Astia vala femundis (СИ) - "Soul-keeper" - Страница 76

Фенриса пробрала дрожь. Это был Алрик, несомненно. В комнате впереди находилось еще около десяти храмовником, но среди них песнь лириума звучала не так.

Фенрис отличал друг от друга оттенки этой музыки, ведь его тело издавало схожие вибрации.

Другие храмовники не так сильны и испорчены. А вот в теле Алрика лириум просто кричал. Возможно, в этом и заключалось его безумие. Фенрис знал, как это вещество воздействует на тела людей, постепенно вызывая привыкание и уничтожая их разум.

Голос Алрика звучал твердо, но песнь пела о другом. Встреть они его чуть позже, он не представил бы для них никакой опасности, но сейчас… Его тело все еще оставалось крепко, не смотря на то, что разум держался из последних сил. Демон его знает, что он мог предпринять.

— Я хотела повидать маму! Ей даже не сказали, куда меня забирают!

Девушка маг. Фенрис почувствовал ее силу, совсем слабую: она боялась, в ужасе съеживалась внутри хозяйки, затрепетав перед храмовником.

Себастьян выглянул из-за угла и махнул рукой.

— Они вошли!

Фенрис продвинулся вслед за братом церкви, заметив, что молит про себя Создателя, чтобы с Мариан ничего не случилось. Он предполагал, какую реакцию может вызвать группа храмовников у Андерса.

И не ошибся. Тень задрожала вокруг, даже Себастьян почувствовал это, вжав голову в плечи, поежившись, как от неприятного сквозняка.

— Будь наготове, — прошептал он.

— Нет, нет, здесь они в своем праве, нельзя… — почти бессильно зашептал Андерс.

— Если он потеряет над собой контроль у нас станет на одного демона больше, — сквозь зубы процедил Фенрис, перехватывая меч поудобнее.

— Значит, ты признаешь, что пыталась сбежать? Ты ведь знаешь, что бывает с маленькими магессами, которые нарушают правила? Знаешь, верно?

Голос Алрика обездвиживал. Отчасти виной тому было большое количество выпитого лириума и его способности. Фенрис испугался, не повлияет ли это на Хоук. Из-за угла он увидел только лысую голову храмовника и молоденькую девушку, отступающую к стене. В ее глазах стояли слезы, она поднимала руки, прикрываясь, словно ожидая, что Алрик может ударить ее. Мариан и Андерса еще не заметили, они держались в тени за дверным проемом. Рука Хоук источала холод, она была готова атаковать в любую секунду.

— Нет, пожалуйста, нет! Не усмиряйте меня! Я сделаю все, что вы захотите! — юная девушка упала на колени.

— Это точно, как усмирят тебя, так и будешь делать все, что я захочу, — насмешливым, почти похотливым голосом ответил храмовник.

Фенрис почувствовал ярость в груди. То, с какой надменностью звучали слова Алрика, говорило лишь о том, что для него не впервой совершать подобные вещи с людьми. Сколько девушек-магов в казематах уже выполняли его прихоти? Если этот человек, один из главных, что же происходит в круге? Хоук говорила об этом, столько раз спорила с ним, а он не верил! Не верил, пока своими ушами не услышал слова из уст этого человека!

Теперь он отчасти понял, почему она согласилась на эту безумную авантюру.

Алрик должен умереть. Иного он и не заслуживает.

И словно в подтверждение мыслям эльфа, раздался громкий возглас Хоук.

— Руки прочь от нее!

Следом за ней, Андерс сделал шаг и в ту же секунду Фенрис почувствовал, как лириум начал жечь тело, реагируя на истончающуюся завесу. Целитель сорвался с цепи, уступая свое тело духу.

— НЕГОДЯИ… НИКОГДА БОЛЬШЕ ВЫ НЕ ТРОНЕТЕ МАГА! — стены сотряс раскатистый бас, принадлежавший Справедливости.

Алрик успел обернуться и вытащить меч из ножен, за ним в комнату один за другим начали вбегать остальные храмовники.

— Глупцы, я почуял вас еще издалека! — захохотал он, направляя руку в сторону Мариан.

С кончиков пальцев сорвалась сфера света, Хоук вскрикнула, отпрыгивая в сторону, но было поздно.

— Святая кара! — закричал Себастьян, выпуская стрелы в лучников на лестнице, — Фенрис, вытаскивай ее оттуда! Это опустошит ее изнутри!

Эльф сорвался с места, заметив, что на него уже бегут трое.

