Бродяга (СИ) - Вербовой Александр "Sodin" - Страница 7

Арма и Грата как раз и занесло в Релаум, благодаря одному из недавних указов, направленных на истребление упырей. Король повелел за каждого убитого упыря выплачивать в награду золотой. Пять монет совсем не маленькая сумма. В доказательство требовалось предоставлять зубы упыря.

Охотников за наградой в Релаум набежало больше, чем в нем побывало людей со времен сотворения мира, но живыми сумело выбраться едва ли половина. Очень скоро желающих "легко" подзаработать не стало вовсе. Арм и Грат прибыли в числе первых.

Встретившись на Великой войне малых империй, они вместе побывали в множестве переделок, вместе с Вольным Легионом прошли шесть боевых походов. Конечно же услышав о "Зубастом указе", друзья отправились за легким заработком - упыриными зубами. Одними из первых добравшись до Релаума, они вдвоем отправились в лес. А самое удивительное, что спустя неделю, они выбрались из него живыми. Точнее едва живыми, но зато с двумя десятками упыриных клыков!

Среди релаумцев они стали настоящей легендой. Но подобный "легкий" заработок бывшим легионерам не понравился. Грат провалялся две недели в койке из-за двух рваных ран. Одна на боку, вторая на шее. А вот вольная жизнь релаумских фермеров им понравилась. Они устроились охранниками харчевни к Нумару, чему тот был жутко рад. Еще бы - и охрана отличная, и реклама неплохая.

Арма и Грата за их безумный вояж по Релауму местные очень уважали, а Серым они просто восхищались. Хотя жизнь это ему не очень-то облегчало. Релаумский фермер ни за что не даст попрошайке даже корки хлеба, если тот способен сам её заработать. А не способные заработать до Релаума просто не добирались. Живыми.

Зато даже вся королевская гвардия не смогла бы добраться до Серого при всем её желании. Такового, правда, пока не наблюдалось.

Пикасто было не рабовладельческим королевством. При этом, не желая портить отношения с соседом, оно возвращало в королевство Канава беглых рабов. Тех, которые попадались. Релаумцы не выдавали беглецов, поэтому сюда пробирались беглые рабы с приграничных канавских рудников и каменоломен. Правда, чтобы выбрать между рабством и соседством упырей последнее, нужно было очень любить свободу.

Про все эти тонкости Серый еще не знал. Он видел, что его считают беглым рабом. И несмотря на все восторги, ему приходится вытирать столы, мыть полы и помогать разносить заказы официанткам по вечерам. Одно для Серого было ясно: лучше слыть заурядным, но свободным человеком, чем популярным беглым рабом.

*

Недавно Серый познакомился с местным бродячим артистом по имени Итол, который остановился на лето в соседней деревеньке и называл себя странствующий бард. Родом он был из Аурали - славной столицы королевства Трим. А в Релаум Итол пришел набирался местного колорита для написания новых песен. Серый быстро сдружился с этим веселым и еще довольно молодым парнем. Несмотря на молодость, Итол успел повидать жизнь, а также получить неплохое образование.

Серый попросил своего нового друга обучить его языку тримлян. Якобы чтобы лучше понимать баллады древнего Аурали в исполнении барда. Возможно, Итол догадался, что Серым движет не только тяга к искусству, но виду не подал. Вскоре Серый мог говорить как по исорски, так и на тримском бросте. Исорский был официальным языком королевства Пикасто и нескольких соседних мелких государств, что открывало большой выбор для создания себе легенды.

Работать Серому приходилось наравне со всеми, поэтому спал он в два захода: перед рассветом и после обеда. Днем посетителей было мало. Купцы использовали весь световой день для как можно более дальнего перехода.

Жил он в маленькой коморке вместе с мальчишкой на побегушках по имени Свит. Такие же, как во всей харчевне, стены из огромных бревен, кое-где утыканные клочками мха, составляли самую примечательную её часть. Узкое, больше смахивающее на бойницу, оконце в стене над кроватью Свита давало совсем мало света. Лежаки упирались в толстую дверь и представляли собой две кучи соломы, накрытые дерюгами, из похожего на мешковину материала. Все было чистым, однако имело далеко не эстетичный вид.

