Аллоды (СИ) - Рисовалкин Ваня - Страница 64

      - Наконец-то! - воскликнул он, когда я вошел. - Ты где был, олух? Что за мания, вечно куда-то пропадать? Спер Посох и по тапкам...

      - Орел, я был в Оке Мира, представляешь? - похвастал я, оцепив с пояса тяжелый меч и с удовольствием упав на кровать. - И я видел Яскера! Даже разговаривал с ним... ну как разговаривал, говорил он, а я только... Ладно, не важно. Где остальные?

      - Что за меч? Лигийский?!

      - Нет, подарок Ясекра. Орел, что с остальными?

      - Подарок Яскера?! - Кузьма схватил меч и, вытащив его из ножен, восхищенно уставился на клинок.

      - Орел!

      - А... да. Мы не знали, где тебя искать, поэтому Лоб торчит у ХАЭС в Котельном Стане, Миша возле Горкома на Старой Площади, а я жду тут. Все живы.

      - А Лиза с Матреной?

      - Где Матрена, не знаю, но с ней все в порядке. А Лизу комитетчики увели, и жезл трофейный отобрали... Но ты бы видел, какого она жару задала, когда ты свинтил с веселья. Ух!

      - Кому задала? Нам или Лиге?

      - Лиге... странно, да?

      - Более чем. Как думаешь, что с ней теперь будет?

      - Да какая мне разница? Лучше скажи, что было в Оке Мира, ты туда телепортировался из реакторной?

      - Да, только давай для начала найдем Мишу и Лба, не хочу повторять историю дважды.

      Как выяснилось, после моего исчезновения оставшиеся штурмовые группы забаррикадировались в реакторной, где успешно дождались подкрепления. Все мины к этому времени были обезврежены, а я с Посохом Незеба и таинственным артефактом надежно прибит охранниками Яскера к полу Ока Мира, поэтому Хранители уверенно выдвинулись на территорию ХАЭС и превосходящими силами быстро и без особых потерь разобрались с диверсантами.

      Я в свою очередь рассказал все, что произошло со мной в Оке Мира, а так же про распоряжение отправляться на службу в ИВО, поэтому, когда поздно вечером посыльный принес нам повестки из военкомата, в которых говорилось, что нам всем необходимо в назначенный час находиться у входа в Око, никто не удивился.

      Последний день в Незебграде мы решили хорошенько отметить, и тут я очень кстати вспомнил про припрятанное контрабандное эльфийское вино, которое я на пару с мучившимся от похмелья солдатом когда-то конфисковал у трактирщика в Научном Городке. Лоб напиток не оценил, назвав кислятиной, и сразу приступил к самопальному пойлу, от запаха которого у меня слезились глаза. Впрочем, когда эльфийское вино закончилось, а байки, которые мы травили друг другу, окончательно потеряли хоть какую-то правдоподобность, пойло Лба уже не казалось мне таким отвратительным. Несколько раз я порывался пойти и разыскать милиционершу, которой когда-то помогал обезвреживать преступника, но дойдя шатающейся походкой до двери забывал, куда иду, и возвращался на место. Михаил отключился еще на стадии эльфийского вина и тихо сопел на своей кровати. Лоб, допив до дна очередную кружку, вытер рот ладонью и крякнул:

      - Бабу бы.

      Затем встал, вышел за дверь и до утра уже не возвращался. Мы остались вдвоем с Орлом.

      - Ты отличный стрелок, Кузьма, я рад, что мы встретились, - пробормотал я заплетающимся языком.

      - Ты тоже ничего, Ник. Не так крут, как я, конечно, но тоже сойдет.

      - За "Непобедимый" и всех, кто там был, - произнес я и мы выпили не чокаясь.

      - Я вот думаю, зачем нам эти ясли? - спросил Орел.

      - Ясли?

      - ИВО. Мы уже доказали, что в состоянии разбивать Лиге лица, - он стукнул кулаком по столу. - Почему бы сразу не послать нас на передовую?

      - А ты не из робких. Я еще на корабле заметил... Не боишься, что Лига разобьет лицо тебе?

      - Лучше Лига, чем... Я хочу сказать, что смерть в бою - это ведь достойно.

      - Говоришь, как орк.

      Орел замолчал, задумавшись о чем-то своем, и я решил, что паузу нужно заполнить новым тостом, но Кузьма вдруг медленно заговорил, все еще пребывая в своих невеселых мыслях:

      - Вся моя семья погибла не от рук Лиги.

      Я замер с поднятой кружкой.

      - Разбойники. Обычные грабители. Напали на наш поселок, когда все спали, всех под корень вырезали. Моих родителей, братьев, друзей... Один я живой остался... на охоту ушел. Вернулся, а от домов одни угли тлеющие остались... И я поклялся отомстить убийцам.

      Он снова замолчал.

      - Отомстил? - осторожно спросил я.

      - Да, - сказал Орел и залпом выпил все, что оставалось в его кружке. - Мне потребовался один год. Всех до одного выследил и перестрелял.

      Он сказал это так, что я сразу понял - из всех сегодняшних невероятных историй, которые прозвучали в этих стенах, именно эта является правдой. С меня даже слетел хмель.

      - Ты говорил, что я хороший стрелок... У меня была хорошая практика. Один выстрел - один труп. А потом уж было с собой покончить хотел. Я уже стоял на мосту с камнем на шее... интересное чувство.

      - И почему не прыгнул? - спросил я, окончательно протрезвев.

      Орел перевел взгляд на меня.

      - Решил, что не умру... так. Я погибну как настоящий боец, на войне, от руки стоящего врага, а не шайки бандитов, и уж тем более не от собственной руки.

      - И ты решил записаться в Армию?

      - Да. Лига - единственный достойный враг. Ты думаешь, что я несу бред?

      - Нет, - серьезно сказал я и подлил Кузьме еще. За это надо было выпить.

      На следующее утро я предсказуемо чувствовал себя разбитым и не выспавшимся. Орел немногим от меня отличался, как впрочем и Лоб. Однако, судя по довольной физиономии последнего, для него ночь прошла куда интереснее. И только Михаил мог похвастаться образцово-показательным видом.

      Когда мы подошли к Оку Мира, там уже собралась целая группа: четверо орков и трое хадаганцев, среди которых и Матрена Коновалова, а рядом с ней, недовольно сморщив точеный носик, стояла Лиза ди Вевр. Ее крылья ослепительно сияли в лучах утреннего солнца, приковав к себе взгляды всех присутствующих.

      - Кхе-кхе... вы кто? Фамилии, - громко крикнул один из орков, как-будто разговаривал с глухими. - Чего?! А?! Говорите громче, ничего не слышу! Контузило меня!

      - Санников, Орлов, Грамотин, Буйных! - проорал я ему в ухо.

      - Ага. Теперь все в сборе, - ответил тот, сверясь со списком в руках. - А тебе, Санников, приказано явится к Негус Хекет за каким-то пакетом. У тебя десять минут. Иди. Тебя пропустят.