Мы больше не проснемся (СИ) - "Arvey" - Страница 64

— Ну уж нет, Поттер, — Том мигом уловил напряжение во взгляде мальчика. — Хватит оттягивать все на потом, ты гриффиндорец или нет? Научись бороться со своим страхом.

— Да, конечно, просто… — Гарри не стал заканчивать фразу и махнул рукой.

После завтрака он потянул слизеринца за собой, чтобы показать новую метлу, но наткнулся в гостиной на посуровевшую МакГонагалл. Она держала в руках Молнию. Друзья немного испуганно поглядывали на своего декана.

— Так это и есть та самая метла?

— Профессор, что-то случилось?

Гарри посмотрел на Гермиону, больше всего на свете переживая за крестного, и та едва заметно кивнула, успокоив мальчика.

Реддл наблюдал за этим приступом телепатии с явным недовольством, так как уже успел словить полный ненависти взгляд от декана гриффиндорцев. Что, собственно, подпортило ему рождественское утро.

— Боюсь, мне придется конфисковать у вас метлу, мистер Поттер. — Профессор неодобрительно покачала головой. — Ваши друзья сказали, что никакой записки вместе с подарком не было.

Рон виновато почесал затылок, явно переживая, что не смог придумать что-нибудь получше.

— Мы с профессором Флитвиком и мадам Трюк проверим Молнию на наличие чар и заговоров. Мистер Поттер, принимать подарки от незнакомцев, к тому же такие дорогие… Не слишком ли беспечно? Впредь сообщайте мне о подобных вещах. Если метла окажется в порядке — я вам незамедлительно ее верну.

С этими словами она вышла прочь, забирая уже ставший таким далеким подарок Сириуса.

— Что это было? — охрипшим голосом спросил Гарри у друзей. — Почему она забрала? Что такого опасного может быть в метле?

— Она решила, что это ловушка от меня. — Раздался голос прямо перед Поттером, отчего тот ахнул от неожиданности: Сириус стоял все это время перед ними в его мантии-невидимке! — вполне разумно.

— Да, но метла же не заколдована!

— Откуда ей было знать? — Рон заскрежетал зубами. — Но это ужасно, это же… Молния! Самая лучшая метла в мире!

— Вот именно, подарок из ниоткуда. — Гермиона задумчиво нахмурилась. — Как она узнала?

— Да разве такое скроешь? — Сириус пожал плечами. — Может, из-за моего побега школа стала проверяться тщательнее. Может, у мадам Трюк свои сигнальные чары на метлах, ведь первокурсникам они запрещены. Как-то это должно регулироваться. Кто его знает? Она же ваш декан.

Гарри угрюмо промолчал.

— Не расстраивайся, она же вернет ее тебе. — Девушка явно не понимала, что такого особенного в метлах, чтобы так по ним убиваться. То ли дело книга!

Том кратко кивнул всем в знак приветствия и вновь повернулся к Гарри:

— Пойдем. Ты, вроде как, хотел подтянуться по истории магии.

— О, вот и славно. Наконец-то ты взялся за ум. — Просветлела лицом Гермиона.

Но Рон и Сириус мрачно переглянулись, недовольные тем, что какой-то слизеринец смеет распоряжаться временем их Гарри, да еще и подобным способом.

— Увидимся позже. — Гарри махнул всем рукой и широко улыбнулся крестному, который просто не смог не ответить улыбкой.

Вечером того же дня, отужинав за праздничным столом вместе с оставшимися в школе студентами и учителями, Гарри по-тихому попросил Рона принести с кухни еды для Сириуса и ушел вслед за Реддлом.

Они ходили по восьмому этажу — Том сосредоточенно представлял, чем должна оказаться комната на этот раз. Наконец они зашли внутрь и осмотрелись: вместо привычной мебели была пустота. Мраморный черный пол и зеркальные стены. Они отражали друг друга, создавая четыре призрачных коридора из зеркал. Тусклый свет мягко озарял парней, но его источника они не видели.

— Подойдет.

— А что это за место? — Гарри нехотя прошел вперед.

В комнате было до ужаса неуютно. Тишина давила на барабанные перепонки, а коридоры за стеклом, уходящие во тьму, приводили мальчика в ужас.

