Astia vala femundis (СИ) - "Soul-keeper" - Страница 178

Хоук не опасна, она принадлежит ему, а он ей.

Они единое целое.

Именно поэтому Фенрису хотелось находиться в этой бездне целую вечность. Лишь бы рядом можно было ощутить ее теплую, бархатистую кожу. Ее сбивчивое дыхание и то, как она осторожно потягивала его за волосы, пропуская их сквозь свои пальчики.

Если бы Хоук решила угробить половину Киркволла, он был уверен – у нее наверняка нашлась бы веская причина сделать это. Хоук стала половинкой души, если выражаться языком романов, которые так любила почитывать Мариан на досуге. Фенрис всегда смеялся над этим, но в данную минуту, как ни странно – это было всё, что он чувствовал.

Он любил ее. И не мог иначе: ведь если наоборот, то как он может доверять самому себе?

Хоук стала его частью. Его родной Мариан.

В этом было что-то магическое, эльф даже не отрицал. Какое там! Ему, бывшему рабу, познавшему тяготы жизни, перемежаемые с бесконечной болью и пытками. Ему ли говорить о любви и доверии?

Но все же он доверял. И любил.

Иногда они глупо хихикали, стараясь не расплескать воду окончательно, зажимая друг другу рты, целуясь, как будто не делали это вечность. Фенрис признался, что тоже скучал. Даже больше, чем мог себе представить, ведь понял это только теперь. У них не было возможности быть близко друг к другу в этом походе...

Мариан поцеловала его в шею. Сначала один раз, потом другой. Из груди вырвался сдавленный стон. Эльф не смог сдержаться, на секунду стало абсолютно наплевать, что могут подумать за стенкой. Хотя, кажется, он слышал, как Карвер и Варрик покинули ванну.

Физическая потребность в Хоук разрасталась в груди, превращаясь в зияющую дыру, когда Мариан не было рядом. Мало прикосновений, мало одних только взглядов. Он нуждался в ней, как в воздухе.

Она свернулась комочком, уткнувшись головой ему в плечо – кожа покрылась мурашками, ведь вода давно остыла, да и расплескалась почти наполовину, хотя они и старались быть осторожными.

— Ты когда-нибудь думал, что у нас могли бы быть дети? — вдруг спросила Хоук, повергнув Фенриса в немое изумление на долю секунды. Он медленно поднялся из ванной, помогая Мариан.

— Я просто... решила, что если я... — Хоук замялась, — говорят, что у эльфов и людей весьма призрачный шанс завести детей, ты знал?

— Я давно перестал удивляться вопросам, которые посещают твою безумную голову, — эльф замотал Мариан в полотенце.

— Извини, глупо было такое спрашивать, мы ведь... Я ведь... — она замолкла на мгновение, а затем с жаром продолжила, — понимаешь, я осталась одна! Я просто подумала – Карвер не сможет иметь детей. А мне уже достаточно лет, да и положение далеко не располагает к тому, чтобы сделаться матерью… Но если вдруг… если вдруг у нас... ты… — она хотела сказать что-то еще и так нервничала, что Фенрис едва сдержал смех. Хотя все же понимал, почему такие мысли пришли ей в голову. И постарался развеять страхи, как мог.

— Мариан. Я никуда от тебя не уйду. Особенно если у тебя будут дети. — Он вытер ей голову, и Хоук рассмеялась, — эй, они будут и мои дети тоже, поняла? — он серьезно посмотрел ей в глаза.

— Как скажешь, босс! — отрапортовала девушка, тряхнув на него влажными волосами. Фенрис прикрыл лицо рукой и шутливо толкнул ее к лавке с одеждой.

— Давай одевайся. Голод на тебя плохо влияет.

Через некоторое время они присоединились к остальным в гостиной. За большим столом уже сидел Карвер, живо уплетая из миски свежие овощи. Запахи, наполнившие поместье Амеллов заставили желудок эльфа умоляюще урчать. Впрочем, Мариан набросилась на еду с не меньшим остервенением.

— Карвер! — воскликнула она, расправившись с индюшкой в своей тарелке.

— Чего?! — откликнулся брат, неожиданно подняв на нее взгляд, полный подозрения.

— Ты будешь есть эту ножку? — Хоук хитро сощурилась.

— Я еще не решил! — многозначительно ответил младший, пододвигая тарелку с мясом ближе к себе.

