Аллоды (СИ) - Рисовалкин Ваня - Страница 130

      - Ну подожди, я до тебя доберусь, - прошипел я в пустоту и, резко развернувшись, зашагал к Старику.

      - Ник... Ник, ты куда?

      К тому времени первый наркоман уже висел мешком, перекинутый через седло лютоволка.

      - Я возвращаюсь в санаторий, - бросил я на ходу, запрыгивая дрейку на спину. Перед взором уже мелькал нос Корнилина, который я вознамерился проверить на прочность.

      Кузьма, Лоб и Матрена недоуменно переглянулись. Краем уха я успел услышать, как Лоб бросил:

      - Поеду за ним, на всякий. А вы грузите второго...

      Он и вправду тронулся следом - я чувствовал топот его носорога за своей спиной, но угнаться за мной не мог, поэтому заметно подотстал.

      До санатория я домчался со скоростью ветра, бросил Старика у самого входа в административное здание, не потрудившись отвести в загон, взлетел по лестнице, не встретив никого по пути, и вломился прямо в кабинет к директору, с такой силой толкнув дверь, что с потолка посыпалась штукатурка. Корнилин, в этот момент поливавший цветы на подоконнике из трогательной желтой леечки и что-то беззаботно насвистывающий, подпрыгнул на месте, расплескав воду.

      - Что случилось? Почему у вас такое гневное лицо?

      - Что ж вы нам не весь спектр своих услуг предложили? - еле держа себя в руках, процедил я сквозь зубы. - На Баладурские развалины нас спровадили, а сами солью тут балуетесь...

      Корнилин сразу посерьезнел, отставив лейку.

      - А-а, наконец-то! А мы уже спорить начали, как быстро вы до сути докопаетесь. Что ж, давайте поговорим серьезно.

      Он подошел к своему столу и кивком головы указал на кресло напротив, предлагая сесть. Я демонстративно остался стоять на ногах. Руки чесались, но я хотел сначала услышать, как директор "Седьмого дна" будет оправдываться.

      - Соль Мертвого моря не зря зовут "белой смертью" - это наркотик, - произнес он устало. - Даже в сыром, неочищенном виде она вызывает привыкание. И наша семья заправляет ее добычей уже не одну сотню лет. Предки когда-то выпаривали соль из морской воды, сейчас все гораздо проще - кристаллы прямо на поверхности. Не смотрите на меня так, лейтенант! Я же еще не договорил. За всем этим стоит мой отец - Виктор Корнилин. И он не только мне отец, но и еще многим... преступникам и убийцам. Только мне он, к несчастью, родной, а им... крестный. Они обосновались в соседнем огромном куполе. Отец протянул свои щупальца аж на самый-самый верх, он так бахвалится... И мне горько от этого.

      - Мы играем на другой стороне, Санников.

      Я обернулся - в дверях, помахивая красным удостоверением, стоял капитан Алексей Зеницын все в той же потертой матроске, только теперь на его лице не было и тени шутливости. За его спиной замаячил подоспевший Лоб и я подумал, что если придется драться, то вдвоем с орком мы скрутим обоих подельников без труда.

      - Да вы садитесь, товарищи, в ногах правды нет, - пригласил Корнилин.

      - И где же она есть? - буркнул я.

      Директор санатория тяжело вздохнул.

      - Я мечтаю покончить с "белой смертью". Мне стыдно за свою семью. Я давно уже рассорился с отцом и создал для себя этот купол. Он думает, я совсем свихнулся на идее создать рай земной, думает, я сам подсел на наркотик... но он даже не подозревает, что наш маленький рай - это его гибель! Мы хотим озеленить эту пустыню, корни Великого Древа всосут в себя всю соль и переработают ее без остатка. Мы все в "Седьмом дне" работаем над этим: и Алексей, - Корнилин кивнул на Зеницына, - и Саранг Еше с ее малышом, и Щит Кочевников, только прикидывающийся недалеким орком.

      Я повернулся к Зеницыну. Если бы взглядом можно было сверлить дыры, он бы превратился в решето.

      - Напоили меня вчера специально?

      - Хотел проверить, насколько ты крепкий орешек, - усмехнулся он, ничуть не смутившись.

      - Проверили?

      - Рысина умеет подбирать кадры. Она тебя рекомендовала, иначе ты бы здесь не оказался.

      - Восхищен вашим актерским талантом. Неплохо тренируют сотрудников Комитета, - зло бросил я.

      Мне казалось, что сама Рысина невысокого мнения о моей персоне, но все-таки она решила послать сюда именно меня. Поменяла точку зрения или просто доверилась Яскеру?

      - Ну да, я слегка поводил тебя за нос... - примирительно сказал Зеницын. - Без обид? Тем более что рыбалку я и в самом деле люблю, да и голова рыбины не пропадет. Только она не капитанский мостик будет украшать, а мой кабинет в Комитете. И мне все равно все обзавидуются!

      Я был погружен в свои мысли и Корнилин с Зеницыным тоже замолчали, давая мне время все обдумать. Стоявший рядом Лоб вряд ли что-то понимал, но пока не встревал в разговор.

      - Если вы точно знаете, где окопался ваш отец, почему бы просто не сровнять это место с землей? - наконец произнес я.

      - Все не так просто... - ответил Корнилин. - Точнее - все очень непросто. Здесь орудует целая бандитская сеть, нужно действовать осторожно. Выяснить, кто еще в этом замешан...

      - У Комитета нет ресурсов, чтобы это сделать?

      - Как это нет? - вмешался Зеницын. - Есть, конечно! Вот, отряд Хранителей как раз прислали...

      Наши взгляды встретились.

      - Я понял. Допустим, - медленно сказал я, не отводя глаз. - У вас есть какой-то план?

      - Ни секунды не сомневался, что ты сделаешь правильный выбор! - Зеницын довольно хлопнул меня по плечу. - Сейчас нужно мобилизовать все силы. Вооружиться и приготовиться...

      - Я вооружен и готов, что дальше?

      Комитетчик, не обращая внимания на мой жесткий тон и колючий взгляд, развернул на столе Корнилина большую карту.

      - Здесь недалеко, к югу от санатория, расположены солончаки. Соль там прямо на поверхности - бери лопату и греби. Этим и занимаются гоблины-сборщики...

      - Неплохо, - перебил я. Внутри все еще копилась невплеснутая злость и я продолжал все воспринимать в штыки. - Днем работают на стройке, ночью собирают соль... Куда не глянь - везде гоблины! Еще немного и они вытеснят нас из нашего же государства.

      - Кхм... Вы ведь не предлагаете устроить геноцид? - осторожно заметил Корнилин.

      - Я предлагаю как минимум не пускать их на режимные объекты! Они уже предавали нас не один раз, но при этом все еще продолжают...

      - А кто будет заниматься этой работой? - остановил поток моего негодования Зеницын, глядя на меня так снисходительно, как смотрят родители на своих детей, когда те задают глупые вопросы. - Может, вы? Что? Не достаточно престижно? Стройка и обслуживание манапровода - тяжелый и очень вредный труд. Выполнять его очередей не выстраивается, товарищ офицер!