Вы призвали не того... Книга 5 (СИ) - Айтбаев Тимур Аскарович - Страница 127

Вот она, черная клякса чуть ниже центра торса монстра.

Чуть смещаю левую руку, чтобы во время удара алые когти вошли именно туда.

Странно. Цвета физических объектов вокруг не различаю, но вот палитру душ и их взаимодействия вижу яснее, чем гопота светящийся экран яблокофона в темной подворотне. А еще яснее «вижу» свечение собственных когтей.

Черная рука глубоко погружается в шевелящуюся массу личинок. Алые загнутые когти смыкаются на черной кляксе. И тут же приходит осознание.

Это - Мерзость.

Не знаю, откуда выползла эта тварь. Не ведаю, кем она была в прошлом. Не представляю, как докатилась до подобного существования.

Но сейчас всю ее суть можно описать всего лишь одним словом — Мерзость.

Не задумываясь, сжимаю когти. Алые, светящиеся, загнутые когти, пропитанные силой Бездны настолько, что способны рвать саму ткань бытия. Оружие, что намного страшнее ядерных ракет и смертоносных вирусов.

Просто одного касания этих царапок достаточно, чтобы отправить в Котел Душ большинство смертных существ. Вот только эту штуку я никуда отправлять не собираюсь.

Когти Касии протыкают трепещущую кляксу насквозь. Им плевать, что она находится на другом плане бытия. Им глубоко похуй на мнения и планы богов. Они просто уничтожают свою жертву. Рассеивают саму душу на невесомые частицы энергии, что уже никогда не соберутся в одно целое…

Все эти знания пришли мне от самого Касии.

Монстр не обладал привычным сознанием или волей, потому и не стремился захватить тело, в отличие от прошлой подсаженной мне твари. Касия был сродни стихии. Он просто шел вперед, выполняя то единственное, что умел и ради чего его сотворили.

Он собирал души. И развоплощал подобную мерзость, которая прогнила уже настолько, что даже Бездна не в силах ее очистить.

Тело монстра, чью суть я порвал на части, осыпалось невесомым черным пеплом.

А окружающие меня твари теней шарахнулись в стороны, словно от невероятно жуткого чудовища. Скорее всего, они почувствовали, что их собрата именно уничтожили, а не просто убили.

Впрочем, эта мелочь была мне не интересна. Да и есть кому ими заняться — на стоящую сбоку от меня собаковидную черную тварь опустился огромный алый топор незаметно появившегося рядом Иль-Сафора…

Шаг вперед.

Восприятие сконцентрировалось исключительно на Ньярлоте.

Сейчас есть только эта тварь и я.

Судя по тому, что трусоватый Падальщик, привыкший атаковать из тени, даже не пытался сбежать, он прекрасно понимал свое положение. Бежать от Касии по реальности бесполезно. Рано или поздно, но он тебя нагонит. А в тенях Ньярлота ждало лишь падение в огромную жадную пасть Тайшаддэса.

- Не расслабляйся, - прозвучал рядом голос Чешуйки. - Этот монстр смертельно опасен. А ты все же не полноценный Касия. К тому же, продолжай следить за стабильностью потока. Дашь ему чуть больше, и снова начнешь растворяться в этом порождении Бездны.

Помню, дракоша. Пока все помню…

Шаг.

Гигантский осьминог стремительно выбрасывает вперед щупальце с острым костяным шипом на конце. Словно распрямившаяся пружина, черная конечность рассекает воздух. Скорее всего, у этого удара низкий гудящий звук. Но я его не слышу.

Касия глух ко всему. К мольбам. К проклятьям. К совести. К чести.

Шаг в сторону.

Толстое, словно вековое дерево, щупальце проносится в паре сантиметров от моего тела. Поток воздуха толкнул в бок, словно удар тяжелой кувалды. Пришлось сделать еще шаг, чтобы не потерять равновесие.

Протянул руку, впиваясь когтями в не успевшую отдернуться конечность.

До души отсюда не добраться. Но вот здоровье попортить можно изрядно — когти пусть и небольшие, буквально в три-четыре сантиметра длиной, но состоят из кристаллизованной маны Бездны.

Плоть Ньярлота, отвратительная даже для безразличного Касии, начала медленно осыпаться черными хлопьями.

