Лучший мой подарочек - это ты! (СИ) - Потемкина Виктория - Страница 10

Последние сказанные ею слова заставили его насторожиться.

— Ты всё вспомнила? — спросил Павлов.

— Да, — кивнула она. — Память полностью восстановилась примерно через неделю после того, как меня увезли отсюда.

Гера нахмурился. Всё очень сильно усложнилось. Любовь собиралась выйти замуж за Медведева, а это означало, что она любит его. Или любила. Люба не из тех девушек, которые выходят замуж по расчёту. Значит, чувства имели место быть. Теперь, помня это, она может… Дальше Герасим не решался продолжить. Думать об этом совершенно не хотелось.

— Люба, зачем ты здесь? — повторил Павлов свой вопрос, боясь услышать ответ.

Мужчина страшился того, что присутствие здесь Любы связано с её нежеланием продолжать с ним какие-либо отношения. Если это действительно так, то Гера не смирится с решением потеряшки. Он будет бороться.

— Муму нужен кров, — девушка сглотнула и неуверенно улыбнулась, — и мне тоже.

— Что? — вспылил Гера, вставая с места. — Твои родственники выгнали тебя из дома?

— Не совсем, — ответила блондинка, послав ему успокаивающий взгляд. — Я ушла из дома. И от Коли ушла.

Павлов впал в шоковое состояние. Он не мог вымолвить ни слова. Ту радость, что сейчас пела у него в душе, не могли передать никакие слова. Люба же по-своему растолковала его молчание и занервничала ещё больше.

— Свадьбы не будет, — продолжила говорить она, — и мне в ближайшее время лучше не появляться дома. Мать мне этого не простит, а возможность распоряжаться наследством я получу только по достижении двадцати одного года. Мне негде жить, и я хотела попросить тебя приютить меня хотя бы на время.

Пока Люба сбивчиво говорила, явно неуверенная в его реакции на такие новости, Гера медленно опустил щенка на пол, обошёл кухонный стол, разделяющий их, и заставил Игнатову встать со стула.

— Можешь жить здесь столько, сколько захочешь, — выдохнул Павлов ей в губы. — Хоть всю оставшуюся жизнь!

И поцеловал. Девушка незамедлительно ответила на поцелуй, обняв Герасима за плечи. Собака тихо сидела на полу и, наклонив головку, наблюдала за парой воссоединившихся любовников. Этим вечером маленькой Муму был продемонстрирован подробный урок сексуального образования на примере двух человеческих особей.

ГЛАВА 7

Гера лениво жмурился от удовольствия, будто объевшийся сметаны кот. Он лежал в своей огромной постели, а к его боку доверчиво прижималась Люба, тихо посапывающая во сне. Свою небольшую ручку девушка положила ему на грудь, ладонь расположилась прямо над его сердцем. Очень символично, учитывая, кто именно являлся хозяйкой сердца Герасима. Мужчина еле удержался, чтобы не перецеловать каждый пальчик на её руке, но Любочка очень устала. Павлов всю ночь не давал ей спать.

Подумав о ночных упражнениях на простынях, Гера самодовольно улыбнулся, а мужская рука непроизвольно скользнула на округлое бедро, закинутое на его живот. Пальцы, едва касаясь, прошлись по нежной коже. Любовь не проснулась, лишь слабо застонала и сильнее уткнулась лицом в его шею. Павлов сразу же убрал руку, боясь её разбудить. Он просто лежал и наслаждался сладкой действительностью. Как мало для счастья в действительности надо, лишь бы любимая женщина была рядом. Пока его маленькая потеряшка дарит ему свою любовь, он способен на любые подвиги. Люба стала для Герасима музой, вдохновительницей. Кажется, Новый год и день святого Валентина теперь перейдут в разряд его любимых праздников.

Было раннее утро. Солнце ещё даже лучиков не показало из-за горизонта. Павлов не спал всю ночь, так что ничего удивительного, что сон стал одолевать его. Перед тем как заснуть, Гера успел отправить сообщение своей секретарше, в котором предупреждал, что на работе сегодня не появится.

