Аллоды (СИ) - Рисовалкин Ваня - Страница 78

      - Э-э-э... да... спасибо, - пробормотал Миша, тоже немало удивленный.

      - Ну и что это значит? - спросил я. - Тебе это говорит о чем-нибудь?

      - Шаманские бредни... - задумчиво протянул Грамотин. - Ник, ты говорил, что Шип просил тебя поменять заряды в каких-то тотемах.

      - Да, это такие... стелы, с помощью которых он ищет магов. Точно не знаю, как это происходит, я просто заменил в них камни от Коловрата. Ты думаешь, Хагар-Феми имела в виду такую стелу?

      - Я немного читал в Академии о язычестве. Шаманы окропляют стелы кровью тотема - священного животного, чтобы... м-м-м... оживить его, или что-то вроде того.

      - Чтобы туда вселился его дух, иначе это просто груда камней, - неожиданно пояснил Лоб, после чего добавил: - Ну че вы уставились? Мне учитель так рассказывал. Типа каждый орк должен знать свою эту... как ее... культуру!

      - Хм... вероятно так, - кивнул Михаил. - Одним словом, я думаю, что те камни, которые тебе передал Коловрат, скорее всего были "заряжены" кровью различных животных.

      - Попробуйте только тронуть наших гиен - и убедитесь в этом лично... - медленно повторила Лиза. - Здесь поблизости водятся гиены?

      - Хочешь замочить пару штук? - хмыкнул Орел.

      - Именно, - подтвердил Миша. - Вот только что окроплять их кровью? Мне нужна карта.

      На карте Шипа Змеелова, с которой я искал шаманские тотемы, весь Военный Округ был как на ладони. Я стал водить пальцем по бумаге от одной надписи к другой.

      - Вот! Недалеко от казарм Синих - их тотем!

      Быстро разработав план действий, который состоял всего из двух пунктов: убить гиену и окропить ее кровью стелу, мы выдвинулись на поиски. Гиен в округе водилось предостаточно, а уж вокруг казарм Синих отыскать их и вовсе не составило труда. Не зря именно это животное является их символом. Сверившись с картой, мы также легко отыскали и саму стелу. Я уже довольно потирал руки в предвкушении скорой развязки, когда Миша пролил несколько капель крови гиены на исписанный иероглифами камень, и радость моя возросла еще больше после того, как надписи тускло замерцали. Это значит, что мы все сделали правильно!

      - Невероятно! - воскликнула Матрена. - Они светятся! Этот камень что и правда... может быть живой? Я имею в виду, что там внутри дух языческого божества...

      - Ерунда, нет там никакого божества, - перебил Михаил. - Это просто магия, которая каким-то образом реагирует на... э-э-э... наши действия. Всему есть рациональное объяснение.

      - Да какая разница, от чего там светятся эти каракули? - раздосадованно встрял я в их спор. Моя радость уже пошла на убыль, так как с тотемом больше ничего не происходило. - Что нам это дало?

      Я обошел вокруг стелы несколько раз, но никаких секретных документов Синих мне от этого на голову не свалилось.

      - Ну, умник, каковы наши дальнейшие действия? - поинтересовался Кузьма у Миши, но тот был целиком сосредоточен на стеле. Тогда Кузьма посмотрел на Лба: - Тебе учитель случайно ничего не рассказывал на такой случай?

      Лоб почесал затылок и пожал плечами.

      - Что-то намудрили Синие, поди разберись...

      - Уверен, эта странная стела связана с нашим заданием. Документы наверняка тут запрятаны, - пробормотал Миша.

      - Давай, давай, напряги извилины. Все эти волшебные штучки - это же твоя епархия.

      - Не совсем. Это низшая форма магии, я плохо с ней знаком.

      - Попробуйте мыслить по-шамански, - внезапно сказала Лиза. - Все язычники проводят кровавые ритуалы, призывают духов, доверяют им свои тайны. Может, в этом и разгадка?

      Я не увидел в предложении конкретики и хотел отмахнуться, но Михаил неожиданно поддержал ее.

      - Отличная идея! Ритуалы... Лоб, шаманы ведь приносят жертвы тотемам?

      - Угу.

      - Можно попробовать сделать подношение.

      - В смысле, приволочь сюда чью-нибудь тушку? - уточнил я.

      - А зачем волочь? - спросил Кузьма, тут же вскинув лук и выстрелив в небо.

      Высоко круживший над нашими головами ворон камнем полетел вниз и упал прямо у стелы.

      - Ну вот вам и подношение, - сказал Кузьма, выдернув из птицы стрелу.

      Однако, ничего не произошло. Я уже было снова поник, но тут вмешалась Лиза.

      - Кто же так подношения делает? - закатила глаза она.

      - И как правильно?

      - Живыми! - пояснила эльфийка, и у меня в голове мелькнула мысль, что она неплохо в этом разбирается. - Животных приносят в жертву у самой стелы!

      Я огляделся.

      - Зизи, сможешь ввести в транс того огнегрива?

      - Легко!

      Дикий степной жеребец уставился остекленевшими глазами на эльфийку от взмаха ее руки и подошел к стеле, словно его вели на веревке. Я без лишних церемоний отсек ему голову, заметив боковым зрением, что Матрена отвернулась.

      - Они пошевелились! - воскликнул Лоб, когда мертвый огнегрив рухнул возле тотема. - Камни пошевелились, видали?

      - Значит, надо повторить! - решил я.

      - Ужасное задание, - пробормотала под нос Матрена. - Бедные животные...

      Никто не стал вступать в дискуссию и дальнейшее жертвоприношение происходило в молчании. Вряд ли среди нас еще кто-то был настолько же сентиментален, чтобы переживать из-за диких огнегривов, но и желающих поспорить на тему гуманности тоже не нашлось.

      После каждого нового убийства камни у подножия стелы немного сдвигались, и когда голова пятого жеребца коснулась земли, они окончательно отъехали в сторону, открыв нишу, в которой лежали запечатанные документы.

      - Получилось! - воскликнул Орел. - Теперь то мы точно выиграем!

      Я наклонился, чтобы взять сверток, и почувствовал, как мою руку что-то кольнуло. Краем глаза я лишь успел заметить, как между камней мелькнуло что-то мелкое, коричневое и многолапое, похожее на мокрицу. На указательном пальце выступила маленькая капелька крови в месте укуса. Я вытер ее о штаны, не придав особого значения, и поднял документы. Мое настроение было отличным - свою задачу мы выполнили, так что наступила пора возвращаться в корпус Красных с хорошими вестями! Тем более, что я достаточно провел времени в открытой степи на солнцепеке, и у меня перед глазами уже скакали черные пятна. Я понукал Старика, чтобы побыстрее добраться до казарм, и вскоре стал вырываться вперед.