Слезы наяды (СИ) - Старкина Виктория - Страница 8

Сестра, к ее удивлению, удовлетворив свое любопытство, стала гораздо спокойнее относиться к запрету и не особенно стремилась подняться наверх еще раз. Она выглядела счастливой и повеселевшей, радостно обсуждала увиденное, но не спорила с Карой и не заговаривала о повторном посещении вечеринки.

Однако, месяц спустя, когда Кара только-только начала забывать о своих переживаниях, сделавших ее еще более задумчивой и погруженной в себя, чем обычно, она нашла Луни в ее комнате крайне взволнованную.

— Что случилось? — с беспокойством спросила она, — Ты заболела?

Луни покачала головой.

— Со мной все в порядке.

— Я же вижу, кого ты хочешь обмануть! Я знаю тебе с самого рождения. Рассказывай, это опять из-за людей? Ты снова поднималась на поверхность?

Сестра кивнула, она явно колебалась, раздумывая, стоит ли рассказывать.

— Меня просили не говорить, — неуверенно сказала она. — Но я боюсь, как бы не произошло непоправимое, а ты наверняка сможешь что-нибудь придумать! Ты же принцесса, и ты же умная!

— В чем дело? — Кара начала терять терпение.

— Это все Лоролея… Она… я даже не знаю, как тебе сказать об этом… В общем, кажется, она влюбилась! Да что там, кажется! Она совершенно потеряла голову…

— И влюбилась она не в Гория?

Горий был тритоном, который считался официальным женихом Лоролеи, их обручение планировалось следующей весной.

— Нет. В того танцора, который был на той вечеринке, помнишь? Они разговаривали с нами, он и его друзья. Ну такой, с длинными волосами!

Кара нахмурила брови, только этого не хватало! Лоролея всегда была совершенно необузданной и безрассудной, законы и порядки племени ничего не значили для нее! Если кто и может наделать глупостей — то именно она!

— Они виделись после той вечеринки?

— Да, много раз… — Луни смущенно покраснела, — В основном просто на берегу, но иногда ходили в какие-то прибрежные кафе… Ну знаешь, это место, где люди едят. Катались на лодке.

— Что-то еще? Есть что-то еще, о чем ты не договариваешь?

— Я не знаю. Вряд ли. Но я боюсь, что все это может далеко зайти. Ты же знаешь Лоролею. Вчера она сказала, что чем жить без него уж лучше умереть в пещере спрутов…

Кара вздохнула. Лоролея уж если что решила, готова была идти до конца. Остановить ее вряд и получится. Но, если еще не поздно, можно попробовать сказать деду. Они могут отправить непокорную наяду под домашний арест, тогда она не сможет видеться с человеком. Или… есть и другой способ! Каре не хотелось впутывать сюда деда, ведь тогда придется рассказать, что они все были на берегу! А если еще и упомянуть про школу наяд — его гнев трудно себе даже вообразить! И тогда точно пострадает Зоа. Но что если поговорить с этим танцором? Попросить его оставить Лоролею? Например, сказать, что она обручена? Да заплатить ему в конце концов! В сундуке, стоявшем в комнате Кары, хранились древние сокровища с затонувших кораблей. Пары-тройки золотых блюд, и гигантского изумруда должно хватить, чтобы сердце танцора сделалось нечувствительным к чарам прекрасной наяды! Тем более, отношения между ними все равно невозможны. Кара хорошо знала об алчности людей, несомненно, он не откажется от столь богатого подарка. А возможно сразу же покинет острова и отправится в большой город, удаленный от моря, как только разбогатеет!

— Он живет в деревне?

Луни кивнула.

— Хорошо, я должна буду найти его и поговорить.

— Можно мне с тобой? — в ее глазах вспыхнула мольба. — Смотри, я же ни с кем больше не встречалась, не поднималась на берег одна, я тебя слушалась! И признаться, мне совершенно не понравились эти парни. Я просто хочу попробовать прокатиться на машине, ну, пожалуйста!

— Хорошо, — неохотно согласилась Кара. — Ты пойдешь со мной. Но — никаких машин. И никуда от меня не отходи! Мы поднимемся на берег у дальних утесов, там высушим одежду, чтобы не являться в деревню снова мокрыми, а потом найдем этого танцора и поговорим с ним. Как его зовут?

