Ненавижу тебя, Розали Прайс (СИ) - "LilaVon" - Страница 170

– А ты помнишь Даниэля? – задает он следующий вопрос.

– Помню, – повторяю я.

– И, наверное, ты помнишь тот вечер, когда я тебе дал возможность помочь мне. Чашки, тарелка, кувшин. Ты подала идею возврата фирмы, – продолжает он.

– Да, помню.

– Финалист – сын одного влиятельного человека, который захватил главные фирмы Даниэля, – добавляет он, а я внимательно слушая, пытаясь не запутаться. – План, по которому должно было все пройти на «ура» с треском провалился. Этот чертов придурок все узнал.

Я выстраиваю у себя в голове цепочку. Финалист – сын мужчины, который владеет фирмами мистера Донована, и их отобрать не получилось, не смотря на старания Нильса. Я выслушиваю его проблемы, но не могу понять причину его отношения ко мне. Зачем тогда он это говорит?

– Нильс, ты уверен, что это…

– Не перебивай меня, Розали, – подхватил он, перебив меня. Он не был озлоблен, я слышала по голосу, как тяжело он дышит и не решается продолжить. Я молчу, – И так. Когда Даниэль дал мне эту работу, я отказался. Я не занимаюсь фирмами, только людьми.

– В чем заключалась твоя работа у Даниэля, Нильс? – насторожено спрашиваю я, перебивая, но это было важным для меня. Вопрос, который волновал меня довольно долго. Я хотела ответ.

– В фирмах, корпорациях, в любом ином офисе и предприятии – всегда есть своя крыса. Люди стали настолько обманчивы, что начинают обкрадывать свое начальство, на которое они работают. Сумы всегда не значительны, если человек с умом относится к краже. Но когда это замечает человек, который владеет фирмой – он начинает искать вора. Им это не под силу, но под силу мне, – он говорит спокойно, довольно для того, чтобы я поняла и насторожилась. – Я получаю всю информацию о людях. Их досье, график работы, информацию, с помощью которой я могу отыскать вора. Довольно странно, когда обычный уборщик покупает себе «Форд Мустанг», проработав только полгода. Мое задание – наказать и вернуть деньги.

– Что ты делаешь, Нильс? – испуганно спрашиваю я.

– Женщин, стажеров – запугиваю и угрожаю, мужчин – избиваю. Потраченное забираю либо продаю купленное ими за те деньги, либо заставляю находить ровно ту суму, которую украли. За эту работу я получаю свои деньги. На вычисление любой личности в фирмах у меня уходит не меньше, чем неделя. Все просто – я наказываю воров, мне платят за эту работу, – говорит он.

Я даже не знаю, как думать об этом. С одной стороны это хорошо, когда находишь воров, а с другой, довольно пугающе, когда к тебе в дом заваливается этот мужчина, избивает и отнимает имущество. Надеюсь, с людьми все в порядке.

– Вернемся в начало. Я отказал Даниэлю, но он не отпустил меня так просто. Он начал угрожать мне. Обычно, он не мог меня припугнуть ни одним способом, так как я был сам по себе. До тебя, – выдавливает он, зарываясь руками в свои светлые волосы. – Он угрожал расправой с тобой. Если я не начну работу над его украденными фирмами, то он заберет тебя. Сказал, что я должен действовать умно, ведь, если и этот чертов Хоффман узнает обо мне, то и узнает о тебе. После того, как я провалил свое задание, он сразу нашел меня. Теперь он…

– Хоффман? – переспрашиваю я, расширив глаза.

– Да, человек, который отнял фирмы у Даниэля, отец финалиста Найджела Хоффмана младшего, – объясняет он, а я чувствую, как сжимается каждая клеточка моего тела. Может, это ошибка? Нет, нет, нет… зачем он со мной был?

– Значит, Филиган Хоффман не твой хороший знакомый, – тихо шепчу я. Нильс моментально разворачивается, вставая и нервно поглядывая на меня.

– Только не говори, что ты с ним общалась, – предупреждающе, он сжимает свои пальцы в кулаки.

– Я не.. Нильс… Я ведь не знала, – пугливо я начинаю оправдываться. – Он подсел ко мне в кафе. Когда я должна была быть с Луи, я была одна. Он просто говорил со мной, – пытаюсь доказать, что ничего не случилось, но вижу, как темная краска черноты заливает его глаза.

– Черт. Он не должен был тебя найти… Не должен был! – кричит он довольно громко, пнув своей ногой стул, который переворачивается и падает на пол.

