Взгляд василиска (СИ) - Оченков Иван Валерьевич - Страница 92

  - А левый?

  - С этим сложнее, однако, мы могли бы помешать японцам обстреливать наши укрепления. Скажем, выставив мины. А вот непосредственная поддержка огнем с западного побережья представляет известные трудности, но это вам лучше объяснит Михаил Федорович.

  К общему удивлению адмирал Лощинский услыхав свое имя, сделал недовольное лицо и сердито пробурчал:

  - Попрошу не вмешивать меня господа, в то, что не имеет ко мне касательства!

  Воцарилось неловкое молчание, и лишь уже вполне пришедший в себя Фок злорадно хмыкнул.

  - Да уж, с таким отношением к обороне немудрено японские брандеры проворонить!

  - Господа-господа, - Стессель попытался затушить, готовую снова вспыхнуть перепалку, - давайте о деле! Если флот гарантирует невозможность высадки противника в Дальнем...

  - О да, целостность прохода они уже гарантировали...

  - Ваше превосходительство, - не выдержал Алеша, - если генерал Фок не будет тщательнее подбирать слова, ему придется подбирать себе секундантов!

  На какое-то время все собравшиеся замолкли, пытаясь осознать слова великого князя, но тут тишину разорвал совершенно сатанинский хохот Бориса Владимировича, которого это происшествие привело в совершеннейший восторг!

  - Браво Алешка! Так его крысу в лампасах!

  - Борис Владимирович, как вы можете, - попытался урезонить его растерявшийся начальник укрепрайона.

  Однако успокаиваться член императорской фамилии явно не собирался, а, наоборот, впав в аффектацию, принялся выкрикивать брызгая слюной.

  - Трусы! Драться надо, а не в крепости отсиживаться!

  Бедлам продолжался еще некоторое время, пока Борис так же внезапно не успокоился и не впал в апатию. Совещание было скомкано, и адмиралы сухо откланявшись, вышли вон. За ними двинулись некоторые генералы, а следом вывели почти несопротивляющегося лейб-гусара, и Фок и Стессель, наконец, остались одни. Довольно долго прослужив на Дальнем Востоке, генералы прежде были мало знакомы, но оказавшись в Порт-Артуре неожиданно сошлись. Трудно сказать, что их свело, общие воспоминания о войне на Балканах или Китайском походе, но отношения довольно скоро стали вполне приятельскими, если не дружескими.

  - Право, Александр, что на тебя нашло, - принялся было выговаривать хозяин своему, - зачем ты так?

  - Да ладно тебе Анатоль, - крутнул шеей Фок, - скажи лучше, зачем ты позвал этого клоуна в венгерке?

  - Как ты можешь так говорить? - выпучил глаза Стессель, - это же оскорбление члена...

  - Если бы этот член, - генерал сделал паузу, и почти выплюнул - императорской фамилии не вмешался, все вполне можно было обратить эти слова против его августейшего дядюшки.

  - Но Алексей Михайлович практически сделал тебе вызов!

  - Велика беда! Сам знаешь, на проституток и великих князей не обижаются! К тому же они не могут участвовать в дуэли без разрешения государя, и вряд ли он его получит. Ну, а уж коли получит, то пусть пеняет на себя. Я вообще не понимаю, чего вы носитесь с ним как дурак с писаной торбой? Ах, Алексей Михайлович то, ах Алексей Михайлович сё!

  - Однако его заслуги неоспоримы...

  - Какие еще заслуги! Оказаться в нужном месте в нужное время - невелика заслуга. А что награждают его паче всякой меры, так, когда это великих князей наградами обходили? Давай лучше поговорим о нашем деле.

  - Каком деле? - Испугался Стессель.

  - Брось Анатоль! Ты прекрасно знаешь о каком. Грядет осада, как бы не выпендривались наши морячки, вместе с их... кстати, знаешь как его зовут матросы? Алешка! А ты заслуги! Так вот, грядет осада, слава от которой может превзойти Севастопольскую. И кто будет героями этой осады нужно решить сейчас. Флоту довольно и былой славы, а эта должна достаться армии, а конкретно - нам!

  - Ты думаешь это возможно?

  - Послушай, дорогой мой, ты немного моложе, а мне уже скоро шестьдесят. Еще немного и мы выслужим ценз после чего отправимся в отставку на половинном жалованье. Имений у нас нет, богатой родни тоже. Кем мы будем? Отставниками, которых в России столько, что ими можно улицы мостить. А вот герои войны это совсем другое. Тут и чин при отставке очередной могут пожаловать, и аренду, а может, чем черт не шутит, в сенат!