Казалось, он только-только закрыл глаза и погрузился в крепкий сон, как его ощутимо и довольно болезненно цапнули за ногу. Герасим завозился во сне и попытался подмять под себя нижнюю конечность, но спрятаться от маленького нарушителя спокойствия ему не удалось. Его снова укусили, причём сильнее, чем в первый раз. Жалобный скулёж окончательно заставил Геру проснуться. Открыв глаза, мужчина перевёл взгляд на пол, где восседала Муму и смотрела на него горестным взглядом. Время было около десяти утра. Павлов едва слышно застонал. Он пребывал в царстве Морфея всего несколько часов! Можно было ещё спать и спать, но маленький шерстяной комок требовал внимания к своей персоне.

— Ладно, ладно, — пробормотал мужчина, — сейчас...

Минут десять Павлов выпутывался из объятий Любы, пытаясь при этом её не разбудить. Она ни в какую не хотела его отпускать. Блондинка цеплялась за Геру, да и он не желал уходить. Мужчина был бы рад поспать ещё немного, но новообретённый питомец явно требовал завтрак. В итоге Герасим всё же выбрался, правда, при этом чуть не свалился на пол. Он в полголоса чертыхнулся. Вот она — семейная жизнь! Ожидаемой паники от подобной мысли Гера не испытал, просто спокойно принял сей факт. Его жизнь изменилась.

Взяв на руки тихонько скулящую животину, он покинул спальню. Дойдя до кухни и открыв холодильник, растерянно почесал голову, не зная, чем кормить щенка. Холодильник был практически пуст, только несколько яиц, пакет молока и одинокое яблоко разбавляли красноречивый пустынный пейзаж. Немного подумал, решил идти в магазин.

— Ну что, собака, пойдём гулять? — обратился Гера к своей спутнице.

Собака в ответ тявкнула и лизнула его в щёку. Павлов лишь вздохнул, понимая, что ни от Любы, ни от Муму ему теперь никуда не деться. Да он и сам не хотел, чтобы они исчезли из его жизни.

Парочка сходила в ближайший зоомагазин, который находился в нескольких кварталах от его дома. Там Герасим закупил несколько видов корма, поводок, миски и игрушки. После чего они зашли в продуктовый магазин, запасаясь съестным для человеческой половины их небольшой семейки. Потом Павлов более получаса уговаривал несговорчивую Муму пописать на улице. Он решил, что щенка нужно сразу приучать к порядку. Абсолютно верное решение, но собака долгое время не могла понять, что же от неё собственно требуется. Или Муму просто делала вид, что не понимает. Так или иначе, животное в определённый момент решило, что больше не стоит мучить замёрзшего и злющего Геру, и всё-таки справила нужду.

Когда Павлов вернулся домой, его атаковали аппетитные запахи еды. Желудок утробно зарычал, выражая одобрение. Организм требовал подзаправки калориями после долгой трудовой ночи.

— Где вы были? — Люба вышла к ним навстречу.

Она снова надела его рубашку. Поразительно, но его вещи на ней смотрелись намного лучше, чем на их законном хозяине.

— Ходили в магазин, — ответил Гера, разуваясь и ставя пакеты на пол. — Содержание собаки ныне недешевое удовольствие.

Люба хихикнула и нагнулась, чтобы погладить Муму. Животинка радостно скакала на месте, пытаясь запрыгнуть к ней на руки.

— Чем это так вкусно пахнет? — поинтересовался Павлов, сняв куртку. — Я удивлён, что ты смогла откопать что-то съедобное в моём холодильнике.

— Яйца были, — пожала плечами Игнатова, — молоко тоже. Муку у соседей одолжила, благо они у тебя адекватные и приветливые. Так что будешь сейчас блинчики кушать. Только руки для начала вымой, а потом и за стол можешь садиться!

И улизнула на кухню. Герасим остался стоять посреди коридора. В голове вертелись вопросы, которые он хотел задать Любе. Ситуация с её возвращением так и осталась не до конца раскрытой. Тем не менее, Гера выполнил распоряжение Игнатовой и помыл руки. Выйдя из ванной, мужчина застал прекраснейшую картину. Любовь, нагнувшись, насыпала корм в миску, демонстрируя свою попку во всей красе. Рубашка естественно задралась, и Павлову были отлично видны бирюзовые трусики. Он тяжело сглотнул. Кровь моментально устремилась вниз, возбуждая определённую часть тела и приводя её в полную готовность для следующего раунда постельных игр. Хотя почему постельных? Герасим, прищурившись, примерился к столу. Если посадить Любу на него, то он будет иметь отличный доступ для совершения своего чёрного дела. Гера представил блондинку в распахнутой рубашке, сидящей на столе и раздвинувшей свои идеальные ножки…