Astia vala femundis (СИ) - "Soul-keeper" - Страница 184

— Варрик, твои ребята могли излишне чесать языком, привлекая к себе внимание? Может они кого-нибудь спугнули? — спросил Фенрис, вонзив острие кинжала в щербатую поверхность стола. Хоук вяло поморщилась, но то был его стол. В этом поместье мебели было не жалко.

— Исключено, — без тени сомнения ответил гном. — Как найти того, кто не хочет быть найденным? Такова их специальность, уж в этом они у меня мастаки! — Тетрас на мгновение замолк, и снова будто осунулся. — Тот, что не вернулся, был ушлым парнем… — пробормотал он, — подштанники Андрасте, я говорю о нем в прошедшем времени! Надеюсь с ним все в порядке. Демон дери, он ведь пошел туда же, куда и остальные?

— Похоже, кое-кто действительно не хочет, чтобы его нашли? — задумчиво спросила Мариан, отвлекаясь от потрепанной тетради.

С недавних пор Фенрис и Хоук пришли к выводу, что будут учить тевин вместе. Эльф помогал с произношением, а девушка показывала буквы и слоги. Вместе получалось гораздо быстрее.

— Если мы вообще ищем в том направлении, — расстроено пробормотал Тетрас и уселся обратно на стул.

Фенрис неотрывно смотрел на область карты, куда указывал гном. Территории были обозначены не так, как он помнил. В имении Данариуса эльф видел куда более подробные отметки, с указанием деревень и небольших хозяйств. Но по памяти такое не восстановишь, приходилось довольствоваться тем, что есть.

— У тебя хорошие источники, верно? — поинтересовался он.

— Я заплатил достаточно, чтобы несколько умников проболтались, — обиженно ответил Тетрас. — Удалось узнать, что они подделывают бумаги. Туда плывет уйма лириума, о котором никто и не догадывается. В этом месте, в предгорьях, о которых мы ведем речь, богатая плодородная земля, известная величественными дворцами магистров и знатных домов. Демон меня дернул лезть в эти дела. Если через две недели от моего наемника не будет известий, я официально заявляю, что умываю руки, эльф, — он повернул голову в сторону Фенриса, — дальше решай сам. Возможно, ты так и не найдешь того, кого ищешь.

— О каком количестве лириума идет речь? — переспросила Хоук.

— Хватит, чтобы создать армию таких, как твой эльф! — гном взял стакан и сделал несколько шумных глотков. Фенрис улыбнулся уголком губ. Он не обиделся на язвительный ответ Тетраса. Варрик и так сделал куда больше, чем требовалось.

Им оставалось только ждать.

Тем временем, перевод дневника пошел быстрее. Хоук схватывала на лету, впрочем, Фенрису было куда легче. Мариан даже завидовала его успеху в изучении языка: она заметила, что эльф обладает поистине поразительной памятью. За несколько недель он уже мог читать сам, хоть и довольно медленно.

— Если бы я не соображал – не оставили бы в живых, — усмехался Фенрис, вспоминая обучение на Арене.

Он знал, что его мозги работали иначе. Молниеносная реакция, вкупе с невероятным терпением и упрямством делали свое дело. Эльф умел добиваться своего.

Между тем, дела в Киркволле шли все хуже. Спустя полтора года после восстания кунари и победы над Аришоком, повышенный интерес Мередит Станнард к Мариан не угасал. Инцидент с магией удалось замять, и рыцарь-командор даже не задавала вопросов. Зато вовсю использовала Хоук в своих целях. Пока Фенрис ждал известий от Варрика, они даже успели отыскать трех магов-отступников. Правда, Хоук не вернула в Круг ни одного из них: двоих пришлось убить, какого-то избалованного аристократа поучили уму-разуму. Кажется, он сбежал.

Верховный Чародей Орсино тоже тянул одеяло на себя, – Мариан часами просиживала в его кабинете, выслушивая о проблемах Круга и влиянии Храмовников. Фенрис злился, ведь понимал, что Хоук снова против воли оказывалась замешанной в политические дрязги.

Авелин все больше жаловалась на усиление стражи в виде Храмовников прямо во дворце Наместника. Хоук непривычно ежилась, если собиралась идти к капитану в гости, и всегда брала с собой Фенриса.