  - Эко хватил, сенат! Мы, брат, с тобой туда рылом не вышли!

  - Сейчас - да! А вот после героической осады, как знать.... Многие ли слышали о Тотлебене до Крымской войны? Кто он был, инженеришка - тьфу, а вот, поди же ты, полный генерал и член государственного совета! Это тебе не фунт изюму!

  - И что ты предлагаешь?

  - Во-первых, нужно любой ценой подчинить флот армии! Ни за что нельзя соглашаться на план, предложенный этим "Алешкой". Пусть дают людей, пушки, снаряды, но не смеют ни во что вмешиваться!

  - Но великий князь никогда с этим не согласится!

  - А вот для этого есть следующий пункт. Во-вторых, его императорское высочество надо бы спровадить отсюда. Порт-Артур слишком мал, для двух великих князей. Сказать по правде тут и одного много.

  - Осмелюсь заметить, - осторожно подбирая слова, принялся размышлять Стессель, - но и без великого князя моряки вряд ли согласятся на полное подчинение. Иессен конечно не столь авторитетен, как погибший Макаров, однако он уже одержал две победы и отмечен за них...

  - А вот для этого есть и в третьих! - ничуть не смутившись, парировал Фок. - Если мы не задерживаясь отступим к крепости, Иессену ничего не останется, как самому увести эскадру отсюда.

  - Но как же он выйдет, - растерянно спросил Анатолий Михайлович, - проход то закрыт?

  - Так не вечно же ему быть закрытым, - кротко вздохнул начальник четвертой дивизии. - Ясно же что морячки будут землю носом рыть, а освободят проход! Вот как освободят, так пусть и убираются.

  - Но ты же говорил, что флот надобно подчинить...

  Фок посмотрел на своего начальника с жалостью, как на слабоумного, но все же решил объяснить.

  - Послушай меня, Анатоль, - вкрадчиво сказал он глядя приятелю в глаза, - но ведь адмиралы то наши тоже не дураки. Это пока им с японцами везло, но ведь в открытое столкновение один на один они не полезут. Так что Иессен, не будь дурак, возьмет только самые быстроходные броненосцы и крейсера, да и будет таков. Нам же и тех что останется, с лихвою хватит!

  - А если все-таки сцепятся с Того...

  - А вот чтобы не сцепились, надо с эскадры снять как можно больше людей и пушек. Пусть тогда идут куда хотят, хоть во Владивосток, хоть еще куда и требуют пополнений. Ничего, флот у нас большой, пришлют им еще корабликов, пусть играются. Мы же тем временем, дело сделаем!

  - Но вот как спровадить-то, нашего Алексея Михайловича?

  - Всему тебя учить надо, - снова вздохнул тот, - садись и пиши всеподданнейшее донесение государю, о поведении Алешки! Дескать, покуда был полезен, терпели его выходки, а теперь совсем распоясался, и как бы чего не вышло. И дегтю то не жалей, расписывая!

  - Боязно, - честно признался Стессель, - отец то у него с братцами уж больно большие посты занимают.

  - А у этих братцев кузены есть, - тут же парировал Фок, - коим засилье Михайловичей поперек горла! Не веришь мне, у жены спроси, она в этих раскладах хорошо разбирается.

  Начальник укрепленного района поохал, но решил все же последовать совету приятеля и отправился поговорить с супругой. Фок тоже засобирался, но выходя из зала совещаний, наткнулся на Рейса. Рассеянно скользнув взглядом по его лицу, генерал тут же понял, что тот подслушивал и на минуту застыл на месте.

  - Вы что-то хотели, ваше превосходительство?

  - Да так, - неопределенно пожал плечами генерал, - хотелось бы предостеречь вас полковник.

  - Предостеречь?

  - Ну, да. Вы ведь, верно, думаете, что припомните хорошенько все, что услышали, глядишь, когда и пригодится... так вот, категорически не рекомендую-с!

  - О чем вы?

  - Да так, об одной истории приключившейся с вами в прежние времена на минеральных водах. Не забыли еще? Вижу-вижу, помните. Да не тушуйтесь вы так, дело то молодое, с кем не бывает... закончилось, правда, скверно. Если кто прознает... Ладно, пора мне, не провожайте голубчик.