Держи хвост пистолетом - Калинина Дарья Александровна - Страница 52

– Что это? – вытаращив глаза на жену, прошептал Махмед. – Она пьяна?

– Последствия плена у чеченцев, – охотно пояснила Мариша.

Не знаю, что она подразумевала под этими словами, но Махмед понял ее по-своему и, несмотря на загар, побледнел так, что стал одного цвета с жидкостью, поглощаемой Гулей.

– И что теперь? – спросил он.

– Будем искать Беллиного любовника, – еще более охотно произнесла Мариша. – К тому же и людей мобилизовывать не нужно, все и так собрались. Надо только им сказать, что теперь мы ищем вместо двух женщин всего одного мужчину. Но зато уж такого мужчину, что им и не снилось.

– Белла, – страшным голосом произнес Махмед, – признайся, что с вами там делали? Разве можно называть любовником человека, который вас обесчестил?

– Почему «вас»? И почему «обесчестил»? – опешила Белла. – Он был только со мной.

– А Гуля? – несколько окрепшим голосом осведомился Махмед. – Она им не понравилась?

– Кому?

– Тем бандитам, которые вас захватили, – объяснил Махмед.

– Не понравилась, – подтвердила Белла. – Они решили, что она все врет насчет своих двух детей. Поэтому мы и сбежали, не дожидаясь, пока они на рассвете надумают, что с нами делать.

– Так вы сбежали до рассвета? – опять пробуждаясь к жизни, спросил Махмед таким тоном, словно все ужасные вещи случались именно в это время. – Это меняет дело. Но почему тогда Гуля так напилась и кто же любовник?

Мы ему объяснили.

– Не верю, – внезапно охрипшим голосом произнес Махмед и тут же, противореча самому себе, скомандовал: – Тогда по коням! Надо его найти быстрей, чем это сделают чеченцы или русские.

– Почему ты против полковника? – машинально спросили мы с Маришей, даже не успев задуматься, откуда Махмед может знать, что именно полковник возглавляет поиски премьера.

– Пусть этот мерзавец, неведомо как ставший премьером, сначала женится, – мрачно произнес Махмед. – А уж потом пусть его находит кто угодно и где угодно.

Последнее замечание прозвучало несколько двусмысленно.

– А если он не захочет? – робко спросила я.

– Захочет, – уверенно ответил Махмед. – Поживет пару деньков на голодном пайке и захочет. Сам умолять будет, чтобы ему позволили жениться. Эти политики страсть как не любят голодать.

– А если он уже женат? – подала голос Мариша.

– Официально он не женат, – вступила в беседу Белла.

– Тем лучше! – возликовал Махмед. – Проблем меньше. Надо только сказать моим людям, чтобы они не медлили. На чем поедем?

Гуля с Беллой прибыли на своих двоих, а часть пути проделали на попутной машине, которую чудом удалось отловить, но водитель попался очень капризный, никак не желал поверить в чеченский плен и немного свернуть со своего пути из сочувствия к потерпевшим.

– А твою машину, Махмедик, мы оставили в плену, – сообщила ему Гуля, пьяно икая. – Надо же было хоть что-то им оставить на память.

– На чем же я буду ездить? – растерялся Махмед. – Мотоцикл я пока отдал.

– А сюда ты как попал?

– Я угнал... боевого скакуна, на нем и приехал, – нехотя признался Махмед, но сразу предупредил: – Только мы все на нем не поместимся.

– У Ильи есть мотоцикл, – важно заметила Гуля. – Я его видела.

Быстро сообразив, что мотоцикл только один и нас для него слишком много, кому-то неизбежно придется идти пешком, мы всей оравой поспешили из дома. Никому не хотелось отправляться в город пешком. Возле ворот на привязи рядом с мотоциклом Ильи стоял маленький печальный ослик и задумчиво жевал ветку какого-то цветущего растения. Все бы мы на нем точно не поместились, в этом Махмед был, без сомнения, прав.

Нас с Маришей терзали проблемы, во много раз превосходившие матримониальные планы Махмеда, которые он строил для своей сестры.

– Ты узнала эту тетку? – спросила шепотом у меня Мариша. – Это она шастала из Оксаниного номера в гостинице. И это за ней мы потащились в тот дом. Как ты думаешь, что у них общего?

