Магиня-бастарда (СИ) - Прохорчук Анна - Страница 39

— Но Доротея, не должна об этом знать. Хорошо?

— Она ничего не узнает, Алиса. Прощай, дочка, — он поцеловал меня в лоб и я вышла.

Вошла в свои покои, чувство пустоты опять заполнило мою душу. Когда мне вновь улыбнется мой золотой ветер? В гардеробной положила в рюкзак смену белья, пару штанов без юбки — посчитала их лишними. Три рубашки и пар пять носков, из них одни теплые, мама вязала. Утянула горловину рюкзака и поставила у порога. Переоделась сама в брюки и рубашку, легкие сапоги. Накинула куртку на всякий случай.

В спальню неспешно вошел Раш. Кинул взгляд на рюкзак, потом задержался на мне. Я села на кровать и свесила руки между колен.

— Надо взять с собой сухой паек на первое время, а потом, что-нибудь придумаем с провиантом.

— Уже распорядился, — дракон сел рядом.

— А тебе не надо взять с собой переодежду?

— Мне уже все принесли.

— Быстро ты.

— Ага. Ты тоже, вроде, собралась, — дракон кивнул на рюкзак.

— Отец сказал, что Доротея может спрятать его у орков или гномов. Откуда начнем искать?

— Сначала, наверное, к оркам.

— Хорошо, — я была согласна с любым его словом. Все равно с чего начинать, если пути только два.

Молча, поднялась и направилась на выход. Раш подхватил мой рюкзак, мы закрыли за собой двери и спустились с лестницы. Провожать пришли все домочадцы. Даже отец, не смотря на слабость, сошел вниз. К нам подошли попрощаться самые дорогие моему сердцу братья, Дели, Микки, Тентар и отец. Они по очереди нас обняли. Раш перекинул через второе плечо свой рюкзак и вышли на площадь перед замком. Он поставил рядом со ступенями наши рюкзаки и отошел подальше от нас.

Через секунду на месте красавца-мужчины появился ультрамариновый красавец-дракон. Услышала его ментальный призыв, подошла, осторожно забралась ему на шею, потом ветры подали мне вещи и провиант, связанные уже за ручки. Мне осталось перекинуть их на шее дракона. Меня окружил плотный волшебный кокон и дракон тяжело взлетел. Заложил круг на прощанье и направился к орочьим равнинам.

Раш со мной и поклажей на спине летел уже часа четыре. Под нами пролетали голубые озера, широкие ленты рек и тоненькие ниточки, заплутавших в лесных чащах, ручейков. Я даже в мыслях не представляла, местонахождение этих орков. Читала, что это воинственный народ, а потом мне вспомнился Шрек. Только потом вспомнила, что он огр. Солнце клонилось за облака, и нам надо было найти полянку для приземления дракона. Такая полянка нашлась рядом с широким ручьем. Раш, тяжело размахивая сильными перепончатыми крыльями, осторожно опустился на траву. Белкой спрыгнула с его шеи и стащила поклажу. Он снова превратился в мужчину, только очень уставшего. Мы быстро насобирали хвороста, а я разожгла костер. Поставили на огонь в котелочке вариться травяной чай. Достали из сумок с провизией сыр, вареное и копченое мясо, хлеб. Нам положили то, что не испортится в долгом походе. В лесу стало темнее.

Мы быстро перекусили и постелили себе на траву тоненькие коврики. Я боялась, что нас могут застать в расплох какие-нибудь лихие люди, но Раш уверил меня, что с ним никого бояться не стоит. Потом пошла к ручью умыться, а сама села на бережке и, глядя в перекаты воды, вспоминала ветра. Мне не хватало его рук, его губ, его смеха. Мне не хватало его самого. Ком застрял в горле. Я пыталась его сглотнуть, но получилось только хуже — слезы сами потекли по моим щекам. Хорошо, никто не видит их. Закрыла лицо ладошками и мои плечи дрогнули от рыдания. Сильные нежные ласковые руки подняли меня с берега на ноги, повернули к себе и обняли. Пусть мне будет стыдно, но я снова дала волю слезам.

— Плачь, моя хорошая, — вещал дракон. — Пусть слезы очистят и вылечат твою душу…Родная моя… — он поцеловал меня в макушку, потом висок, прошелся губами по щеке и остановился на уголке губ.

