешь меня об этом, после того как заставила перетащить кровать?

Она хрипло смеётся.

— Заметь, я попросила вежливо. Даже не спорь.

Я кривлю губы.

Мы снова замолкаем. В моей голове вертелись мысли.

— Кандалы… — наконец, говорю я. — Не представляла, что они причиняют такую боль.

— Я переносила гораздо хуже.

Боже.

Через мгновение она добавляет.　

— Мы наматываем ткань под оковы… так меньше боли.

Но всё же больно. Слушая её, я осознаю, что она говорит медленнее и невнятнее, словно тщательно подбирает слова. Она едва может шевелить губами.

— Ты в порядке, Итериэль.

Долгое время она не произносит ни слова.

— Всё пройдёт, — заявляет она. — У меня в голове туман. — Из того, что я успела узнать об Итериэль, могу смело заявлять, она — гордое создание и не признается, что с ней неладно. Она вздыхает. — Знаешь, хуже всего то, что моя жена увидит меня такой.

Я не утруждаюсь ответить. Что Дес сделал бы — если — я вернусь к нему в гробу?

— Она возьмёт себе маленького жуткого монстра, которого я рожу. Знаю, что возьмёт, потому что она добрая, глупая женщина.

— Ты их тоже видела? — спрашиваю я.

— Меня укусил один из них.

Меня передёргивает, когда я вспоминаю, как Дес говорил, что дети едва меня не покусали.

Дес.

Одна лишь мысль о нём сокрушает меня. Не знаю, увижу ли я его снова, обниму, поговорю ли с ним.

— Ты жената? — спрашиваю я, меняя тему и вынуждая себя затолкать мысли о Десе, из-за которых я становлюсь мягкотелой. А здесь такому не место. И если я хочу протянуть максимально долго, должна быть чертовски суровой, какой была в отсутствии Деса. Я слышу, как она устало выдыхает.

— Да, — отвечает она, а спустя момент добавляет: — Мы женились в Царстве Ночи. Технически наш брак не признан в Дневном Царстве, где не только отношения с людьми под запретом. Но технически, мне плевать на это.

Я улыбаюсь.

— Кстати, Каллипсо… — говорит она.

— Калли, — поправляю я.

— Калли, — повторяет она. — Я не видела в тюрьме людей… за исключением тебя, конечно.

Моё сердце падает к моим ногам. Я здесь уже несколько дней и с каждым становлюсь всё слабее, удобные моменты для побега текут мимо. Крутя браслет на запястье, я смотрю на него. Надежда не потеряна. Если я правильно поняла Карнона, Дес может отследить мою магию. Но если он мог, разве не появился бы уже здесь?

— Калли? — Итериэль прерывает мои мысли.

— Да?

— Волшебным образом здесь никого не оплодотворяют.

Сначала я не понимаю, о чём она говорит, но потом… Закрываю глаза. На то чего она не сказала. Воительница Итериэль парализована и бессильна остановить то, что происходит с ней.