Падальщик был очень старым монстром. Не древним, как тот же Тайшаддэс, но намного старше большинства своих «коллег». Он не умрет, пока я не доберусь до его ядра. Пораженные же касанием Бездны части монстр просто отбрасывает, как ящерица попавший в ловушку хвост.

По щупальцу пробежала короткая судорога и часть его отделилась вместе с рассыпающимся куском.

У Касии нет глаз. Но нет и слепых зон.

Еще шаг вперед и в сторону.

На том месте, где я только что стоял, из земли вверх ударили сразу два щупальца, стремящихся нанизать меня на острые шипы.

Полноценный монстр Бездны такой удар выдержал бы играючи. Но меня он проткнет насквозь. Я знаю это. Оттуда же, откуда и все остальное.

От Касии.

Сверху падает еще одно щупальце. Расплющит, если попадет.

Перекатом ухожу в сторону.

Чувствую слабый, едва заметный отголосок недовольства от монстра во мне. Для существа, которое по определению должно быть лишено воли и сознания, это настоящее море эмоций.

Касия никогда не уклоняется от удара. Он всегда принимает его со спокойной неотвратимостью первозданной пустоты, поглощая и растворяя в себе. И мои кульбиты вызывают у монстра чувство, сродни стыду.

- Даже безразличному ко всему монстру стыдно за тебя, - прокомментировал голос в голове.

Голос… Какой голос? Чей?

- Сожми руку, идиот! Сжимай!

Сжал. Чуть-чуть.

Этого хватило.

Все, Чешуйка, не паникуй. Я снова с тобой.

- Больно надо! И смотри, эта каракатица что-то задумала!

Пока я уходил кувырком от нового удара щупальца, Ньярлот спешно передвинул свою массивную тушу, торчавшую почти посреди двора, к одной из внешних замковых стен. Двигался он невероятно ловко для такой несуразной махины, перебирая всеми свободными от боя конечностями.

Я же просто шагнул следом, готовясь к очередному рывку.

Нужно достать его прежде, чем эта скотина опять выкинет какой-нибудь номер…

Не получилось. Не успел.

Между нами встало небольшое войско. Три сотни марионеток, слепленных из кусков его собственной плоти и останков погибших тут людей и монстров.

Мне придется прорываться через них.

Или не придется? Вообще, откуда он столько трупов достал?

Осматриваюсь.

Монстры мертвы. Люди мертвы. Из их разбросанных по двору трупов Ньярлот и взял биомассу.

Падальщик целиком оправдывает свое прозвище.

А позади меня, словно изваяние, молча застыл Иль-Сафор, держа на плече свой чудовищный топор — Кровавый Поэт давно закончил данное ему глупым смертным задание.

Он убил всех, кто находился во дворе королевского замка, кроме меня и Ньярлота. За несколько секунд.

Дось… цела. Сидит на одном из подоконников королевского замка, на высоте четырех метров. Либо ей хватило смекалки выйти из зоны поражения, либо у берсеркера все же сработала опознавательная система «свой-чужой». В то, что он не смог заметить скрытницу, я не поверю ни на миг.

Нокс парит где-то высоко сверху. Ей работы тут не нашлось. По крайней мере, пока…

Стоит ли натравливать Иль-Сафора на мертвых?

Не думаю. Он сделал свою работу. Устранил всех, кто мог помешать моему бою. Эти трупы — часть Ньярлота. Часть моей… добычи.

Вот только когтями драться слишком непривычно. Для мертвых кукол нужно что-то другое.

Правая рука смыкается на Копье Глубокой Бездны. Мифический артефакт слегка вибрирует, отзываясь на силу Касии. Что-то в нем меняется. И я понимаю что.

Система.

Копье выпадает из ее рамок.

Вот почему Касия не отображается в списке способностей. Вот почему Система не дает описания его эффектам.

Этот монстр находится вне ее. Она не имеет над ним власти. Как и никто другой. Кроме Бездны.

Копье изменилось. Не внешне. Внутренне.

Упали все искусственно возведенные барьеры. Исчезли дурацкие правила и рамки.

Оружие стало тем, чем должно было быть изначально.

Артефактом Бездны.

Холодным, темным и безразличным, как сама пустота космоса.

Не знающим ни жалости, ни компромиссов. Одно его присутствие заставляет смертных сжиматься в комок и седеть от ужаса. Одно его касание отправит жертву в Котел Душ…