Сердце Зверя (СИ) - "Eltera" - Страница 130

Саске вытащил из кармана мешавшийся мобильник и, перегнувшись через Наруто, положил его на столик, проверив взглядом, убрал ли он из выключенного ноутбука флешку. Не хватало еще объяснять Наруто, зачем он в очередной раз таращится в список. Но флешка была надежно спрятана в закрытом на молнию кармане домашних шорт.

- И тебя это совсем не напрягло? – уточнил Саске, поправляя на Наруто задравшуюся футболку.

Боявшийся щекотки Наруто дернулся и укоризненно уставился на него. Рассказывать Саске, что он тогда доверился инстинктам, не хотелось.

Разумом, естественно, Наруто понимал, что доверять охотнику – причем охотнику, который его однажды подстрелил – затея глупая и безнадежная. Проще было попытаться уйти из стаи самостоятельно, не опасаясь за свою жизнь. В конце концов, постоянно ждать предательства от «напарника» по побегу не слишком хотелось. Расскажи Наруто кто-нибудь такую историю про сбежавшего с охотником дикого – он бы первый посмеялся.

И все же инстинкты подсказывали тогда, что можно не опасаться предательства со стороны Саске. Даже Зверь, обычно люто ненавидевший альф, в тот раз никак не проявлял недовольства, будто его устраивала складывавшаяся ситуация.

- Судьба, - наконец лаконично ответил Наруто.

Саске фыркнул и рассеянно взлохматил волосы. Разговор его более-менее успокоил, к тому же, честно говоря, они с Наруто определенно друг друга стоили. Он подстрелил его после того, как Наруто разодрал одного из его однокурсников, с которым они когда-то вместе учились.

Наруто передвинулся к спинке дивана, освобождая место. Саске перелез через него и улегся с краю, обнимая прижавшегося к нему Наруто.

Возможно, их встречу действительно когда-то устроила судьба. Но как бы там ни было, разлучить их с Наруто Саске не позволил бы никому – ни судьбе, ни дьяволу, ни Гильдии.

========== Глава 29 ==========

Глава 29.

Наруто проснулся от неясного бормотания. Услышал он этот полушепот еще во сне, поэтому не сразу сообразил, что бубнеж – вовсе не часть сна. Спросонок Наруто решил, что это бормочет телевизор, но голос был только один, да и фонового сопровождения, какое бывает во всех телепередачах, сериалах и ток-шоу, не было. Наруто полежал еще, думая, что ему послышалось, но голос так и не затихал. К тому же сейчас, окончательно проснувшись, Наруто понял, что этот голос принадлежит Саске. И доносился он из ванной комнаты, что было совсем уж странно.

По телефону Саске вряд ли говорил бы так – негромко и сбивчиво, будто он повторял плохо выученное стихотворение. Озадачившись, Наруто отбросил одеяло и выбрался из постели, делая осторожный шаг к ванной.

- Да знаю я… Нет, нельзя… Сейчас нельзя… Все в пределах одного города, глупо… Я знаю… Надо выждать, - кое-как расслышал наконец Наруто, приблизившись к двери.

Он никогда не думал, что Саске может говорить так невнятно – чтобы понять хоть что-нибудь из его речи, приходилось отчаянно напрягать слух.

- Саске? – позвал Наруто, прикидывая, не выпали ли за ночь у Саске все зубы, раз теперь он так кошмарно шамкает, комкая слова.

Из ванной послышался грохот и сдавленный кашель. Не дожидаясь ответа, Наруто открыл дверь и заглянул внутрь. Саске, опрокинувший от неожиданности тяжелый стеклянный матовый стакан, в котором они хранили зубные щетки, повернулся к нему. Губы у него были перемазаны голубоватой пеной от зубной пасты, а изо рта, как курительная трубка, торчала зубная щетка.

- Чего? – невнятно промямлил Саске, и загадка его шамкающей речи сразу оказалась решена.

Мало кто умудрялся сохранять идеальную дикцию, запихнув в рот зубную щетку. Наруто оперся на дверной косяк, наблюдая за тем, как Саске споласкивает упавший стакан и ставит его на место.

- Ты с кем разговаривал? – поинтересовался Наруто, вылавливая из раковины свою щетку, выпавшую из стакана.

Раз уж он поднялся с постели, возвращаться обратно было бы глупо. Точнее, Наруто бы с удовольствием повалялся еще полдня, но время, которое он мельком успел выцепить на электронных часах, было уже позднее. Они и так проспали до одиннадцати утра. С другой стороны, никакого режима не придерживался ни Саске, который едва ли не половину своей ночной жизни провел на ногах из-за охот, ни Наруто, привыкший к ночным переходам.

