Рапсодия (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 25

— Калли, Калли, Калли, — цокает он, — Я думал, что мы не платим за компанию друг друга.

Я морщусь, вспоминая те дни, когда платила, чтобы Дес скрасил моё одиночество.

— На этот раз постарайся держаться подальше от ванной, — говорю я, сползая с кровати и направляясь в душ.

— Постарайся не думать обо мне, — говорит он.

Я показываю ему средний палец.

Торговцу всё же удаётся держаться подальше от ванной в течение двадцати минут.

А мне не удается, не думать о нём.

Я вытираюсь и надеваю футболку с трусами, которые дал мне Дес. Вещи пахнут им. Я не понимала, что у него есть свой аромат, но он есть. Пахнет дымом от жжёной древесины и мужчиной. Когда я вхожу в комнату, Торговец уже устроился на моей кровати. Он смотрит на меня и комната сильнее тонет в тенях. Посреди них блестят глаза Торговца. Было время, когда я бы с радостью отдала своего первенца, только чтобы увидеть, как он смотрит на меня с моей кровати.

Теперь, же беспокоюсь. Торговец мог попросить, что угодно в качестве оплаты.

Всё, что угодно.

И я обязана буду отдать ему это.

И с таким голодным выражением лица, я понимаю направленность его мыслей. Это не значит, что я возражаю зайти с ним дальше. Я очень даже не возражаю, а нужно бы. Я могу разделить момент близости с мужчиной и ничего при этом не почувствовать. Но не с Десом.

Не с Десом.

— Я не кусаюсь, ангелочек, — говорит он, заметив мою нерешительность, и хлопает по кровати рядом. — Я тебе даже местечко оставил.

Аккуратно я забираюсь на кровать и ложусь, повернувшись к нему лицом.　

— Я думала, ты не пересекаешь границ, Дес.

Он обнимает меня за талию и притягивает ближе к себе.　

— Тогда тебе было шестнадцать. Сейчас… — он нежно проводит ладонью по моей руке, — я надеюсь расширить границы с тобой.

Дыхание перехватывает.

— Ты хочешь сказать?..

Он наклоняется ближе, целомудренно целует меня в лоб и встает с кровати.　

— Спокойной ночи, спи крепко и не позволяй монстрам укусить тебя.

И на этой ноте Торговец уходит.

Следующим утром я, еле волоча ноги и протирая глаза ото сна, захожу в кухню Деса.

— Доброе утро, ангелочек.

От голоса Деса я воплю, словно банши, и хватаюсь за сердце. У меня светится кожа, когда сирена незаметно подкрадывается, заставляя эндшпиль моего и её крика звучать едино. Король фейри, откинувшись на одном из кухонных стульев, потягивает кофе. На нём нет рубашки, и я отчетливо вижу рукав татуировок на его левой руке. Десмонд выгибает брови и смотрит на меня, как на сумасшедшую.

— Ты… ты напугал меня, — наконец-то, отдышавшись, говорю я.

— Понятно, — произносит он с улыбкой на губах.

— Не смейся.

Я приглаживаю волосы. Сейчас они выглядят так, словно бросили вызов гравитации.

— Это не смешно, — говорит Дес, скользя взглядом по рубашке и трусам, в которые я одета, и на его лице читается страсть. Когда он смотрит на меня так, сирена отказывается уходить.

— Дес. — Предполагалось, что его имя прозвучит, как предупреждение, но выходит мурлыканьем. Чёрт. Сначала кофе, так как моя хватка на сирене не такая уж и крепкая.

— Ну, здравствую, любимая, — говорит он, одарив меня улыбкой, которую приберёг специально для сирены. Между этими двумя что-то есть. Даже когда я была подростком, и Дес четко давал понять, что дальше этого не зайдет, он всегда снисходительно относился к ней. И теперь моя хватка на ней ускользает… ускользает… Исчезает.

Моя кожа пылает, когда я подхожу к нему, слегка покачивая бедрами. Я не останавливаюсь до тех пор, пока не забираюсь к нему на колени, оседлав. Забираю кружку из его рук и кидаю через плечо. Он поднимает руку, по-видимому, чтобы не дать ей упасть на пол. Я приближаюсь к его уху, двигая бедрами, пока не слышу, как Дес стонет.　

— Семь лет, подонок, — говорю я… или, скорее, сирена, так как сейчас она тут главная.　Он обнимает меня за талию.