Их проклятые доспехи такие тяжелые! Он выставил вперед меч, сшибая мужчин с ног. Ему нужно дотянуться до Хоук! В эту секунду для него исчезло все вокруг, комната словно погрузилась во тьму, он видел лишь синеватую дымку, за многочисленными тенями, которые препятствовали на пути к Хоук. А она была там, и задыхалась… Каффар, он почти чувствовал, как ее дыхание перехватило, будто в грудь вставили раскаленную кочергу, а на горле сомкнули стальной обруч…

Справедливость успешно вступил в схватку с Алриком, Себастьян прикрывал эльфа, пока тот проталкивался сквозь толпу окруживших их храмовников.

Хоук стояла на коленях, удерживая посох обеими руками и опустив голову. Фенрису совершенно не нравилось, что он не чувствовал никакой магии вокруг нее. Сфера света или святая кара, выпущенная Алриком, давно рассеялась, и Хоук была жива, но…

Он знал, что будет, если мага в одночасье лишат его силы. Все равно, что из воина вышибут дух, приложив хорошенько об стену. Однако когда пройдет шок, воин успеет восстановить дыхание, а вот маг… Хоук подняла голову и уставилась на Фенриса невидящим взглядом, когда он подхватил ее подмышки и поставил на ноги.

— Дышать можешь? Дыши глубже! Сосредоточься на дыхании! — закричал он ей.

Храмовник внезапно оказался слева, и Фенрис едва успел подставить меч под удар, вкладывая в руку силу лириума. Линии клейм на коже засветились, закованный в броню рыцарь не справился с натиском и его отбросило назад.

Мариан все еще не могла прийти в себя. Она в ступоре оглядывалась по сторонам, словно оказалась здесь сию же секунду, не зная как. Тем не менее, слова Фенриса подействовали. Она дышала. Прерывисто и со свистом, каждый вдох давался как испытание.

— Давай же, приходи в себя, — молил Фенрис, поддерживая ее и отводя в сторону от сражения.

— Фенрис, — успела произнести она, и дыхание снова перехватило.

— Не говори сейчас! Повторяй за мной, ты придешь в себя, давай, вдох! — он увидел, как вздымается ее грудь под мантией, — а теперь, медленно, выдох! Не сбивайся, повторяй!

Хоук послушалась. Схватила его за руку, больно сжав, и начала дышать.

— Вот так, молодец, все будет хорошо, ты сейчас не чувствуешь внутри себя магической силы, это пройдет, не паникуй!

Фенрис не верил собственным ушам. Он говорил это магу. Он спасает ей жизнь.

Эльф видел подобные заклинания на Сегероне. Данариус часто пользовался возможностью вышибить мага из строя, в буквальном смысле этого слова. Методы разные, но суть одна. Хоук сейчас действительно с трудом понимала, что с ней происходило. Не будь эльфа рядом, она просто задохнулась бы.

— Фенрис, я не справлюсь! — закричал Себастьян, — у них подкрепление!

Эльф бросил встревоженный взгляд на Хоук.

— Фенрис, давай же!!!

Глаза Мариан округлились от ужаса. Она разомкнула пальцы, отпустив руку Фенриса, сфокусировавшись, наконец, на окружавшем их сражении.

— Посиди здесь, ты скоро придешь в себя, — он постарался сказать это как мог спокойно, даже нежно. Что было дико в данной ситуации, ведь их могли убить.

Хоук и Андерса скрутят и отведут в Казематы. Алрик пополнит ряды усмиренных, заставив Хоук служить ему, выполняя любые прихоти.

— Прекрати думать об этом! — рявкнул Фенрис вслух, отбрасывая от Себастьяна двоих, чтобы тот успел отскочить и прицелиться.

— Сзади! — закричал Фенрис, успевая заметить солдата за спиной старкхевенского принца.

Плечо пронзила острая боль. Лезвие меча вошло в плоть, как нож в масло. Фенрис скривился, посылая свое тело на противника. Храмовник не ожидал такой реакции, его ноги подкосились и эльф навалился сверху, приставив его же собственный меч к горлу.

— Пощади, — прохрипел тот, но Фенрис уже надавил на лезвие.

В лицо брызнула кровь, эльф подскочил на ноги, оглядываясь туда, где он оставил Мариан.

Хоук не было.

— Каффар! — закричал эльф.

Храмовники появлялись словно из ниоткуда. Он уже не видел Андерса, однако почувствовал, как оборвалась песнь лириума. Значит, Алрик мертв. Осталось немного.