— Я вычитал недавно о подобной комнате в книгах. В старые времена так лечили душевнобольных. Такое расположение зеркал давало колдомедику проникнуть в сознание больного и попытаться вернуть утраченный разум. Проще говоря, это комната гипноза, Гарри.

— Здесь странно. — Поттер не знал, какие подобрать слова, чтобы описать давящую атмосферу зеркал.

— Это магия. — Том лишь пожал плечами, не чувствуя совершенно никакого дискомфорта. — Она не причинит вреда, не волнуйся.

Он подошел ближе и с наслаждением заключил напряженного мальчика в объятия, касаясь его открытых запястий пальцами и шеи подбородком. Минуту спустя Гарри полностью расслабился, даже прикрыл глаза.

— Я хотел отдать свой подарок здесь: комната не выпустит даже очень мощную магию за свои пределы.

Том развернул мальчика к себе лицом и достал волшебную палочку.

— Что ты хочешь сделать? — непонимающе спросил Гарри, однако страха не испытал, чему Том порадовался.

— Было кое-что полезное в моем времени, сохранившееся в памяти. Я сотворил заклинание, которое позволило бы связываться с другим волшебником за много километров друг от друга. Оно действует мгновенно, показывая местоположение этого человека или даже подпитывая его магией заклинающего. Однако, дорабатывать мне пришлось его в этом времени. — Том поджал губы. — Изначально оно причиняло сильную боль во время воздействия на него волшебником, и было однонаправленным. Думаю, это что-то вроде магического рабства.

Гарри внимательно слушал Тома, наблюдая в его глазах нарастающее предвкушение.

— Но теперь я изменил магический поток чар, хоть и оставил слова заклинания теми же.

— Так что это? — нетерпеливо поинтересовался мальчик.

— Небольшая отметина на теле с твоей и моей стороны, при соприкосновении с которой мы можем получать информацию друг от друга. Но только передавать и принимать. Я исключил насильственное проникновение в мысли и вытягивание магических сил. Это равноправная метка нашей с тобой связи, Гарри. Ты примешь ее?

Мальчик не раздумывая кивнул.

— Замечательно. — Сверкнул глазами Том, взяв Гарри за левую руку, и, не отрывая взгляда от его лица, медленно закатал рукав мантии. — Это самое удобное место на теле волшебника. Не такое доступное, как шея и запястья, конечно… Но вполне приемлемое. Можно при необходимости быстро скрыть или активировать татуировку. Так я и задумывал с самого начала.

— Но как ею пользоваться? — занервничал Гарри при слове «татуировка». — Это не больно?

— Ну что ты как маленький. — Реддл закатил глаза и оголил предплечье мальчика от рубашки. Вокруг их рук моментально распространилось серебристое свечение магии. — Ты не почувствуешь боли.

— Погоди!

— Ну что еще? — недовольно спросил у него слизеринец, уже поднеся к руке волшебную палочку.

— А если увидит Дамблдор? Или сработает что-то не так?

— Ходи в рубашке, вот и весь секрет. Это заклинание не запрещено. — Том усмехнулся про себя: просто о нем еще никто не знает (как он думал). — И оно работает.

Реддл демонстративно оголил свое левое предплечье. На нем четким черным контуром был изображен череп с выползающей из него змеей.

— Мрачновато. — Пожаловался Поттер, во все глаза уставившись на слегка двигавшуюся татуировку.

— А тебе что, цветочки с бабочками подавай?

— Нет. — Буркнул Гарри и самостоятельно протянул руку. — Давай уже.

Том нежно обхватил тонкие запястья мальчика, уже опустив взгляд вниз. Его переполняло волнение и предвкушение. И вновь Гарри делает именно то, что хочет Реддл.

— Морсмордре.

Мальчик закричал от сильнейшей боли, которая пронзила руку в месте соприкосновения кожи и волшебной палочки. Выжигающая боль заклинания быстро увеличилась до размеров метки, пылая ярким серебристым светом. Она была невыносима. Будто на руку мальчика полилось раскаленное железо. Черная магия вместе с объединенной магией Реддла и Поттера дала воистину ужасающую силу этому заклинанию.

— Тише, уже не больно. — Том обнял всхлипывающего мальчика, который дрожал от сильного болевого шока. — Видишь? Все в порядке, теперь все хорошо.