Рапсодия (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 34

— О маме? — переспрашиваю я, когда Дес заново раздаёт карты. Я рассеяно беру их, пока не вижу, что он мне раздал. Три десятки — сет. На этот раз, у меня есть шанс выиграть партию. Дес быстро переводит взгляд с меня на рубашку карт, потом снова на меня.

— Все одного ранга, — угадывая, произносит он.

Я смотрю на свои десятки.　

— Ты смухлевал.

Он поднимает стакан и делает глоток, как всегда, двигаясь обольстительно.

— Если бы. Тебя легко прочитать, ангелочек. Теперь, — говорит он, поставив стакан. Безо всяких эмоций он смотрит в свои карты, — расскажи о матери.

Я подношу скотч к губам и делаю глоток, немного морщась от того, что он обжигает язык. Моя мама — одна из тем, которые я никогда не обсуждаю. Какой смысл? Всего лишь очередная грустная история; в моей жизни полно таких. Но из-за того, как Дес смотрит на меня, я не собираюсь, как обычно, менять тему.

— Я мало что помню о ней, — говорю я. — Она умерла, когда мне было восемь.

Дес больше не обращает внимания на игру или выпивку. Два предложения и он отвлечён от всего остального.

— Как она умерла?

Я качаю головой.

— Её убили во время отпуска с отчимом. По ошибке. Целились в него, а застрелили её. — Приёмный отец был провидцем, но не предвидел этого, или, возможно, увидел, но не смог или не стал останавливать их. Виновен он был или нет, та ночь преследовала его. — Её смерть была причиной его пьянок. А пьянство стало причиной…

Я подавляю в себе дрожь.

— Где ты была, когда это произошло? — спрашивает Дес. Он всё так же спокоен и ленив, но могу поклясться, что это фарс, как и в игре.

— Дома с няней. Им нравилось ездить по отпускам без детей.

Я знаю, на что похожа моя жизнь. Безразличие и хрупкость. Что есть, то есть. Формально, у меня было всё — присмотр и деньги, которые помогали справляться. Никто не подозревал, что я подолгу оставалась одна в голливудском особняке отчима, с няней и водителем, которые присматривали за мной. Бизнес всегда был на первом месте. Никто и не подозревал, что эти длительные периоды одиночества были намного лучше, чем тогда, когда он возвращался из поездок. Он лишь встречал меня взглядом и припадал к очередной бутылке.

И затем…

Ну, на большинстве воспоминаний я стараюсь не зацикливаться. Всё равно от этого у меня все ещё мурашки по коже пробегают.

— Почему кто-то пытался прикончить твоего отчима? — спрашивает Дес, игра в покер уже полностью забыта.

Я пожимаю плечами.

— Хью Андерс любил деньги. И его не заботило, с какими клиентами связываться. — Боссы мафии. Владельцы картелей. Шейхи со связями в террористических группах. Он приносил достаточно дерьма в дом, из-за чего я и была в курсе дел. — Он озолотился и нажил огромное количество врагов. Возможно, поэтому у него была визитная карточка Торговца в кухонном ящике. Такой человек, как отчим, разгуливал с мишенью на спине. — Ты когда-нибудь имел дело с ним, перед тем, как мы познакомились? — спрашиваю я.

Я не собиралась задавать этот вопрос, от чего теперь задерживаю дыхание. Я не думаю, что Дес знал отчима. Он не отреагировал так, будто знал Хью, когда я впервые его вызвала, но он был полон секретов. Что, если знал? Что, если помогал ему, парню, который надругался надо мной? Человеку, который прямо или косвенно повлиял на смерть матери? Всего лишь от вероятности этого меня начинает тошнить.

Дес качает головой.

— Никогда не встречал этого типа, пока не увидел, плавающим в луже собственной крови. — Образ мертвого тела вспыхивает перед глазами. — Как насчет биологического отца? — спрашивает Дес. — Каким он был?

— Никаким, — говорю я, вглядываясь в свой стакан. — Мать случайно залетела, когда ей было восемнадцать. Не думаю, что она знала, кто отец; его имени нет в свидетельстве о рождении.

