Ненавижу тебя, Розали Прайс (СИ) - "LilaVon" - Страница 57

***

После душа, что заставил меня и вправду прийти в себя, я долго сушу волосы, медленно расчесывая их пальцами, глядя в зеркало в ванной комнате. В последнее время я стала взволнованной, нервной, но не теряла своей решительности. Сейчас глаза были красноваты после слез, а губы покусаны от сдерживаемых ранее всхлипов. Но, я была все той же Роуз, что желает наконец-то что-то предпринять против самого Веркоохена. Влиятелен? Всемогущ? Не настолько, чтобы лишить меня рассудка!

Если я вечно буду бояться шагать в сторону, не пробуя ни разу сорвать ошейник и выкрасть поводок – то я уже не Роуз Прайс.

Выключив фен, я, обдумывая в голове назревшую идею, которую я могу использовать только с отсутствием самого Нильса Веркоохена, расчесываю волосы расческой. На губах появилась усмешка, а взглянув на зеркало, я уже с расправленными плечами и поднятым подбородком закусывала губы, точно зная, что я все-таки избавлюсь от этого собственника-тирана.

Вернувшись в комнату, я наскоро одеваюсь, натягивая узкие джинсы и поспешно надевая кофту. Сунув ноги в теплые тапочки, я скоро выбегаю с блока, поспешив по ступенькам в низ, буквально влетая в холл общежития. Ходивший по помещению старый охранник недобро осмотрел меня, и я замедляю свой шаг, тут же сворачивая к единственной двери в холле, что была открыта.

– Миссис Робинсон? – привлекаю я внимание женщины, что сидела за столом, перебирая десятки бумаг, сосредоточенно держа в зубах карандаш. Услышав меня, она тут же расплывается в улыбке, отложив все дела, и любезно встает с места, направившись ко мне.

– Мисс Прайс, давно я вас не видела! – откидывая карандаш на стол, она любезно улыбается мне, проводив меня в сам холл и усадив на мягкий диван у окна, где стояли большие цветущие цветы в горшках, а перед нами стоял маленький столик в вазой и пахнущими цветами. – Что-то случилось?

– Да, я хотела с вами серьезно поговорить, – кивнула я, одолевая в себе небольшой трепет и даже опасение. Я поступала плохо, и знала, чем может мне выйти такой решительный шаг в сторону и противоречие Веркоохену. Но сейчас мне никто и ничего не мешало, чтобы попросить миссис Робинсон, как понимающую женщину, об услуге. – Мне нужна новая комната. Все равно где и с кем, – решительно говорю я, а сама женщина приспускает голову, глядя на меня выше своих очков, удивленно захлопав ресницами.

– Мисс Прайс, при всем моем уважении к вам, но вы же сами сказали, что справитесь с единственным парнем в блоке. При этом, у вас разные комнаты. Вы должны радоваться такой удаче! – недоуменно говорит миссис Робинсон, вскоре переходя в наступление. – Я не могу предоставить вам другой комнаты и поселить вас с младшем курсом. Это вне правил.

– Я хочу новую комнату! – более резче и громче, заявила я так, что мои слова понеслись по холлу, а гуляющий поодаль охранник, нахмурившись, повернулся ко мне лицом. – Так вышло. У нас очень испорченные отношения с Нильсом Веркоохеным, и я не хочу усложнять их еще больше! Переведите меня, пожалуйста! – прошу я, а миссис Робинсон, усмехнувшись, покачала головой.

– Розали, милая, ты еще скажи, что этот Веркоохен кусается и не дает проходу! Он груб, но при этом чистоплотен и аккуратен, где ты такого соседа еще найдешь? – она, будто уговаривала меня оставить затею о переселении. – Тем более, не угрожает же он тебе расправой! Не разговаривай с ним, держись дальше – вот и вся твоя спокойная жизнь. Прошло уже почти две недели и раньше ты никак не жаловалась!

– Господи! – взлетела я с места, встав напротив ошеломленной сидящей женщины. – Откуда вы знаете, что он делает? Не вы с ним живете, а я! Я хочу новую комнату не из-за прихоти, а именно из-за него. Да, он мне не дает прохода, как и угрожает! Как вы угадали и попали в точку, миссис Робинсон! – вскрикнула я, чувствуя, что уже сейчас я исчерпала все спокойствие, и Веркоохен этому так же приложил не одну руку.

