Долгий поцелуй на ночь (СИ) - "Вероника белка" - Страница 235

– То есть, ты не жалеешь о том, что сделала? – Я не мог поверить в это.

– Нет, а чего я должна жалеть, я строила собственное счастье, – усмехнулась Джинни. – Гермиона просто дура, получила Малфоя, а сама при этом, всё старалась другим помочь. Знаешь, ты ведь тоже мог сделать карьеру ловца, но ты захотел быть аврором, как бы тяжело мне не было, но я смирилась с этим. Рон тоже почему-то захотел не в квиддич играть, а заниматься магазином, я просто не могла понять, что вас так всех потянуло на такие ужасные профессии? Мы все могли купаться в роскоши и зарабатывать деньги, а вас всё тянуло мир спасать, или просто помогать тем, кто нуждался в этом. Взять ту же Гермиону, я оставила её в штатах, да в роли учительницы, но я позаботилась о её благосостоянии, все деньги из нашего банка перевела сначала в фунты, а потом уже в город Уэст-Валли-Сити, чтобы эта сучка, там спокойно жила и ни в чём не нуждалась. Я была уверена, что Миона уже давно замужем за маглом, у неё уже есть дети, она спокойно живёт на эти деньги. А на деле оказалось, что она и не трогала полмиллиона долларов, а жила на зарплату учительницы, и замуж так и не вышла. Как жаль, что вы нашли эту дрянь, когда она только собралась замуж за Чарли, опоздай вы на год, Гермиона уже не вернулась бы домой. А когда Миона приехала, как она говорила о своей работе, прямо так же как ты.

– Я люблю свою работу, – заявил я. – Я столько преступников поймал за всю свою жизнь, и не разглядел, что живу со стервой, а ведь мне никогда не нравились стервы.

– Прости, милый, что разочаровала тебя, – усмехнулась Джинни, как же сейчас она ужасно выглядела. – Да, я хотела стать миссис Поттер, и я сделала всё, чтобы это случилось. А теперь представь, какого мне было узнать, что первого ребёнка, моему мужу родила не я.

– Что? Ты что такое говоришь? – Не мог понять я, у меня голова пошла кругом.

– Вы все идиоты, – сумасшедшим смехом, засмеялась моя жена. – Вы не посмотрели карточку Гермионы, она родила Кетрин в восемь месяцев, а это значит, что её отец ты, а не Малфой. Я сразу об этом узнала, когда посмотрела вещи подруги. Я быстро исправила цифры, сейчас, там написано девять месяцев. Всё равно я боялась, что Малфой захочет пройти тест, но слава Мерлину, он был так уверен в честности своей любимой, что не сомневался, что Кетрин его дочь.

От этого заявления я сел на диван, и схватился за голову.

– Ты должна была мне всё рассказать, когда узнала, что Кетрин моя дочь, – сказал я, не глядя на Джинни. – Ты ужасный человек.

– Не волнуйся, дорогой, ты об этом не вспомнишь, – злобно усмехнулась моя жена. – Сейчас, я снова сотру тебе память и эта тайна, так и останется моей.

Я поднял голову, Джинни стояла рядом со мной, с волшебной палочкой, направленной на меня. Вдруг палочка выскочила из её рук и полетела к стене, в этот момент, Рон и Драко стали видимыми. Я встретился взглядом с Малфоем, в нём я прочитал столько боли, давно я такого не видел, думаю сейчас, мы одинаково себя чувствуем, нам так больно, как никогда раньше не было.

– Джинни, как ты могла так поступить с Гарри и Гермионой? – Яростно спросил Рон.

– Я так и знала, что ты встанешь на их сторону, если узнаешь правду, – прокричала моя жена.

Мы и сказать ничего не успели, как Джинни достала нож и кинула в меня, попала в руку, выше локтя. Рон и Драко тут же связали её.

– Ты с ума сошла, – заорал Малфой. – Тебе лечиться надо.

– Гарри, ты как? – Спросил Рон, садясь со мной рядом, я уже вытащил нож.

– Нормально, – ответил я, сейчас я не чувствовал боли. – Бывало и хуже.