— Самого лучшего стоит подождать, Калли.

Я обнимаю его за шею.

— Правда или действие?

В его глазах вспыхивает желание, а на губах появляется улыбка.

— Пытаешься играть в мою…

— Правда: если бы ты удосужился остаться, я бы воплотила в реальность все твои грешные желания. — Я двигаю бедрами по его ногам, подтверждая слова. Я чувствую его реакцию, которая приносит мне немало удовольствия. И прижимаюсь еще плотнее, обводя языком контур его уха.　- А я уж знаю, как много грешных желаний у моего тёмного короля. — Повернув Деса лицом к себе, я приближаю его к себе, пока лишь миллиметр не разделяет наши губы. Но вместо того, чтобы поцеловать, произношу: — Я собираюсь заставить тебя мучиться от боли, изнывать и изнемогать, и никак не облегчу твою агонию. Я заставлю тебя заплатить за то, что бросил меня.

Я встаю и отхожу от него.

— Ангелочек, — говорит Дес за моей спиной, — я буду наслаждаться каждой сладкой секундой этого.

Как только я делаю несколько больших глотков кофе, сирена полностью уходит.

— Боги, как же я скучал по твоей сирене, — говорит Дес.

Типично для фейри скучать по самой зловещей, вредной части меня. Я ворчу, пока хозяйничаю на кухне Деса, как на собственной, поджаривая вафли и рыская по шкафам в поисках сиропа. Он действительно в курсе о моих предпочтениях в еде. Шкаф надо мной открывается, и сироп парит вниз. Я хватаю его.

— Спасибо, — бросаю я через плечо.

— М-м-м.

Я изображаю семью с Торговцем. И это так… нормально.

Закончив приготовление вафель, я возвращаюсь к столу.

— Теперь оба наших имени в списке разыскиваемых людей, — говорит Дес, когда я сажусь рядом с ним. Мне требуется пару секунд, чтобы понять, о чём речь.

— Я в розыске? — Дес передает мне планшет, и, конечно же, я там. Под номером восемьдесят шесть. У меня отвисает челюсть. — Собственно говоря, какого хрена?

Илай совсем разум потерял. Он вломился в мой дом и перекинулся, поставив меня и Деса в опасность. И этому придурку хватает наглости поместить моё имя в Список разыскиваемых людей? Секунду спустя я понимаю, что Темпер, конечно, видела список, а это означает, что она взбешена. Я тянусь за телефоном и вспоминаю, что вчера вечером у меня не была шанса, чтобы взять его с собой.　 Я вновь смотрю на список и кликаю ссылку. Обвинения: незаконное использование чар и общение с Торговцем. Уверена, что из-за последнего меня и включили в этот список. Я поднимаю взгляд на Деса, когда возвращаю ему планшет. В его глазах читается желание убить. Я узнаю этот взгляд, пропитанный местью фейри. На протяжении многих лет, за Десом тянется след из поломанных тел его клиентов. Клиентов, которые пытались переметнуться к врагам, желающим Десу смерти. Десмонд, от моего имени, изуродовал, по крайней мере, одного человека, который пытался навредить мне.

— Что бы ты ни задумал, — говорю я, — не надо, Дес. Прошу.

Он стискивает планшет.　

— Даже сейчас ты заступаешься за этого пса?

— Не хочу найти его порубленным на мелкие кусочки.

— Это слишком легкая смерть для подонка, — мрачно отвечает Торговец, бросая планшет на стол.

— Дес, ты не убьешь его. — Из всевозможных тем для разговоров, которые, как я думала, мы могли бы поднять, подобной и в мыслях не было.

Дес, вокруг которого вьются мерцающие тени, подаётся вперёд.

— Не в моем характере проявлять снисходительность, — говорит он, грубо. — Поэтому, если хочешь обеспечить псу безопасность, придется заплатить за услугу.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я, откусывая вафлю.

Он просто смотрит.　

— Думаю, ты уже знаешь.

Кусок вафли застревает у меня в горле.

«Дай мне шанс», умоляют его глаза.

Он действительно хочет большего, чем поцелуй.

— Почему, Дес? — Вопрос, к которому я все время возвращаюсь.

Он долго смотрит на меня.

— Когда-нибудь, я скажу тебе, — признается он. — Но… не сегодня.