– Розали, успокойся, давай выпьем зеленого чая с лимоном – он успокаивает, и мы спокойно поговорим, – тихо начала миссис Робинсон, на что я лишь вспыхнула, действительно сорвавшись на безвинную женщину, уже не контролируя ни себя, ни своих слов.

– Вы имеете право поселить меня в любой блок, в любую комнату! Почему я должна терпеть чудовище в собственном блоке? Я не могу больше! – скинула я с небольшого деревянного столика, что стоял перед диваном, вазу с цветами. Она с грохотом упала на пол, разбившись в дребезги. Охранник решил вмешаться, оказавшись рядом со мной.

– Девочка, ты, что это себе позволяешь?

– Решаю устроить себе спокойную жизнь, сэр, и не вмешивайтесь, пожалуйста! – прошипела я на мужчину, который хмуро глядел на меня. Миссис Робинсон подвелась с места. – Я не буду жить рядом с Нильсом Веркоохеным, я достаточно вытерпела его, и больше у меня нет сил на что-либо! Я хочу комнату, миссис Робинсон, сейчас же! Плевать к кому, хоть к младшим, хоть к старшим, лишь бы не видеть рядом Веркоохена! Хотите доказательств? – громко спрашиваю я, закатывая рукава кофты. – Вот! Он сделал это сам, всего час назад! – показываю сине-зеленые синяки на запястьях.

– Мистер Веркоохен никогда бы не поднял руку на девушку, и тем более на такую юную, как вы. Он хороший человек, а вы так ужасно лжете о нем! У него никогда не было конфликтов, и тем более поступающих жалоб. Прекратите нести эту ересь, у меня все равно нет лишних мест! – в тон мне заговорила миссис Робинсон.

– А синяки, по-вашему, я сама себе поставила от скукоты? Придите в себя! К тому же, вы сами говорили, что если у меня будут проблемы, чтобы я обращалась к вам! Так вот – у меня большие проблемы с этим парнем, и узнай он сейчас, что я вам сейчас говорю – запер бы меня в комнате на несколько дней! А для профилактики – посадил бы диету с трехразовым употреблением воды, чтобы не опочила в углу комнаты за эти пару дней!

– Розали, мне жаль, но я не могу перевести тебя в другую комнату. Я обязательно поговорю с Нильсом, и он тебя больше не будет трогать.

– Нет! Нет, это уже лишнее, как раз таки он меня тронет, и тронет еще как, если вы посмеете сказать, что я была здесь! – понимая, что все без толку, я спасаю уже себя от того, чтобы не подставить себя окончательно под горячую руку Веркоохена. – Хорошо. Давайте так, – заговорила я, успокоившись. – Если появится лишнее место – вы меня туда переселите, ладно? С Веркоохеным разговаривать не стоит, я сама все улажу. Выдадите меня – я разрушу вам половину общежития! – бросив последнюю угрозу, не сдерживая себя от злорадности, когда напуганные глаза женщины изучают меня, я усмехаюсь, поглядев под ноги на осколки вазы. – Приятного чаепития, миссис Робинсон!

Я разворачиваюсь и ухожу, находясь в прострации и подавленно шагая по коридору. Надо же, от него и впрямь невозможно избавиться, этот Веркоохен неприкасаемый во всем! Черт!

– Вот же осел, – гневно проговариваю я про себя, понимая, что моя ситуация не терпит благоприятного выхода или же собственного побега. Тяжело выдыхая, я заворачиваю на лестничную площадку, как внезапно к моему рту прислоняется чья-то массивная руки, пугая и ошеломляя меня этим действием.

Спиной чувствую чью-то массивную грудь, а этот парень начинает меня тащить по ступенькам, когда я пытаюсь закричать, отбиться и вывернуться с таких сильных рук. Мою талию крепко сжимает его рука, явно не довольствуясь нежностью, а, даже намеренно сдавливая меня в хватке до потерли воздуха и боли в животе.

Он, прикладывая всю свою силу, тянет меня на второй этаж, точно начав свой пусть к моему блоку. Я вновь забилась в истерике, не понимая, что происходит и напугана происходящем. Сердце колотило с бешеной скоростью, но этот человек продолжал свой пусть, часто отрывая мои ноги от пола, доставляя мне боль, когда удерживал за скулы, не давая его укусить; и за талию, не давая вывернуться, что предоставляло только боль.

Открывая двери рукой, которой он удерживал мое тело, он скоро открывает блок, заталкивая меня туда, а позже, открывая рот, схватив за волосы, точно не собираясь выпускать из поля своего зрения.