Золотая лихорадка (СИ) - Иторр Кайл - Страница 76

Выход напрашивается сам собой: что нельзя им, можно людям совсем посторонним, каковыми для Ордена являемся мы с Ингольвом. Благо у нас на руках "по чистой случайности" есть изрядная сумма наличностью, и мы вполне можем изобразить маркитантов, или как там правильно именовались "скупщики трофеев", следующие в походе за бойцами, дабы избавить их от необходимости таскать за собой горы барахла. В плюсах бойцы, которые имеют живые деньги, а не обещание их выплатить после дождичка в четверг; в плюсах командование – можно планировать дальнейшие операции без оглядки на медлительный обоз с товарами; и, конечно же, в плюсах маркитанты, ведь скупают они добычу не по госцене...

Так что бойцы усиленно перекрашивают "субурбан", а оба "геленда" уже готовы. В запасе у отрядного механика, правда, нашлась лишь песчанка, зато быстросохнущая, час – и можно ехать, не опасаясь, что на свежую краску налипнет дорожная пыль. Пыль будет, тут никуда не денешься, но как осела, так и смоется. А песочная окраска, хотя и штатная для орденской техники, не является ее исключительной прерогативой, среди не-орденских тачек сей колер тоже не редкость. С определением полной продажной цены за машины и оружие решили подождать возвращения оперативного командования.

– Придумано неглупо, – усмехается Карина, – одна закавыка: а как вы собираетесь везти четыре машины?

– Если одолжите одного водителя до ближайшего города – покажу, – ответствует Ингольв. – Вдвоем управились бы, но с моей ногой...

Две жестких сцепки, и один "геленд" крепится на фаркоп к нашей "вольве", а второй – к "субурбану". Нормально, если не лихачить, что на местных буераках вообще противопоказано.

Краткий торг, семьдесят пять тысяч экю красивыми "колодами" цветного пластика переходят из рук в руки. Теперь бойцы имеют премию, о которой совершенно необязательно ставить в известность родное начальство, а мы с Ингольвом – ценный товар.

Трофейное железо вместе с браунинговской спаркой загружают в "вольву", бойцы еще раз ополаскиваются под душем – стирку успели закончить до того, а сохнет оно на местной жаре, почитай, мгновенно – и отряд выдвигается на условный юго-восток, намеренный срезать угол мимо Мадрида и Кадиза, и сразу выйти на Кардиффскую трассу. Дальше по ней мы проследуем через валлийский центр угледобычи, Нью-Кардифф – где, если все получится, "лишние" три машины и продадим, – до Портсмутской трассы, а уже по ней на северо-восток до самого Порто-Франко.

Оттуда нам, уже без конвоя, предстоит ехать сперва по Европейской дороге, на север вдоль океана, а после Веймара (есть там такой городишко) сделать крюк в объезд округа Нойехафен. И вот у подножья хребта Кам, в скалах, которые первопоселенцам напомнили то ли норвежские шхеры, то ли исландские фьорды, стоит нужный нам, в смысле, Ингольву, городок Мидгард.

Территория принципата Нью-Уэльс, г. Нью-Кардифф. Четверг, 36/03/22 13:15

Неподалеку от Кардиффа Карина выходит на связь и сообщает, что отряд проследует через город без остановки до паромной переправы через Мунви. Чтобы у аборигенов не возникало лишних вопросов, нашим двум автосцепкам лучше бы рвануть вперед, найти в городе автоторговца и закрыть вопрос самостоятельно, а уже с отрядом пересечься у парома на этом или том берегу реки. Мысль разумная, прибавляю ход и вырываюсь на оперативный простор, и то же самое делает Шеридан – водитель, "одолженный" на второй автопоезд.

Ингольв в Кардиффе ранее не бывал, я тоже, а Шеридан в Новой Земле вообще без году неделя. Ничего, на то хомо сапиенсы и разработали речевой аппарат, а интернациональный английский язык валлийцы вполне разумеют и координаты здешнего "автосалона" подсказывают без особых сомнений.