Помимо этого, эльфа все больше заботило состояние Андерса. Одержимый как с цепи сорвался. Он приходил к Хоук, и, если не заставал дома, не стесняясь, стучался в поместье Фенриса, отвлекая ее своими манифестами. Поначалу Фенрис терпел, и то, только потому, что Мариан просила быть повежливее. Хотя он не мог взять в толк, с чего он вообще должен быть любезным с тем, кто подвергает жизнь Хоук опасности? Эльф не выдержал, когда Андерс заявил, что нашел способ избавиться от Справедливости.

Для этого он звал ее на Расколотую гору, – якобы, там росли ингредиенты для зелья, которое могло помочь духу покинуть оболочку из плоти. Фенрис вызвался идти с ними. Не только потому, что не хотел отпускать Хоук с этим типом: он знал, что Андерс хорош в своем деле. Просто, в последние дни что-то изменилось в самом его взгляде. Эльф называл это чутьем или элементарной интуицией, и, даже пытался разувериться в излишних подозрениях, но, не смотря ни на что, он все равно видел, что Целитель стал другим. Плечи поникли, глаза странно забегали. Ввалившиеся щеки и бледный цвет лица и раньше указывали на излишнее трудолюбие этого психа. Теперь же ко всему прочему прибавилась подозрительная неуверенность в себе. Отступник даже пахнуть стал иначе.

Фенрис не мог утверждать наверняка, тем более, для Хоук. Он знал, что Мариан поднимет его на смех. Однако страх и сомнения людей он чуял за версту.

Со сбором ингредиентов было покончено. В тот же день вернулся посыльный Варрика.

Все еще под впечатлением от схватки с гигантским драконом, компания в лице гнома, Мариан и Себастьяна, проводила время за ужином в Висельнике.

Бывший принц свыкся со своим положением в качестве брата Церкви. Хоук не собиралась убеждать его вернуть себе трон, и, тот, кажется, бросил попытки вернуться в Старкхэвен. Они как раз обсуждали какой доспех лучше всего изготовить из драконей чешуи, в тот момент, когда в дверном проеме показалась фигура посыльного.

За ним в помещение ворвалась Нора. Она вся дрожала, по ее испуганным глазам было ясно, что с парнем что-то не так. Эльфийка подбежала к Варрику, даже не пытаясь остановить вошедшего, скорее сторонясь его.

— Эй, милая, что стряслось? — изрядно захмелевший гном не сразу сообразил, что к чему. В этот самый момент ноги у посыльного подкосились, и он с шумом рухнул на пол, забившись в судорогах.

Себастьян подскочил со стула одновременно с Хоук. Они бросились к парню, хватая того за руки и за ноги. Фенрис стащил со стола салфетку и просунул ее между зубов, пока те не сомкнулись. Не хватало им еще, чтобы посыльный откусил себе язык.

Выпитое вино мешало сосредоточиться. Эльф устал, схватка с драконом не была в числе его планов на день, впрочем, как и у остальных. Хоук держала парня за руки крепко, но эльф заметил, как она побледнела.

— Что с ним? — пискнула Нора, прячась за большое каменное кресло Варрика. Гном привстал с места, ошарашено наблюдая за происходящим.

Судороги прекратились, сквозь салфетку по щеке потекла пена. Глаза парня закатились, он выгнулся в неестественной позе и тут же затих. Фенрис прислонился ухом к груди. Убедившись, что он дышит, эльф облегченно вздохнул. Себастьян помог перенести посыльного на кровать.

— Ну дела! Нора, почему ты так испугалась? Он что-то сказал? — гном обернулся к эльфийке.

— Он был не он… проклятье. Мне надо выпить, — с этими словами она схватила со стола бутыль вина и отпила прямо из горлышка. Зажмурившись и выдохнув через нос, Нора продолжила. — Он вошел тихо, я даже не сразу сообразила, что у нас посетитель. К-колокольчик не звякнул. У нас над дверью, знаете? Стало так холодно! — она покосилась в сторону посыльного, возле которого сидела Хоук. — Он подошел к барной стойке и наклонился вперед. Я была внизу, расставляла посуду на полках. Когда приподнялась, чуть нос к носу с ним не столкнулась! Он сказал что-то на непонятном мне языке. Ну я с испугу переспросила. А он засмеялся, так хрипло, странно, — молодой парень, а смех, будто у старика! Спустя секунду откашлялся и спросил: «Мадам, не встречался ли вам Лито?» Я замотала головой, а его лицо вдруг исказилось! Это была такая неестественная и страшная маска! С кожей что-то произошло! Я отступила назад, и, кажется, замотала головой, когда он невозмутимо опрокинул стакан с водой и двинулся наверх! Демоны Тени, что с ним? — она снова покосилась в сторону кровати гнома.