— Костас. Константин.

Кара задумчиво кивнула, она надеялась, что их план сработает, что еще не слишком поздно!

На следующий день они вместе с Луни вышли на берег у дальних камней, высушили одежду, пригладили волосы, чтобы выглядеть как обычные земные девушки, и направились в сторону деревни. На них снова были джинсы, полупрозрачные туники и туфли на высоком каблуке.

— Как же неудобно идти, когда ноги увязают в песке! Никто не ходит на каблуках по берегу, кроме нас, — заметила Луни.

И Кара не могла с ней не согласиться. Они потратили почти час, прежде чем наконец добрались до деревни. Небольшие рыбацкие домики, разноцветные, деревянные, с длинными узкими ставнями красиво вписывались в береговой пейзаж, некоторые, прилепившись к скалам — поднимались выше, наверное, оттуда чудесно смотреть на море, открывается замечательный вид. Но вряд ли удобно все время подниматься и спускаться, вверх-вниз!

Девушки растерянно огляделись, стоя среди деревянных рыбацких хижин. В прошлый раз Кара проехала мимо них на мотоцикле, ей показалось, что домов было намного меньше, но сейчас — деревня оказалась не такой уж маленькой! Как им следует общаться с этими людьми? И где найти Костаса?

— Думаю, надо разыскать Андрея, — вздохнула Кара. — Без него я боюсь идти к людям. Мне кажется, они опасны для нас. Я им не доверяю.

— Андрей понравился тебе? — с любопытством спросила Луни, — Не отрицай, я же вижу!

Кара растерянно пожала плечами.

— Мне кажется, он неплохой человек. И он пытался помочь мне.

— И он очень симпатичный юноша, — Луни лукаво улыбнулась. — И не говори, что ты этого не заметила! У него приятное лицо, красивые глаза, разве же нет?

Кара чуть раздраженно мотнула головой и направилась в сторону причала, где несколько загорелых рыбаков, в одних только холщевых штанах руками, покрытыми татуировками, распутывали сеть перед выходом в море.

— Здравствуйте, — Кара остановилась рядом с ними, — Не подскажете, где нам найти Андрея?

Один из рыбаков поднял голову, потом оглядел девушек и весело рассмеялся.

— Видели? — спросил он остальных, — Какие хорошенькие девушки разыскивают сторожевого? Я говорил, нельзя было выбирать его!

— Он там, — кивнул второй в сторону белого тента, натянутого в дальнем конце у края бухты. — и снова, отвернувшись, погрузился в свою нехитрую работу.

Кара поблагодарила их и поторопилась к этому полотняному шатру, как вдруг Луни вскрикнула, словно подвернув ногу.

— Ты в порядке?

— Кажется, нет… Не могу идти, очень больно! Давай я посижу на этом парапете, подожду тебя? Ты же недолго?

— Нет, разумеется. Идем! — она помогла хромающей сестре усесться на каменный парапет, с беспокойством оставила ее, взяв слово никуда не уходить и ни с кем не разговаривать. Но Луни так занята была своей ногой, что даже не услышала ее слов, — она потирала хвост в том месте, где у людей находится щиколотка сосредоточенно и встревожено.

— Кажется, треснул плавник, — растерянно пробормотала она.

Кара торопливо пошла к тенту. Она откинула полог, и осторожно вошла внутрь.

— Можно? — спросила она.

Андрей сидел на небольшом коврике, по-турецки скрестив ноги, и штопал сеть. Он удивленно поднял голову, а увидев Кару замер от неожиданности, и вскрикнул — воткнув иглу в палец.

— Вот невезение! — воскликнул он, вскакивая, — Но ты все-таки пришла! Прошел уже месяц…

Кара почувствовала, что ей вдруг стало трудно дышать от волнения. Ей казалось, что это так просто: прийти, поздороваться, спросить, где найти Костаса и уйти, но все оказалось куда сложнее: она продолжала стоять, не в силах произнести ни слова.

— Я тоже рад тебя видеть, — он улыбнулся и нарушил молчание.

— Я не собиралась приходить, — Кара уже справилась с собой и постаралась говорить спокойно. — Но мне нужна помощь. Ты знаешь Костаса, танцора?

— А в чем дело? — Андрей нахмурился, и лицо его вдруг стало серьезным. — Он обидел тебя?