Ненавижу тебя, Розали Прайс (СИ) - "LilaVon" - Страница 175

– Надеюсь, это не то, что я думаю, – выдыхаю воздух и чувствую, как он оставляет меня. Я снимаю галстук с глаз, не сразу привыкая к свету небольших прожекторов, что светят на нас, жмурюсь.

– Давайте добьем фотосессию, вы уже утомлены, – говорит Джесси, похоже, пролистывая сделанные снимки. – Роуз, сними с него рубашку. Медленно. Нильс, не трогай ее. Просто стой.

Я несколько недоуменно, с опущенными глазами в пол тянусь к горлышку рубашки, начиная расстегивать пуговки. Из-под легкой ткани я вижу смуглую и крепкую грудь, к которой Нильс прижимал меня неоднократно. Если бы остались тут наедине, я бы не удержалась от такого соблазнительного действия.

– Прекрасно, – протягивает фотограф, когда я стаскиваю рубашку с Нильса, оставив его в одних брюках и туфлях. Парень позволяет себе поцеловать меня, а я глажу его пылающую кожу. – Ого, – комментирует Джесси, когда Нильс загреб меня в охапку, повернувшись боком к камере.

И я знала, почему Джесси удивлен, ведь сегодня утром я была поражена не меньше, чем он. Когда я осознаю, что наш фотограф без смущений позволяет себе фотографировать спину парня, я уже не в первый и не в последний краснею, но меня скрывает Нильс своим телом от вспышек фотоаппарата.

– Нильс расстегни молнию, – говорит Джесси, но на эти слова я не обращаю внимание, пока Нильс не касается моей спины и не нащупывает замочек. Он начал тянуть его, но я останавливаю его следующие движения, отпрянув и удивленно переводя взгляд на Джесси.

– Эта съемка больше похожа на… это… это слишком откровенно. Я не буду раздеваться, – сложила я руки на груди, рассеяно повернувшись к Нильсу. Он ведь не снимет с меня платье?

– Розали, пару кадров. Нильс тебя прикроет, – говорит Джесси. – Я отворачиваюсь. Давай.

– Нильс! – вспыхнула я. Он не может раздеть меня в этом месте для обычных фотографий, тем более перед незнакомым мужчиной!

– Мне нужны эти фотографии, – говорит парень, подойдя ближе. – Я хочу не только запомнить тебя, но и видеть каждый день, – продолжает он, обхватив мои берда и потянув на себя, выбив из меня пораженный выдох.

– Я не хочу раздеваться, – качаю я головой, с мольбой уставившись на парня. Теперь понятно, почему он так волновался перед фотосессией.

Однако, он знал, что будет делать.

– Я хочу, – уверено говорит он, пока я нахмуренно, держу его за крепкие руки, а он медленно и испытывающее расстегивает мое платье, как в ночь Рождества. Слышу щелчок и понимаю, что Джесси решил запечатлеть все моменты.

Платье скользит вниз, а я сердито смотрю на Нильса. Я не могу ему отказать, но и это считается слишком личным, чтобы вымещать такие моменты на фотографиях.

– Роуз стань ко мне спиной. Нильс, продолжай, – говорит Джесси, когда я недоверчиво поворачиваюсь спиной к фотографу. Черт, на мне же это чертово кружевное белье! – Туфли сними, – Нильс проходится своими руками с шеи на плечи, а я прикрываю глаза.

– Разве я делаю тебе больно? – тихо спрашивает Нильс над ухом, а я качаю головой. – Я тебя раздел догола и заставил выйти на улицу? – вновь качаю головой, а Нильс походит ближе, протягиваю пальцы за спину. – Или ты мне не доверяешь? – я склоняю голову настолько, чтобы не было видно сумасшествия и того, как я разволновалась.

– Я просто… Нильс, – нервно выдыхаю, когда застежка лифчика расстегивается, а я накрываю перед своими руками, удерживая его на теле. – Ты раздеваешь меня перед камерой, – еле-еле слышно шепчу я, отворачиваясь от Нильса в сторону стены, – Тут Джесси.

– Котенок, – обращается ко мне Нильс, аккуратно потянув за бретельки.

– Ты делаешь это для меня, а не для кого-то другого, – он настаивал.

Я поворачиваюсь назад, посмотрев на фотографа, который держал наготове свою камеру. Нильс выдохнул, но не спешил, я не отпускала руки.

– Уже почти шесть, Роуз. Нам нужно домой. Давай закончим фотосессию? – парень убирает мои руки, потянув за лифчик, освободив мою грудь. Когда я заново хотела прикрыться, Нильс крепко обнял меня, и его грудь закрывала мою.

