Стоит ли верить сердцу? - Келли Элисон - Страница 15

Яблочный пирог, который она готовила, нельзя было назвать кулинарным изыском, но Линн попросила ее сделать что-нибудь попроще, поскольку от шоколада и сдобы дети становятся сверхактивными.

Харрингтоны-младшие страшно взволновались, когда Джина показалась на пороге. От их приветственных криков можно было оглохнуть:

- Наконец-то вы пришли! Теперь можно есть!

- Я опоздала? - спросила она у Линн, удивленная тем, что Снэйк тоже здесь: она думала, что, кроме годовалого Билли, все мужчины Мелагры отправились на ревизию.

- Да нет же, не опоздали. Обыкновенная невоспитанность. Кроме того, я упомянула, что вы принесете яблочный пирог, вот они и сгорают от нетерпения.

За обедом Джина болтала с четырьмя сорванцами, наблюдала за младенцем, разбрасывающим еду вокруг себя, удивлялась искусству Снэйка глотать не жуя. Она ответила на поток не слишком вежливых вопросов девочек, не смогла удержаться от смеха, услышав весьма рискованную шутку старшей. И все-таки почувствовала себя комфортней, когда дети, отдав должное пирогу, вылезли наконец из-за стола.

- Так почему вы не уехали на ревизию с остальными? - спросила она Снэйка, когда Линн вышла на кухню со стопкой грязных тарелок и огромных размеров чайником.

- Дело в том, что я механик, а не пастух, - ответил он. - Не такой я дурак, чтобы скакать на спине дикого животного.

- Снэйк - механик фермы в Даунсе, - объяснила вернувшаяся Линн, наполняя чашку Джины. - Он просто помогает здесь, пока Пэриш не найдет кого-нибудь на постоянную работу.

- А-а. - Джина, привыкшая к итальянскому кофе, с опаской изучала содержимое своей чашки. Чай был настолько черным, что казался густым. Запах вроде был ничего, но на вкус, вероятно, он сродни дегтю. И только воспоминание о здешнем молоке удержало ее от просьбы заменить чай чем-нибудь другим. - На всех фермах здесь постоянные механики? - опять спросила она, не решаясь попробовать напиток.

- На большинстве, - ответил Снэйк. - Рискованно, во избежание падежа, держать скот без воды. Поэтому есть насосы в усадьбе, генератор на станции и прочие средства... чтобы быть наготове.

- Понятно. А кто же следит за всем этим в Даунсе, пока вы здесь?

- Я оставил там ученика, который через несколько месяцев получит диплом, я думаю, он справится.

Джина кивнула, потом храбро отхлебнула из чашки, проглотила и потянулась к сахарнице. Вскоре Джина была полностью просвещена.

Она узнала, например, что Данфорд-Даунс считался среди владельцев скота образцом, что там персонал из восьми человек, включая хозяина, нового менеджера станции, его жену и трех рингеров, нанятых на время ревизии. Что, когда ревизия закончится, Пэришу придется искать постоянных работников для Мелагры, потому что сейчас все работают здесь временно.

- А как вы с Расти? - спросила Джина. Останетесь?

- Выбор небольшой, - улыбнулась Линн. - Сейчас Расти волнуют планы Пэриша насчет Мелагры. Вообще-то до сих пор мы оставались на одном месте всего несколько сезонов, так что пока всё это догадки и предположения.

Джина в душе пожалела женщину, вынужденную менять местожительство исключительно по прихоти мужчины, и особенно ее детей, лишенных постоянной крыши над головой и живущих в условиях коммуны. Она очень хорошо знала, как это трудно. Впрочем, у детей Хар-рингтонов была мать, доступная им все двадцать четыре часа в сутки, и отец, который, исключая дни ревизии, каждый вечер приходил домой.

Вскоре опять с шумом появились дети. Билли завопил, и кто-то из детей предложил ему заткнуться - в общем, все как всегда. Снэйк поблагодарил Линн за обед и объявил, что пойдет домой немного отдохнуть. Джина тоже не против была бы уйти, но, в отличие от Снэйка, совесть не позволила ей оставить усталую хозяйку наедине с грязной посудой.

Линн пошла укладывать троих младших спать, а Джина попробовала подлизаться к двум старшим, чтобы они помогли вымыть посуду. Но любой профсоюз мог бы гордиться такой сплоченностью - они заявили, что домашней работе нет конца, и продолжили спор о каком-то телевизионном шоу, которое собирались посмотреть.

- Извините, но ма всегда говорит, что на первом месте уроки, - заявила младшая из двоих.

- Ага, - поддакнула вторая, - хорошее образование - платформа будущего.

Верно, конечно, но не споткнитесь на этом, девочки, подумала Джина, когда девчонки выбежали из комнаты. Она никогда не была сторонницей того, что дети должны брать на себя обязанности родителей или что девушек нужно готовить исключительно для домашней жизни, но девочки Харрингтонов показались ей особенно черствыми к матери, у которой была такая трудная жизнь. Несмотря на остатки былой красоты, Линн выглядела очень изможденной. Джине это было знакомо - такой же была ее мать.

Она погрузила руки в мыльную воду и с тоской вспомнила посудомоечную машину на своей кухне.

Вскоре ее и появившуюся Линн испугал хриплый мужской голос.

- Я приму! Я приму! - заспешила Линн к небольшому столику в углу комнаты, где располагалась радиостанция. Схватив трубку, она радостно защебетала, и не нужно было быть гением, чтобы понять: вызывает Расти. Предоставив ей поговорить без свидетелей, хотя громкий голос Линн и не предполагал никаких тайн, Джина вернулась к мытью посуды.

Впрочем, ей не удалось полностью отключиться от переговоров, что обнаружилось при упоминании имени Пэриша, Она бесстыдно напрягала слух, чтобы услышать, о чем говорит Расти, но из-за шумов в эфире слова его еле доносились. Работает Пэриш так, будто завтра не будет и все нужно было кончить еще вчера!

Линн засмеялась:

- Много проблем с ним, а, родной?

- С ним проблемы даже у его лошади!

Джина тут же представила себе Пэриша верхом на коне, в шляпе, низко надвинутой на глаза, с блестевшей на солнце, словно смазанной маслом, мускулатурой.

- Идиотка! - проворчала она, зацепив краем блюда за раковину и чуть не разбив его. Это же ревизия, черт возьми, а не картинка в журнале! Вряд ли он ездит там без рубашки! Не говоря уж о том, что если его тело и блестит, то от пота! А она ненавидит потных мужчин!

- Джина!

Она вздрогнула, услышав свое имя, и обернулась к Линн: -Что?