Саске равнодушно дернул плечом и, прополоскав рот, вымыл щетку.

- Ни с кем, - отозвался он наконец.

Наруто вытащил изо рта щетку и вытер подтек пасты с подбородка.

- Э-э, - протянул он недоуменно. – Ты же бубнил что-то, «нельзя, потом, подождать», - криво процитировал он по памяти.

Саске вытер влажное от умывания лицо и пожал плечами.

- А, это. Мой лучший собеседник – это я и все такое, - небрежно хмыкнул он и вышел, напоследок почесав Наруто загривок.

Не успевший увернуться Наруто фыркнул, случайно плюнул пастой на зеркало и потянулся за тряпкой.

- И самовлюбленный же ты, - крикнул он вслед, вытирая зеркало.

Саске в комнате хлопнул дверцей шкафа и зашуршал одеждой.

- Если бы я мог повязаться сам с собой – тебя бы здесь точно не было, - согласился Саске из комнаты.

Наруто закатил глаза и прополоскал рот. В общем-то, если бы Саске заявил нечто подобное в день их первой встречи, Наруто бы ни на секунду не усомнился, что для Саске вязка с самим собой – лучший вариант существования. С другой стороны, совместное проживание показало совсем другое.

Когда Наруто, умывшись, наконец вышел из ванной, едва поборов искушение как следует выкупаться с утра пораньше, Саске в комнате уже не было. Судя по звукам, он успел спуститься в кухню и теперь гремел там тарелками, пытаясь найти что-нибудь на завтрак. В последнее время они оба обленились настолько, что готовить практически прекратили. Саске подъедал наспех накрошенные салаты, от которых Наруто по-прежнему воротил нос, а Наруто уничтожал стратегические запасы колбасы и ветчины, ограничиваясь сэндвичами. Впрочем, оно было и неудивительно. Они почти не выходили из дома, предпочитая не давать Конан с ее дружками лишнего шанса застать их врасплох. Домоседством им в итоге заниматься даже понравилось, учитывая, что «компания» приходила на дом сама – пару раз в неделю заходили Суйгецу с Карин или Шикамару с Ино. Последние в качестве гостей были намного выгоднее, потому что Ино обычно не могла удержаться и притаскивала тонну еды собственного производства.

Наруто потянулся, почесал спину, кое-как дотянувшись до зудевшего места, и спустился вниз, разваливаясь на диване. По телевизору в очередной раз за последние несколько дней крутили новости. Причем одна и та же история каждый раз обрастала все более трагическими нотками в повествовании.

- Очередное убийство произошло на этот раз в Конохе, которая благодаря головному штабу Гильдии Охотников всегда была спокойным местом…

Наруто с затаенным злорадством послушал трагическую болтовню ведущей, в красках расписывающую подробности убийства. Гильдейскую шишку, убитую неизвестно кем, ему жалко не было от слова совсем.

- … По сообщению нашего источника, произошло как минимум четыре подобных убийства, но ни орудия преступления, ни подозреваемого так и не нашли несмотря на все попытки. Напомню, что Гильдия Охотников взяла расследования по последнему убийству под свою юрисдикцию, аргументируя это тем, что убитый числился сотрудником этой организации. Этот шаг, однако, означает полную отстраненность от дел полиции и СМИ. А значит, мы, обычные граждане, не сможем быть в курсе дел. И это при том, что по улицам города, быть может, разгуливает серийный убийца!

Наруто фыркнул, забирая у севшего на диван Саске тарелку с разогретыми в микроволновой печи блинчиками. Полуфабрикатами они в последнее время тоже не брезговали.

- Странно, что Гильдия не вякнула на этот наезд, - заметил он, чинно отпиливая от брызнувшего мясным соком блинчика кусок вилкой.

Саске, обмотавший блин салфеткой, снисходительно посмотрел на его попытки и пожал плечами. В этом выпуске новостей не сообщили ничего нового – все уже рассказали в первый же день после убийства, зато успели обвинить Гильдию в сокрытии информации. Впрочем, это было дело заведомо проигрышное. Гильдия, как организация, действующая достаточно жесткими методами, имела право не разглашать информацию, которая может быть расценена обществом как «жестокая, формирующая положительное отношение к насилию и угрожающая психическому состоянию населения». Другое дело, что под это графу можно было запихнуть все, что угодно, чем Гильдия безнаказанно пользовалась.