"Автосалон" имеет претенциозную вывеску "Thaddeus: Transport Tycoon", однако на стоянке у этого "транспортного магната" ассортимент представлен более чем скромный. Обшарпанный квадроцикл, кустарно переделанная в пикап "нива" и грузовичок "ивеко". Нам, конечно, не покупать, а продавать, но если с продажами у пана Тадеуша все не слава богу, нормальной цены за наши тачки он просто не сможет дать, то есть зря катались.

Ну, посмотрим.

Пан Тадеуш, подвижный усатый колобок, дважды обходит представленные ему тачки; вздыхает, ибо с одной стороны, конечно же хочет выставить у себя в "автосалоне" нечто действительно достойное магната – а с другой стороны, платить за это должную цену вовсе не желает. Вызывает механика, длинного и костистого Мейкала, который поочередно изучает на смотровой эстакаде все три машины. Изучай, пожалуйста, состояние у техники отменное, еще в Каса-Дорадо проверили, будешь мухлевать – поедем дальше.

Механик честно информирует, мол, полный порядок; начинается церемония торговли. Работаем с Ингольвом попеременно, и в итоге пробиваем девятнадцать тысяч за "шевроле" и двадцать восемь за один из "гелендов". Выкупить все три авто у Тадеуша не хватает ресурсов, о чем он сообщает с глубокой печалью. Понимаем, сочувствуем, но ждать, пока кто-то что-то купит и такие ресурсы появятся, мы тоже не можем. Раз так, второй "геленд" возвращается на автосцепку к фургончику, а Шеридан занимает пассажирское сидение в кабине "вольвы". У легких джипов это "место бортстрелка", но в нашем случае сия специализация пассажира – надеюсь – не актуальна...

Сорок семь штук наличными, разумеется, "автомагнат" в кассе не держит и выписывает чек на Ллевеллин-банк – судя по названию, некая местная, в смысле, валлийская контора. Это недалеко, успокаивает пан Тадеуш, буквально в соседнем квартале. Ладно, поверим.

Добраться до банка мы, однако же, не успеваем: сверкнув синим маячком и коротко взвыв сиреной, перед "вольвой" боком разворачивается крытый "лендровер-девяносто", выкрашенный в традиционные для полиции черно-белые цвета. Из машины выбирается пара абсолютно классических копов – один мелкий и ушастый, второй толстый и краснорожий, – и подходят к нашем фургончику.

С таким началом эпизода ожидаю услышать классическое "старшина Петренко, шестеро детей". Да, с гаишниками в Новой Земле никак, Патрульная служба Ордена и ее коллеги на других территориях занимаются много чем, но не правилами дорожного движения... однако полиция здесь есть, в разных городах и гособразованиях – разная, а эта публика от своих заленточных собратьев отличается мало.

– Ваши Ай-Ди, пожалуйста, – требует толстый коп.

Раз "пожалуйста", извольте. Отдаю свою идекарту и передаю айдишки Шеридана и Ингольва. Ушастый коп проверяет все три ручным сканером, ничего криминального, разумеется, не обнаруживает – владельцы не находятся в розыске, то бишь считать их (нас) положено условно-законопослушными, – с недовольной гримасой возвращает напарнику. Тот барабанит пальцами по ремню.

– Могу я взглянуть на вашу машину изнутри? – наконец произносит он.

– А в чем дело? – Странно, обычно охранники правопорядка меня не доставали.

– Есть некоторые подозрения.

Вопросительно поворачиваюсь в салон:

– Ингольв?

– Да пусть заглянут, – пожимает он плечами.

Мне все равно, а у "прикомандированного" Шеридана права голоса тут нет. Ладно.

– Вам нужен салон, или кабина?

– И то, и другое.

– Ну, посмотрите. – Открываю дверь и вылезаю. Мелкий коп при этом дергается рукой к кобуре; ствол, впрочем, не достает.

Осмотр действительно краткий, в бардачке и прочих условно-потайных уголках не копаются. Но у Ингольва толстяк интересуется:

– Что с ногой?

– Производственная травма, – ответствует гренландец. – Фельдшер велел ближайшую неделю не напрягаться, дальше видно будет.