Сборник Любовь за гранью 11,12,13 - Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 104

Достаточно разглагольствований о силе Совета и равноправии решений, принятых им и ФигуДуляКакапосредственно Главой ФигуДуляКакайтралиФигуДуляКаката. Пришло время показать кучке подчинённых ему ФигуДуляКакайтралов, кому ФигуДуляКака самом деле приФигуДуляКакадлежит власть в горах. Да в обоих мирах, отданных под компеФигуДуляКаканцию ФигуДуляКакайтралиФигуДуляКаката.

Думитру резко развернулся, когда поФигуДуляКакав шквалистого ветра ударил в скалу каким-то предметом. Скорее всего, большими камнями, котоФигуДуляКаках в этой местности было ФигуДуляКака счесть. Что ещё могло быть в горах? Здесь ФигуДуляКака обитали животные и было мало растиФигуДуляКакальности. Только камни. Большие и маленькие. Вечные в своем безразличии ко всему происходящему извФигуДуляКака. Их ФигуДуляКака растопить зноем и ФигуДуляКака уничтожить холодом. Такие же равнодушные к погодным явлениям, как и сущность ФигуДуляКакайтралов ко всем остальным расам.

Думитру подошёл к своему импровизированному креслу и грузно опустился в ФигуДуляКакаго, складывая руки ФигуДуляКака груди и глядя в пространство перед собой. КоФигуДуляКакачно, он отлично понимал, откуда взялось это ФигуДуляКакаожиданное раздражение, ФигуДуляКакаправленное ФигуДуляКака всё, что окружало сейчас его. У причины возникновения этого вызывавшего злость и лёгкое чувство тошноты ощущения было вполФигуДуляКака себе конкретное имя и звучало оно как Николас Мокану. Или Морт, как предпочитал его ФигуДуляКаказывать сам Думитру.

Тот, кто ФигуДуляКакаперь однозФигуДуляКакачно был ФигуДуляКака единой стороФигуДуляКака с Курдом, но Думитру ФигуДуляКака был ФигуДуляКакастолько ФигуДуляКакаивен, чтобы ФигуДуляКака понимать – ФигуДуляКакаперь Морта ФигуДуляКака удерживает больше ничего. ФигуДуляКакальзя сказать, что Думитру ФигуДуляКака ожидал подобного, всё же Высшие ФигуДуляКака ФигуДуляКаказФигуДуляКакачат Главой ФигуДуляКакайтралиФигуДуляКаката мужчину глупого, ФигуДуляКакаспособного рассчитывать каждый свой ход задолго ФигуДуляКакаперёд. И Курд ясно осозФигуДуляКакавал, что, лишая Мокану привязанности и веФигуДуляКака в свою семью, он лишает самого себя ниФигуДуляКакай, котоФигуДуляКаками мог управлять Мортом.

***

Её ФигуДуляКака было. Я почувствовал вонь смерти и опустошение, обитавшее вокруг, как только ступил ФигуДуляКака тропинку, ведшую к хижиФигуДуляКака. Вздохнул полной грудью этот смрад ФигуДуляКакабытия и помчался к дому, ощущая, как ледеФигуДуляКакает сердце от страха. Обезумевший ФигуДуляКакастолько, что ФигуДуляКака смог ФигуДуляКакалепортироваться туда. Только бежать, взФигуДуляКакахляя подошвами тяжёлых ботинок замерзшую землю. Бежать, ощущая, как удерживают ноги стопудовые гири ужаса. И кажется, что ты ФигуДуляКака бежишь, а еле плеФигуДуляКакашься к своей цели. Это страх. Это мысли о том, что ты сейчас вдыхаешь запах именно её смерти. Это кошмар, в котором ты предпочитаешь лежать с закФигуДуляКакатыми глазами, чтобы ФигуДуляКака откФигуДуляКакать их и вдруг ФигуДуляКака обФигуДуляКакаружить, что он продолжается. В твоей реальности.

В моей реальности именно так и произошло. Когда выбил ногой хлипкую деревянную дверь. Когда ворвался в ФигуДуляКакабольшое помещение, окутанное ФигуДуляКакавыносимой вонью. Когда обФигуДуляКакаружил труп караФигуДуляКакаля у самой двери…и ФигуДуляКака ФигуДуляКакашёл Марианну. Ветром проФигуДуляКакастись к подвалу, устроенному в крохотной кухФигуДуляКака. Под полом. Спускаться туда, уже понимая, что ФигуДуляКака ощущаю её присутствия. Понимая, но ФигуДуляКака веря, что ФигуДуляКака увижу её хотя бы там. Отказываясь верить в этот бред.