Остановился и выждал несколько секунд. Поцеловал нижнюю губу…Еще раз… Меня подхватили под мышки, подняли вверх и мои ноги оплели его талию. Раш накрыл мои губы своим горячим ртом. Я ответила ему. Наши языки переплелись в огненном танце. Дракон держал меня на своих сильных руках, а я обвила его мощную шею руками. Мир перестал существовать. В моих закрытых глазах заиграли искорки. Раш прикусил мою губу, зализал ранку и поцеловал укус. Мои опьяневшие от поцелуя глаза встретились со счастливыми черными глазами дракона.

— Какая ты красивая, — счастье медленно перетекало из него в меня. Хотела спуститься с него, но он не отпустил. — Не уходи…Какой сладкий наш первый поцелуй…Я люблю тебя и мне больно смотреть как ты плачешь. Мне больно, что его нет рядом с нами, но мы его найдем… Обязательно…Любовь моя… — Его губы продолжали нежно блуждать по моему лицу.

— Знаю, что найдем…Если ты не захочешь, то стану искать ветра сама.

— Не говори так, родная. Я когда-то спас его на просторах орочьих равнин, — взгляд дракона устремился в даль времен, — Ему было чуть больше шестисот лет. Он погибал в плену без еды и почти без питья… Случайно пролетая над его скорбным убежищем, услышал, как он из последних сил позвал меня. Драконы могут видеть сквозь предметы. С трудом нашел его в яме, накрытой плетеной решеткой. Ничего хорошего его не ждало. Я спалил огнем все становище!.. Плавились камни… — черные глаза Раша почернели еще больше. Густые черные брови сошлись на переносице. Он снова был там. — Потом достал человека из ямы. На нем был турмалиновый браслет, высасывающий из него силы. Хотя, там и высасывать нечего было — кожа и кости. Огромные серые глаза на все лицо.

Снова обратился, посадил человека на шею и полетел к себе в замок. Мама заплакала, увидев его. После купальни ему дали чистое белье, благо он со мной одного роста, только все на нем болталось, как на вешалке. Там наши маги сняли браслет с его запястья. Первые дни, ему много есть не давали, боялись ухудшения здоровья. Доктор навещал каждый день. А ночами дежурили я, младший брат или две мои сестры. Или мама по очереди с отцами. Через неделю он пошел на поправку. Пропали жар и нервозность. Тогда рассказал нам кто он на самом деле. Мы удивились, узнав, что принимали участие в жизни младшего князя Южного клана ветров. — Раш улыбнулся. Тепло и почти любовно. — Мы полюбили Золтана. Потом мы мотались по мирам, иногда залетая то к нему в замок, то к нам. Мама всегда встречала его, как сына. Придет время, и мы втроем слетаем к моей маме. Она будет счастлива. А сейчас надо снова поесть. Я голодный, как тысяча драконов!

Слушая рассказ знакомства ветра и дракона, думала об испытаниях, что в который раз грянули на его золотую голову. Дракон так и держал меня на руках, словно во мне не было веса. Я снова сделала попытку встать на ноги. Раш нежно посмотрел на меня и выпустил из своего, такого приятного плена. Мы уселись возле костра и принялись ужинать второй раз.

— Каково ему сейчас?

Хмыри, вырубившие ветра, перенесли его бесчувственное тело в отдельно стоящий деревянный дом с обшарпанными стенами. Недолго думая, надели на него турмалиновый браслет. Ветер лежал на голом полу. Доротея обошла лежащее тело молодого ветра и пнула в ребра. Раздался стон. Золтан попытался открыть глаза, но они почти полностью оказались закрыты синяками и кровоподтеками. Доротея не скупилась на побои, пока тот не мог ее остановить со связанными руками. Побои закончились только, когда ветер потерял сознание.

— Что за урода ты мне притащила? — Раздался рядом с ветром брезгливо-писклявый мужской голос. — И зачем так избила? Дура ты, Дора. Мне теперь его лечить придется. Такого на работы нельзя отправлять. Он же ничего не увидит! Мда… Бабы дуры не потому, что дуры, а потому, что бабы.

— Ты не заговаривайся! — Прикрикнула на него Доротея. — Мне все равно, на какие работы ты его определишь, он сильный. Можно и в шахты.

— Посмотрим-посмотрим, — мужчина повернул лицо ветра к себе и Золтан с трудом рассмотрел гнома. — Хорошо. Сколько ты за него хочешь?