С помощью заклинания я остановил кровь. Не став терять времени, мы отправились в больницу. Там я позвал целителя и коротко рассказал, что сделала моя жена. Колдун медик, сразу увёл её на осмотр, а мы втроём сели около палаты и стали ждать. Теперь, немного успокоившись, до меня стал доходить смысл слов Джинни, получается Кетрин моя дочь, у меня просто не укладывалось это в голове. Я и подумать не мог, что проведя всего одну ночь со своей лучшей подругой, смогу сделать ей ребёнка. Мне стало так стыдно перед Драко.

– Мистер Поттер, – обратился ко мне целитель, выйдя из палаты. – У меня для вас не самые хорошие новости.

– Что с моей женой? – Спросил я.

– Ваша жена, выражаясь современным языком, сошла с ума, – ответил колдун медик. – Миссис Поттер понимала, что она не в себе, поэтому уже много лет пила успокаивающие зелья. Если бы она сразу пришла к нам, мы бы помогли ей, но сейчас, лечение займёт много времени.

– Почему это произошло? – Спросил Рон. – У нас в семье не было сумасшедших.

– Миссис Поттер видимо сильно и долго пытали во время войны, – ответил колдун медик. – Я уже не раз наблюдал такое, после войны к нам в больницу обращались волшебники, которые мучились сильными кошмарами, это первая стадия болезни. Такое мы быстро лечили, а вот потом, что происходит дальше, уже занимает больше времени. У вашей жены тоже были кошмары, просто она об этом не говорила, думала, что сама справится совсем. После таких снов и воспоминаний о пытках, хочется выместить злость, обычно больные начинают применять Круцио к неодушевленным предметам, а потом уже к животным, и так постепенно им становиться всё хуже. Всё время хочется причинять другим боль – это называется не мотивированная агрессия, ведь тех, кто их пытал уже нет, они или погибли, или их казнили, а многих отправили в тюрьму. До Пожирателей смерти не добраться, тогда они начинают вымещать злость на тех, кто находится рядом с ними. Упаси Мерлин попасть такому магу, под горячую руку.

– Я вас правильно понял, мою жену будет трудно вылечить? – Спросил я, и сглотнул.

– Сожалею, мистер Поттер, скорее всего, мы её не вылечим, – ответил целитель.

Колдун медик ушёл, а я опустился на стул. Я десять лет женат на Джинни и за эти годы не заметил, что моя жена постепенно сходила с ума, до этого мы встречались, я видел её вспышки ревности и не предавал этому значения. Мне надо было сразу вести её в Мунго, даже против воли, сделай я этого тогда, сейчас бы всё было хорошо.

– Гарри, как мы могли упустить Джинни? – С болью в голосе спросил Рон.

– Это моя вина, – сказал я.

– Нет, мы все виноваты, – возразил друг. – Мама с папой, все мои братья, никто из нас не заметил, что Джинни изменилась после войны: стала очень вспыльчивой, резкой, а ведь раньше она такой не было. Если бы мы сразу привели её в больницу, Джинни бы вылечили.

– Больше всех пострадала Гермиона, – подал голос Малфой.

– Драко, хоть Джинни и сказала, что Кетрин моя дочь, но я думаю, нам надо сделать тест, – предложил я. – Только тогда, мы точно будем знать.

– Мы сделаем его, но я всегда буду относиться к Кетрин, как к дочери, – заявил Малфой.

– Мне надо поговорить с родителями, – сказал Рон. – Надо всех собрать в Норе.

– Отправляйтесь в Нору, я останусь в больнице, – решил Драко.

Мы с Роном согласились, и покинули Мунго. Собрать всю семью вместе, в воскресенье было не так сложно. Мы с другом не стали ничего ждать, а рассказали, что случилось на мой день рождения одиннадцать лет назад. Все были в шоке, Молли сразу стала винить себя, она ведь не раз слышала, как Джинни кричала по ночам, а утром делала вид, что всё в порядке, и говорила, что будет пить сонное зелье.

Мне надо было вернуться в Мунго, я попрощался со всеми и отправился в больницу.

Гермиона.

Когда Гарри попросил меня помочь ему с подарком для Джинни, после того, как мы купили часы Драко, я и подумать не могла, во что всё это может вылиться. Когда девушка в ателье протянула моему другу волшебную палочку, я сразу её узнала, ведь эта была моя родная палочка. Мы с Гарри подождали, когда нам принесут платья, и вернулись на Гриммо.