Злобно сверкнув глазами на своего братца, Мариан хищно облизнула губы. Фенрис не выдержал и рассмеялся. Кажется, только что он стал свидетелем сокровенной семейной сцены, которая не один раз происходила между этими двумя упрямцами.

Пока Бодан не принес из погреба холодный ягодный морс, никто и не думал о том, что нужно пить, настолько они были голодны. По дороге в Киркволл, Фенрису удалось изловить нескольких ящериц, но то было сложно назвать едой. Они не имели возможности нормально питаться около четырех суток. Вдоволь наевшись, Фенрис откинулся на спинку стула.

Сейчас он наблюдал за счастливыми лицами брата и сестры. Мариан, безусловно, наелась и не собиралась претендовать на эту индюшачью ножку. Она просто видела, как на нее поглядывал Карвер, вот и решила насолить брату в своем стиле. Эльф легонько толкнул ее под столом ногой. Хоук улыбнулась и махнула рукой.

— Ешь скорее, младший, она знаешь какая обжора! — Варрик вытер руки об салфетку, а затем пригубил морса, — Бодан, что за снадобье?! Тащи сюда покрепче, мы должны выпить.

— За незабываемое путешествие! — провозгласил Карвер, — эй, эй! — Мариан уже ухватила индюшку у него из-под носа. — Ах ты, несносная! — сокрушенно воскликнул он.

— Хоук, это немного нечестно… — заметил Фенрис, и она улыбнулась ему с набитым ртом.

— А как же все лучшее детям? — с иронией спросил гном.

— А он уже не ребенок, — пробубнила Хоук, обгрызая кость, — Карвер, возьми вот этот кусочек.

— Ты всегда знала, что я не люблю белое мясо. Ножки – самое вкусное. Вредина! — Младший скрестил руки на груди, оттолкнулся и принялся мерно раскачиваться на стуле. Совсем как подросток.

— Монна Хоук, какое виски из вашей коллекции? — переспросила вбежавшая в комнату Орана.

— Бутыль из темного стекла, третья полка сверху, — отозвалась Мариан.

— Сколько у тебя там? — поинтересовался Фенрис.

— Много! — провозгласила Хоук, — а что?

— Удивительно, что еще осталось! — захохотал Варрик, — Ривейни частенько опустошала запасы!

— После пары охранных заклинаний и вырванного клока волос, она перестала.

—Сестренка, да ты никак превратилась в сноба! — Карвер иронично склонил голову, Хоук в ответ показала язык.

— Всегда мечтала о погребе с алкоголем!

— Папа любил виски, она просто подражает, — шепотом заметил для Фенриса младший.

— А ваш отец любил устраивать драки в трактирах? — эльф улыбнулся уголком губ.

— Э-э, нет, а почему ты спрашиваешь?

Бодан прервал их разговор, поставив на стол пузатый сосуд с крепким напитком. Варрик разлил виски по стаканам.

— В сторону шутки, — серьезно сказал гном, поднимаясь со стула. — Я хотел бы сказать – я до демонов рад, что вы все здесь, целые и невредимые! Выпьем! — Он чокнулся с остальными, пригубил виски и довольно крякнул.

Орана принесла к столу немного копченого мяса, Хоук уговорила ее разделить трапезу с ними. Эльфийка краснела, как спелый помидор, изредка бросая косые взгляды на Карвера и тут же стыдливо отворачиваясь. Фенриса такое поведение позабавило, и он предложил ей выпить.

— Что вы, Фенрис, я такое не могу, право, — начала отнекиваться она, но компания оказалась непреклонной. Под дружные аплодисменты и крики, крепко зажмурившись, Орана все же опрокинула бокал.

— Во-о-от, это совсем другое дело, — захохотала Мариан, — сколько раз я просила тебя выпить со мной? Ты только сейчас согласилась!

— М-мариан, — заикнулась Орана, и Карвер подвинул ближе к ней стакан с холодным морсом. Эльфийка приняла его с благодарностью. — Как вы это пьете?! — пораженно пробормотала она, отпив ягодного напитка.

— Ох, милая, это же сущая ерунда, в сравнении с тем крепким пойлом, что дают в Висельнике, — Варрик хохотнул, припоминая что-то, — эй, Хоук, а ты после него возомнила себя драконом?

— Когда я платил Корфу за дыру, прожженную в крыше? — вставил Фенрис.

— Сестренка снова пыталась дышать огнем? — Карвер заинтересованно навис над столом, и Орана тут же подалась назад, едва их плечи случайно соприкоснулись.