Бродяга (СИ) - Вербовой Александр "Sodin" - Страница 26

* * *

На ужин был суп с то ли мясом, то ли рыбой и каша. А ещё кончилась вода. Торт послал Леда к старшему.

- Воду наливаю перед завтраком и после обеда. В следующий раз я могу быть не в бараке и будешь потом на меня злиться за свою же безалаберность. - пробурчал Гартей.

- У тебя какие планы? - спросил Лед, вернувшись к Торту. 

- В бани я иду сегодня. Можешь пройтись со мной, покажу по дороге где что. Тебе то на бани ещё заработать надо. За других у нас платить нет возможности. 

- Торт, ты про арену говорил. Что там можно срыв отстрочить.

- Есть такое. Там для всего барака пропуск вахты можно выиграть. Но арена - мутное место. Бойцы там друг у друга отсрочки выигрывают. Проигравший получает срыв победителя и свой никуда не девается. Рисковое место. Если что, вон тот здоровый мужик тебе нужен. Арм его зовут. - Лед даже вздрогнул, вспомнив беззаботные, как сейчас казалось, денёчки в корчме. - Он чемпион сейчас нашего барака, он все расскажет. Точнее не все, но больше чем я. Аренщики никогда не рассказывают всё что знают и не показывают. И внимательно слушай, что тебе про арену скажет храмовник. Было пару случаев, что новички чуть ли не плакали потом и выли, почему они слова монаха мимо ушей пропустили. Я тебе в этой сфере не помощник, я даже зрителем на арену не ходил. Так что будь очень осторожным, арена после вахт самое паршивое место. А для кого и попаршивее бывает, пожалуй. 

* * *

- Что, решил словить за хвост змею гладиаторской удачи, сынок? - такими словами встретил его Арм. 

- Узнать то стоит я так думаю?

- За поспрошать тут никто денег не берёт, - улыбнулся Арм. - Как меня зовут уже знаешь? Торт меньше, чем надо никогда не скажет, скорее уж сверху десяток горстей насыплет. Тебя то как зовут? - спросил он после кивка Леда.

- Лед.

- Чем биться приходилось?

Лед задумался. Стоило ли говорить про арбалет? Вроде и падать дальше некуда, но и пользы ему от этой информации ноль. На арене арбалетами тут вряд ли рубятся.

- Дубиной биться раз приходилось.

Лицо Арма приобрело крайне озадаченное выражение. А потом он заржал. 

- Ну ты, ну ты дал! Один раз! Дубинами. Ух, давно так не ржал, - Арм утирал кулаками выступившие слёзы. - И ты вот так решил на арену?

Хорошо, что барак успел опустеть, только на редких койках лежали спящие старатели. 

- Ну а что? Если подожду, то опыта прирастёт?

- Тут? Тут навряд. 

- На кулаках ещё бился много. - Леду стало обидно за столь жалкий свой боевой опыт. На бокс то он три года проходил. 

- Кулачный бой тоже дело, но на арене без оружия не сражаются. Разве что выбьют из рук. Скажу я тебе парень вот что: арена дело опасное. Потому что много там способов отгрести лишний срыв или даже на ожог к монахам загреметь. Очень ты рискуешь, особенно с таким боевым опытом, - усмехнулся Арм. - Подумай как следует. Нашим гладиаторам то свежие бойцы в радость, да и бараку польза, если из тебя толк выйдет. Но все срывы за проигрыши ты лично на своей шкуре прочувствуешь. Это не шутка, тебе новичку не понять. Но я предупредить обязан. Но и главный приз хорош - шанс не сдохнуть здесь, а стать храмовником. Избранным воином Атката. Другого шанса и нет.

- Что за шанс? - загорелся Лед.

- Стать абсолютным чемпионом крепости, воспитать за год бойца, который победит тебя в бою и получить подтверждение от Атката, что бой был честный. 

- Как-то неясностей много.