Это было настолько интимно, что я уже чувствовала, как жар атакует все мое тело.

– Повернитесь боком, – говорит Джесси, и Нильс крутит нас, а я сильнее притягиваю его к себе, закрываясь от вспышки. Светловолосый обвивает своими руками мое тело, скрывая, но так же, открывая для камеры. – Нагнись к ней. Розали выгнись назад, – не рассоединяя наших тел, мы выполняем медленно пожелания фотографа, а губы Нильса касаются моей шеи, не смотря на это, я чувствую, как он открывает меня оголенную для вспышки.

О, Боже!

– Нильс! – вскрикнула я, вцепившись в парня, и спрятавшись за его спиной, когда он встал.

– Готово. Одевайтесь и подойдите в холл. Выберем фотографии для распечатки, – говорит Джесси, оставляя нас одних.

– Это было чертовски ужасно, Нильс! – как только закрывается дверь за фотографом, я разворачиваюсь к Нильсу, и почти взбешенно готова кинуться на него, но вместо этого хватаю свою одежду.

– Тебе понравилась фотосессия, и был единственный кадр с оголенным верхом. Я оплачивал за полную фотосъемку, а не за детское позирование в камеру, – заговорил парень, когда я быстро натягиваю платье поверх своего тела и застегиваю его.

– Даже не смей со мной теперь разговаривать, – пригрозила я ему, повернувшись в его сторону и показывая указательный палец. – Ты должен был предупредить меня! Это абсурдно!

Он был непроницаем, Нильсу все понравилось, не смотря на то, как я разгневана.

– Нет уж, тогда ты бы сразу отказалась, – покачал головой Нильс, натянув пиджак и сворачивая галстук, сунул его себе в карман.

– Ты просто невыносим! – вскинула я руками. – Сам кричишь, чтобы меня не трогали и не смели смотреть в мою сторону, а теперь раздеваешь перед совсем незнакомым мужчиной! – мой тон поднялся, и я не могла сдерживать эмоций.

Он практически выставил меня голую перед фотографом!

– Ничего страшного не случилось. Он мало что мог увидеть, – покачал головой Нильс, подойдя ко мне ближе, но я не двинулась, лишь больше опрокинула голову. – Разве тебе не хочется посмотреть, что получилось? – спрашивает он, а я прикрываю глаза.

– Я не хочу с тобой разговаривать, – отмахнулась я, и намеревалась обойти парня, как он охватил мою талию, не пуская к выходу.

– Котенок, это всего лишь фотография, – говорит парень. И только я хотела буквально взорваться, но чувствую губы Нильса. Как бы мне не хотелось сейчас поддаваться, как бы я не хотела после фотосессии с ним говорить, я сдаюсь с руками к верху. Он целовал меня, притянул за талию и я уже поддаюсь всему, чему он смог захотеть. – Прости, что не предупредил, – сквозь поцелуй говорит он, и намеревался что-то еще, но я не смогла его слушать, я хотела его губы.

– Эй, ребят, Джесси ждет, – прерывает нас вошедший парень, заставляя нас прервать поцелуй. Нильс кивает парню и тот выходит, я поглаживаю грудь парня через костюм.

– Если хоть кто-то увидит эти фотографии, кроме нас, Веркоохен, клянусь, я спрошу все с тебя, – серьезно проговариваю я, не желая злиться, но мне уже становится легче, когда он предупрежденный.

– Конечно, любовь моя, – рассмеялся Нильс, но на мне не дрогнула улыбка. Вместе мы вышли в главный холл, присаживаясь около Джесси с ноутбуком, который уже пролистывал фотографии.

– У нас почти сотня фотографий, – говорит фотограф, почесав затылок.

– Я хочу все на формате альбомного листа. И те, которые я выберу, сделать с глянцем. Это возможно? – тут же интересуется Нильс, а я мои глаза увеличиваются.

– Нильс, это много, тебе не кажется? – вмешиваюсь я.

– В самый раз. Я хочу все, тут не может быть плохих фотографий, – шепчет Нильс, поцеловав меня в лоб.

Девяносто кадров сделал фотограф за пару часов, и светловолосый оказался прав – ни одной плохой. Все фотографии оказалась распечатаны на довольно профессиональной печатной машине и вскоре около меня была стопка листов. Нильс внимательно выбирал фотографии, которые хотел в большем размере с глянцем. И это стали по большей части кадры из последнего получаса.