– Спроси у нее, – посоветовала я.

– Неудобно как-то, – замялась Мариша. – Скажет, какое наше дело.

Я в это время думала совсем о другом. Если, по словам Беллы и Гули, чеченские бандиты сами ищут премьера в горах и даже не стесняются выпытывать у своих пленниц, не видели ли они кого похожего, то, значит, премьера у них нет. Тогда с какой стати русской стороне выполнять свои обещания и платить выкуп за того, кого у чеченцев в помине нет и не было? Не хватало еще, чтобы мы в очередной раз попались на удочку хитрых авантюристов. Хватит уже, напились нашей кровушки, а то все думают, что Россия большая и можно попользоваться ее щедростью. Нет уж. Надо немедленно найти полковника и все ему рассказать. Пусть активней ищет премьера, пусть его люди каждый кустик обнюхают и каждый камешек перевернут. И сделать это надо как можно скорей. А в этом нам сильно мешал Махмед, одержимый идеей выдать замуж Беллу.

Но, с другой стороны, можно понять и его. Когда у тебя такая сестра, которой неведомо как удалось подцепить богатого жениха, то выпустить этого жениха из виду никак нельзя. Даже если в этом случае боевики получат атомное оружие. Даже если это случится, то при условии, что Белла выйдет замуж, Махмед будет весь остаток своей жизни считать, что провернул недурную сделку с судьбой. А почему бы ему и не воспользоваться удачей, которая сама идет к нему в руки. Для этого нужно только, чтобы чеченские боевики отвлеклись от поисков премьера или направили бы свою энергию в другое русло. Тогда вовсе не обязательно, что премьера срочно и активно станут искать русские солдаты. Пусть его найдет Махмед, или премьер сам найдется, если захочет. Только вряд ли. Он небось рад-радешенек, что избавился от своей любовницы.

– Человек, который так поработал с дверью, явно имел твердое намерение никогда больше сюда не возвращаться, – неведомым образом прочитала мои мысли Мариша; телепатия, да и только.

– Да, – согласилась я. – Тогда он запрячется подальше и поглубже или постарается вернуться к своим.

– Вот тут они его и прихватят, – несколько туманно сообщила Мариша и неожиданно добавила: – А что та карта, которую мы нашли, может быть, по ней посмотреть, куда мог отсюда направиться премьер?

– А где она? – удивилась я.

– Здесь, – похлопала себя по заднему карману джинсов Мариша. – Я ее постоянно с собой таскаю. Другую, которую нам дал полковник, в карман не положишь, а эта отлично помещается. Вдруг заблудимся, она нам здорово поможет. Только нам нужен кто-нибудь из знающих эту местность, потому что названий на той карте, сама понимаешь, нет.

На это я ей заметила, что если мы все-таки заблудимся, а потом нам повезет и мы наткнемся на местного жителя, то он и так покажет дорогу и карта нам не пригодится. Мариша презрительно фыркнула и заявила, что сокровищ мне ни в жизнь не найти.

Мы повернулись к нашей компании, которая активно препиралась о том, кому и куда ехать на мотоцикле. Махмед требовал, чтобы мотоцикл дали ему, и соглашался взять с собой жену и сестру. Илья согласен был предупредить людей, занятых в поисках, но ехать хотел сам с Гулей и Беллой, правда, последнюю назвал без особого энтузиазма.

– Это мой мотоцикл! – возмущенно отдирая Махмеда от руля, кричал он.

– И вовсе не твой! – отвечал тот. – Мотоцикл покупал твой отец и не раз говорил, что в жизни тебе его не подарит.

– Ну и что, – визжал Илья. – Все равно он в большей степени мой, чем твой. И ехать должен я, потому что мотоцикла ты не знаешь и где-нибудь перевернешься. Я тебе не доверяю. И женщин я тебе не доверю, можешь один гробиться, если хочешь.

– С ума сошел! – возмутился Махмед. – Чтобы я оставил двух самых дорогих женщин на попечение такого придурка, как ты. Можешь взять ишака и отправляться в город.

– И оставить девочек одних? – возмутился Илья. – Их же похитят. А твоей жене вообще не стоит показываться в городе, ее ведь подозревают в убийстве, могут и в тюрьму посадить. Пусть здесь остается, я поеду на ишаке, а девочки отправятся с тобой.