- Ну так тебе и рано о таком даже задумываться. Тебе если срыв отодвинешь, а не лишний добавишь - уже удача. Так что решай, а про чемпионство и прочее тебе нескоро рассказывать и уже не я скорее всего буду.

- Попробую. А то покорно срыва ждать как-то тоскливо.

- Наш человек, - широко улыбнулся Арм. Среди знакомых старателей он был жизнерадостнее всех, включая Торта. Это само по себе было рекламой арены. - Может и будет из тебя толк.

- И что мне теперь делать?

- Слушай, - осклабился неунывающий чемпион двадцать седьмого барака.

* * *

Участвуя в боях на арене, гладиаторы ставили на кон свою очередь на срыв. Проигравший получал очередной срыв от победителя и свой тоже у него оставался. Победитель свой срыв соответственно пропускал. А ещё получал золотой. Такие бои проводились среди гладиаторов одного барака. Чтобы стать чемпионом барака, надо победить всех гладиаторов этого барака подряд, без поражений, а потом ещё и теперешнего чемпиона барака. Новичок мог сам себе выбирать соперника, пока не потерпит поражения. После этого либо другие гладиаторы, имеющие право выбора назначали бои с ним, либо бой назначался по решению храмовников. Если ты уже потерпел поражение от вызвавшего тебя гладиатора и после этого не получил ни одной победы, то ты мог отказаться от вызова. От боя назначенного храмовниками отказаться нельзя. Гладиаторские поединки были основным развлечением для скучающих последователей бога Атката и способом заработать на тотализаторе, а неограниченные возможности исцеления и бездны дармовой энергии легко сохраняли старателей для главной задачи. Если гладиатор побеждал десять раз подряд, то он мог снова выбирать себе соперников сам. Но при такой победной серии он наверняка уже станет чемпионом барака. А там начинались совсем другие поединки, правила которых Арм не стал рассказывать, так как пока это лишнее.

На арене сражались настоящим оружием и это была главная опасность. И восе не потому, что тебя могли убить. Главная опасность, что убить мог ты. Это приравнивалось к побегу и даже хуже. За убийство ты получал три очереди убитого на срыв и ожог в пыточной храмовников. Худшего наказания в крепости не было. Точнее было, но за повторное убийство или побег. Большинство старателей прошедших вахты и срывы видели в смерти избавление и при возможности использовали шанс и могли подставиться под удар преднамерено. За боем с самого момента выдачи боевого оружия следила группа жрецов и лечила бойцов после боя. А так как Аткат - бог исцеления, то смерть наступала если срубить или расколоть голову, а также если серьёзно повредить спину. Храмовники были начеку и даже повреждение сердца, например, легко лечилось и не считалось опасным. Именно для того, чтобы избежать подобного гладиаторы сражались в шлемах с кольчужной защитой шеи и плечь. Из одежды были штаны и сандали. Ничего другого не полагалось. Так же за попытку самоубийства подобным способом начислялось поражение с двойной очередью срывов и ожогом в пыточной. Именно новичкам следовало быть особо осторожным, так как опытный воин мог подставиться под смертельный удар даже с такой защитой и отправится на вечный покой.

- Теперь идём к храмовнику, он примет тебя в гладиаторы. По дороге можешь задать вопросы. Идём. - И Арм вышел из барака.

- А сражаться можно каждый день?

- Пока имеешь право выбора, то раз в пять дней, а потом уже за тебя решають другие.

- Как думаешь, у меня вообще есть шансы?

- То, что ты сразу пошёл в гладиаторы, а не через месяц или через год это тебе в плюс. Физическую подготовку не растеряешь.

- А что, тут она падает сама?

- Ты помнишь как на галерах себя чувствовал?

- Руки и спина болели дико. Есть хотелось, хоть и кормили лучше чем до того.

- Толпа задохликов трое суток беспрерывно гребла только с небольшими перерывами на сон и еду и не сдохла в первые же пару часов. Почему?