– Что он хотел от тебя? – шипит Нильс, а я, боясь его такой бурной реакции, отступаю назад.

– Поговорить. Он знает, что ты всегда рядом со мной. И передал тебе… конверт, – тихо говорю я, а его взгляд находит мои глаза запуганные глаза.

– Какой конверт? – цедит он.

– Я не знаю, как ты помнишь, я не смогла его тебе отдать тем вечером, – отворачиваюсь я, вспоминая, как он накинулся на меня. – Я забыла о нем позже. Оставила в кармане тех джинсов.

– Ты его открывала?

– Нет. Это письмо было для тебя, – качаю я головой.

– Сукин сын, я доберусь до него. Черт, я ему голову оторву! – взбесился парень, пнув еще один стул, и тот с грохотом падает.

– Нильс, остановись, – хватаю я его за руку, когда он кинулся на стол. –

Все в порядке. Ничего криминального не случилось, все живи, здоровы…

– Не случилось? Да он приставлял ко мне свою охрану с несколько недель. Ему докладывали о каждом моем шаге! Он знает все о нас и был знаком с тобой! Я имею право злиться, так как такие люди жестоки, а он намерен отобрать тебя у меня! – он переходил на горластый крик. Громкий, жгучий и яростный. Он казался остервенелым. – Что он еще сказал, Розали? – спрашивает он, но я несколько шокировано смотрю на него, забывая, как говорить. – Розали, что он говорил?

– Что будет рад встретить меня в неординарной обстановке, – произношу я, вспоминая эту странную встречу, его вежливость и галантность, а так же его хитрую улыбку и взгляд, что вспомнились мне, когда он покидал меня. По мне пробежала волна мурашек. Я общалась с этим человеком. – Что он хочет на самом деле?

– После моего провала на задании он следил за нами. Он не оставит нас в покое. Он хочет забрать тебя…– тихо говорит он, словно сам, поражаясь своим словам, которые он произнес вслух. Я не успеваю проследить за его движениями, как тарелки, которые я складывала около раковины, летят на пол. Я отскакиваю, когда почти все осколки телят в мою сторону.

– Нильс! – вскрикиваю я. – Я тут, и нигде больше! – расставляю я руки так, чтобы показать, что я хочу его успокоить. Он стоит далеко, и через осколки пробраться окажется не так легко.

– Ты не знаешь его. Его сын видел, что я поцеловал тебя. Он отомстит мне! – кричит он. – Я не хочу тебя терять, они знают, что ты дорога мне! – со своими эмоциями, он выплескивает то, что я так хотела услышать от него.

Я дорога ему.

– И ты мне дорог, Нильс. Прошу, успокойся. Я с тобой, видишь? – я ступаю босыми ногами по кафелю с разбитыми тарелками, аккуратно переступая их. – Мы все еще рядом.

– Нет, ты не вернешься в Нью-Йорк, я не позволю, этому случится! – взмахивая руками, он разъяренно ходит от угла к углу. Я вижу впервые, когда им владеют чувства, и как дрожат его руки.

Он мной дорожит.

– Нельзя убегать от проблем, Нильс. Нам нужно просто все решить. Вместе, – говорю я, подходя ближе и ближе, вставая на носочки и обходя острые осколки.

– Нет! – категорично шипит парень. – Я не смогу справится, если ты

будешь у них! Я сегодня же лечу в Нью-Йорк, а ты остаешься тут, – теперь он не говорит, он приказывает.

– Я не оставлю тебя. Даже не думай. Не отпущу, – говорю я, а вскоре и хватаю его за руку. – Ты никуда не уйдешь от меня.

– Розали, там опасно! Он нашел тебя! Ты думаешь, я тебе тут анекдоты рассказываю? Хоффманы никогда не дружили со своей головой, и неизвестно, что произойдет, если хоть один из них коснется тебя! – он пытается вырваться, но я облепляю своими руками его лицо, крепко удерживая его и заставляя смотреть на меня.

– Если же он такой влиятельный, он достанет меня везде. Мы виделись больше, чем две недели тому назад, и он ничего не сделал. Ты сам это знаешь. Ты хочешь уберечь меня, и ты убережешь, если я буду рядом, а не на расстоянии, – я пытаюсь его убедить, но он пытается отвернуться, отодвинуть меня и начать все метать вокруг. Ему нужно было выплеснуть всю энергию, и Нильс не знал, куда ее деть.