— Хм-м, — протянул Дес, рассеянно покручивая стакан с выпивкой, с отстраненным видом. Я не знаю, о чём он думает, могу лишь предположить: мои родители — паршивые люди. Мать, которая хотела дать мне хорошую жизнь, но не хотела прилагать для этого усилий; отец, чьим великим вкладом в мою жизнь активный сперматозоид; и отчим, который играет главную роль во всех моих ярких кошмарах.

— Почему ты не расскажешь о своих родителях? — спрашиваю я, стараясь отвлечь от себя внимание.

Дес откидывается назад и прищуривается, медленно улыбка касается его губ. Я не могу оторваться от него.

— Мы разделяем одну трагедию, ангелочек, — говорит он, всё ещё улыбаясь, хотя кажется, что в улыбке появляется нотка горечи. Я выгибаю брови от услышанного. Король Фейри, имеющий что-то общее с убогой человеческой жизнью? Я нахожу это сомнительным. Он встает.　- Мне надо поработать. Можешь оставить скотч себе… и ради богов, попрактикуйся пить, не морщась. — Он поворачивается к двери.

Я не пытаюсь убедить его остаться, хотя очень хочу. Я уже знаю, что он уйдёт. Особенно после нашего небольшого разговора по душам. Порой мне представляется, что голова Торговца — это хранилище секретов, которые никогда не покидают его пределы. Он останавливается, затем кидает на меня взгляд через плечо, и выражение лица говорит само за себя. Возможно, я не рассказала ему, как отчим издевался надо мной, но он знает.

— Для справки, ангелочек, — говорит он, — если бы отчим был жив, то ненадолго. — Его взгляд ожесточается.

И потом, как по волшебству, Дес растворяется в ночи.

Наши дни

Я трачу около часа, чтобы убраться в доме. Повсюду обивка и волчья шерсть. Не говоря уже о следах от когтей. Кофейный столик и прикроватную тумбочку теперь придется выкинуть. А учитывая их состояние, то лучше сжечь. Надо было попросить Деса с помощью магии прибраться здесь.

Но он был таким подавленным; я не хотела испытывать удачу.

Дес.

Не прошло и двух часов, как он ушёл, а мне уже не терпится увидеть его снова. Я скучаю по его дому, французским макарони и мягким простыням в комнате для гостей. Я скучаю по запаху Торговца и его прикосновениям. Я скучаю по нему. Мне нужно было вернуться в пустой дом, чтобы вспомнить, насколько я одинока. В обществе Деса, я об этом забыла.

Я делаю все, что могу, чтобы привести дом в порядок, стараясь изо всех сил, действительно не думать о мужчине, который, казалось, не хотел расставаться со мной… не говоря уже о том, что он разнёс тут все, борясь за меня.

Я должна отказаться от мужчин. Ничего, кроме страданий, от них не дождёшься. Страданий или же проблем. Сейчас, помимо игр в прятки со сверхъестественными властями и потусторонним монстром, мне нужно купить новую мебель, потому что мой бывший нарушил один из самых важных законов и пришел ко мне в полнолуние, во время, так сказать, оборотнического ПМС.

Закончив с основной частью беспорядка, я обращаю внимание на потрескавшийся сотовый телефон, нервно покусывая внутреннюю часть щеки. Я уже долго откладываю его, но больше не могу. Поставив девайс на зарядку, я проверяю сообщения. Тридцать одно и двадцать пять пропущенных звонков. Некоторые от Илая, парочка с различных крутых вечеринок, но большинство от Темпер. Я даже не утруждаю себя просмотром сообщений, а сразу же звоню подруге, делая глубокий вдох.

Она отвечает сразу на первом гудке.　

— Детка, где ты, чёрт возьми? — панически спрашивает она.

— Уже дома.

— Дома? Дома? — переспросила она, повышая тон. — Дом обыскивали, а за твою поимку назначена награда, и ты дома?

— Всё хорошо. Я в порядке.

— Я думала, что ты мертва. — У неё дрожит голос, и я слышу всхлипы. — Я не могла тебя найти. — Темпер — профи в отслеживании людей с её-то магией, но я никогда не думала, что она использует её, чтобы найти меня.

— Ты… плачешь? — спросила я.

— Чёрт, нет, я никогда не плачу, — возражает она.

— Извини, что не позвонила раньше. Я действительно в порядке, — произношу я мягко.

— Что с тобой случилось? Ты просто исчезла, а Илай разрывает телефон звонками, но ничего не рассказывает.