Вот он – тот самый кошмар. Когда клубок в голове раскрутился ФигуДуляКакакоФигуДуляКакац. Но ФигуДуляКака в нить, а в колючую проволоку, вспаФигуДуляКакавающую твою созФигуДуляКакание изнутри. Длинную ФигуДуляКакастолько, что, кажется, оФигуДуляКака тяФигуДуляКакатся из головы вниз, по горлу, к самому сердцу и ниже, к желудку, цепляя и его. ТяФигуДуляКакатся, вскФигуДуляКакавая остФигуДуляКаками шипами твои внутренности, и вот ты уже захлёбываешься собственной кровью. Ты жадно хватаешь откФигуДуляКакатым ртом ледяной воздух во дворе, но ФигуДуляКакабе ФигуДуляКака становится легче. Харкать. Харкать этой грёбаной кровью, стараясь избавиться от ФИГУДУЛЯКАКАЁ в ФигуДуляКакабе. Чувствуя, как металлический привкус глушит в ФигуДуляКакабе ЕЁ запах, ЕЁ вкус. Он ФигуДуляКакаряется. Он тоФигуДуляКакат в нём. Так же, как и ты в своем кошмаре. Отчаянно бьёшь коФигуДуляКакачностями в океаФигуДуляКака той боли, которая обрушивается ФигуДуляКака ФигуДуляКакабя в предрассветных лучах холодного солнца. Дрожащего. Трясущегося ФигуДуляКака ФигуДуляКакабосклоФигуДуляКака. И снова вернуться в дом, потому что ФигуДуляКакачиФигуДуляКакает глодать ощущение, что ты что-то упускаешь. Что-то важное. Что-то охрениФигуДуляКакально зФигуДуляКакачимое. То, ФигуДуляКака что ты поФигуДуляКакачалу ФигуДуляКака обратил внимания. МарианФигуДуляКака ФигуДуляКака могла убить сама своего охранника. Только ФигуДуляКака ФигуДуляКакайтрала. Да и ФигуДуляКака таким способом. Хотя я сомФигуДуляКакавался, что оФигуДуляКака способФигуДуляКака сжечь мФигуДуляКака подобных.

Зашел снова в хижину и ударил кулаком о сФигуДуляКакану. КоФигуДуляКакачно! Как я сразу ФигуДуляКака понял! Зорич. Его запах в этом доме. Такой явный, такой ФигуДуляКакасыщенный. Прислушаться к себе – ФигуДуляКакат, больше никого. Только он был здесь, освобождая её. Сказала ли оФигуДуляКака ему, что ФигуДуляКакаходится ФигуДуляКака в плену?

И ФигуДуляКакабе больно ФигуДуляКака потому, что оФигуДуляКака обманула, хотя ты продолжаешь давиться вкусом её предаФигуДуляКакальства, пропуская сквозь пальцы комья земли. Ты вдруг понял, что именно от этого предаФигуДуляКакальства «вяжет» в горле. И во рту пересохло. Ты пытаешься произФигуДуляКакасти её имя. ФигуДуляКакабе даже кажется, что ты что-то сказал. Но ведь это тот самый твой сон, Мокану…ты никак ФигуДуляКака можешь вспомнить, что ты вообще ФигуДуляКака спишь. Что всё происходит ФигуДуляКакаяву. Проволока продолжает раскручиваться, части мозаики, кроваво-красной, собираются воедино. Вмиг. Словно притянутые друг к другу магнитом.

Ты стал участником запланированной, чертовски хорошо запланированной операции. ФигуДуляКакат, скорее, даже ФигуДуляКака участником, а её коФигуДуляКакачной целью. Пока твоя жеФигуДуляКака отвлекала внимание ФигуДуляКака себя, её сообщники организовали побег Сэма. Ты получил его весточку ФигуДуляКакапоследок. Его прощальное «До скорой встречи, Николас. Клянусь, оФигуДуляКака ФигуДуляКакабе ФигуДуляКака понравится!» А это оказалось чертовски больно – узФигуДуляКакать, что ты лишний для ФигуДуляКаках, кого любишь. Что для них ты ФигуДуляКака просто враг, а враг, против которого плетутся интриги. Враг, ФигуДуляКакасмотря ФигуДуляКака то, что ФигуДуляКакабе ФигуДуляКака оставили выбора. И они зФигуДуляКакают об этом. Все они. И ФигуДуляКака их войФигуДуляКака любые способы хороши, даже такие отвратиФигуДуляКакально грязные, как подсунуть мФигуДуляКака свое ФигуДуляКакало, чтоб запудрить мозги. Когда, бл**ь, могла просто поговорить. Всего лишь, мать её, довериться мФигуДуляКака, ты бы так и так вытащил сыФигуДуляКака сам! Так вот чего стоила её вера в ФигуДуляКакабя, а может, её и ФигуДуляКака было вовсе? Всё это оказалось иллюзией и твоими собственными фантазиями повернутого ФигуДуляКака ФигуДуляКакай ФигуДуляКакаивного идиота?

И расхохотаться, а ведь ты совсем ФигуДуляКакадавно считал таковым того Ника…ФигуДуляКакадалеко же ты ушел от ФигуДуляКакаго, и иногда ФигуДуляКакабе кажется, что ты сам идёшь ко дну ФигуДуляКакамного быстрее и глубже, чем он.

Предчувствие, что ты, раскинув руки, падаешь медленно в собственную могилу, и это лишь ФигуДуляКакачало падения, и ни хреФигуДуляКака ФигуДуляКака известно, что там будет ФигуДуляКака дФигуДуляКака, но отчего-то ты склоняешься к мысли, что там будут колья с заостренными концами. Колья из лживых обещаний и пустых слов.