Немного оправившись от упыриных укусов, Серый втянулся в жизнь харчевни и стал её полноправным обитателем. Теперь ему был не страшен ни королевский гнев, ни местная шпана.

Серый об этом не догадывался, хотя и чувствовал особое к себе отношение. Его мучила неопределенность, из-за того, что он никак не мог разобраться, как к нему относятся релаумцы. Всё-таки сказывался языковой барьер. Одно было очевидно - большинство местных считает его беглым рабом.

Приятного в таком положении, конечно же, мало. Все мысли Серого были сосредоточены на том, чтобы придумать правдоподобную историю своего появления в Релауме. Это должно было укрепить положение Серого в местной общине, немного узаконив его статус или хотя бы сделав его менее рискованным. Выдуманная им история получилась мало романтичной, но зато довольно правдоподобной с точки зрения Серого. Оставалось рассказать её так, чтобы ему поверили.

*

Симоканнские погонщики мулов кутили всю прошлую ночь до утра. Их огромный караван полностью занял харчевню. Некоторым одиночным путникам пришлось довольствоваться соломой во дворе под охраной частокола. В зале не осталось ни одного свободного стола. Вино лилось рекой, закускам не было числа. Вся обслуга харчевни бегала до рассвета как угорелая.

Проснувшись ещё до полдня, Серый понял, что как всегда дико не выспался. Зевая и потягиваясь, он пытался размять затекшие руки и ноги. Спать и раньше часто приходилось прямо на лавке в обеденном зале, потому что добраться до своей коморки наверху просто не хватало ни сил, ни желания. А этой ночью, даже их со Свитом скромное жильё, отдали постояльцам. Выходит, что подниматься было теперь и некуда.

Оглянувшись по сторонам, Серый с грустью понял, что уборка предстоит нешуточная. Впрочем, как всегда. Более расторопный Свит уже суетился между столами, сметая с них объедки. Взяв веник, Серый принялся подметать пол.

Его по-прежнему удивляло, откуда у контрабандистов силы, на такие безумные гулянки? Ведь до этого они весь день шли в жару по опасной Релаумской дороге, а впереди их ждал ещё один изнурительный дневной переход. Он сам, не выпив даже капли спиртного, по утрам еле держался на ногах.

Приведя в порядок зал, Серый со Свитом пошли на кухню, в надежде перекусить. А заодно узнать для виду, конечно же, не нужна ли там помощь. Запах копченой зайчатины сводил с ума их голодные желудки. Однако светила им, максимум, каша. В дверях они столкнулись с Нумаром.

- Куда это вы направляетесь, бездельники? Что вы забыли на кухне? - недовольно пробурчал заспанный хозяин харчевни.

- Ну, может помочь чем надо... - протянул Свит.

- И перекусить не помешало бы, - добавил Серый, старательно изображая наивность.

- А кто зал убирать... - тут Нумар увидел, блестящие влагой, чистые столы с аккуратно придвинутыми к ним стульями. - Да, ребята... Видно вы действительно очень проголодались. Идите быстро поешьте и назад. Серый, я вижу, ты здорово навострился говорить по исорски. Есть просишь шибче Свита. Пора бы уже тебе нам поведать, откуда ты и как смог в одиночку добраться до моей харчевни. Кое-кто уже скоро взорвётся от любопытства. Это я не про себя.

- Прямо сейчас? - спросил Серый, разочаровано глядя вслед побежавшему на кухню Свиту.

- Поешь и сразу ко мне за стойку.

- Ага, - ответил Серый уже на бегу.

Свит, прислонившись к стене, уплетал свою порцию каши. Серый направился к Ламе, потому что никого другого на кухне видно не было.

- Привет! Как насчет того, чтобы накормить умирающего от голода человека копченой зайчатиной?

- А как насчет того, чтобы заплатить? - ответила Лама, изобразив коварную улыбку.

- Если бы он мог заплатить, то не умирал бы от голода, - усмехнулся Свит, слизывая с ложки остатки каши.

- С оплатой действительно беда. Видимо, придется есть кашу.