Слезы наяды (СИ) - Старкина Виктория - Страница 12

— Не стоит, — Кара осталась серьезной, не ответив на его улыбку, — Мне правда надо идти.

— Моя яхта простоит в порту еще около двух недель, будет желание — приходи, буду рад! Могу взять тебя на прогулку — открытое море скрывает много интересного, больше, чем ты можешь вообразить!

— Что ты об этом знаешь! — снисходительно подумала Кара, а вслух ответила:

— Спасибо, может быть.

Внезапно он сжал ее руку.

— А если я не захочу тебя отпускать? Если не спущу шлюпку сейчас, что ты сделаешь? — спросил он, снова пристально ей в глаза. В его взгляде не было угрозы, скорее какое-то приглашение, заставившее ее вдруг смутиться и опустить голову. Так нельзя, наяда не должна поддаваться соблазнам, раз уж ее занесло на берег. Нужно оставаться собой — принцессой Карой из морских глубин. А этот красавчик легко найдет себе девушку в городе, сомневаться не приходилось!

— Я спрыгну в воду и поплыву, — спокойно ответила она, — А возможно — утоплю вашу яхту.

— И как ты рассчитываешь это сделать?

— С помощью кракена, разумеется!

Он рассмеялся и выпустил ее ладонь. Кара стремительно побежала вверх по ступенькам, но тут же подвернула резиновую ногу и рухнула вниз, и Ник буквально поймал ее, подхватив на руки.

— Теперь уже точно не отпущу, — засмеялся он. — Надеюсь, ты не пострадала?

— Если только моя гордость, — мрачно ответила девушка. — Поставьте меня на пол, пожалуйста, я смогу подняться сама.

Он осторожно отпустил ее, Кара, уже медленнее, со второй попытки, выбралась на палубу.

— Такие каблуки не приспособлены для катания на кораблях, — крикнула она, уже спускаясь в шлюпку.

— Как и для прогулки по пляжу! В следующий раз — приходи босиком!

— Непременно! — ответила Кара, и в ее голосе он уловил сарказм, но истолковал это, как ответ на его возможно, слишком смелое предложение. Вероятно, девушка была из семьи, придерживающейся строгих правил, как и его родная семья когда-то. Иначе, она вряд ли бы отказалась от шампанского и прогулки в обществе одинокого молодого богача. Николас привык, что девушки буквально преследовали его и уж точно никогда не отказывали, поэтому поведение этой странной, удивительно красивой островитянки-дикарки озадачило его. Возможно, она и правда хранит верность своему рыбаку, или кого она там нашла на этом острове! И потому, когда девушка уже скрылась из виду, ее образ по-прежнему оставался в его памяти, особенно странные глаза, холодные и глубокие, как море, которое он так любил с детства.

Андрей ждал ее на берегу, очевидно, он уже начинал волноваться — Кара никогда не опаздывала. Он не признавался в этом даже себе, и уж тем более лишь неопределенно хмыкал в ответ на предостережения старших, но он слишком привязался к этой девушке, слишком — для сторожевого. Он не имел права на привязанности, но когда думал о Каре — на душе становилось светлее. Если бы он только имел право создать семью, быть таким, как другие мужчины! Он не искал бы другой спутницы. И все-таки, с ней ему было проще, чем с другими женщинами. Те, обращая внимание на молодого привлекательного юношу, зная, о запрете, с которым он жил, почему-то стремились не помочь ему соблюдать законы, но напротив делали все возможное, искушая его, вынуждая преступить черту. Но Андрей хорошо понимал, что эти же женщины впоследствии осудили бы его, как не простили бы и старейшины общины. И возможно, как не простил бы и деревянный бог, заточенный в небольшой статуэтке. Кара была не такой — она никогда не стремилась, как бы ненароком, к нему прикоснуться, не заглядывала в глаза, не садилась поближе, даже не целовала при встрече в щеку. Она была сдержанной, холодной, безразличной, и если ее душе и ведомы страсти и эмоции, девушка никогда не открывала завесы, их прячущей. Единственный раз, когда она сняла свою маску — во время их первой встречи, она не знала, как найти сестер в большом городе и казалась взволнованной, растерянной и беззащитной в этой своей мокрой одежде. Поэтому он и решил ей помочь. Но сейчас все стало другим, они слишком много времени провели вместе, и сейчас, если бы он спросил себя, безразлична ли ему Кара, наверное, не смог бы ответить утвердительно. Потому он и не спрашивал.

Она появилась позже на целых полчаса, приветливо помахала и извинилась.

— Что-то случилось? Я уже волновался, что ты не приедешь!

— Все в порядке, — беспечно ответила она. — Меня пригласили посмотреть яхту. Ты видел ее — «Диаманта»? Она очень красива!

Андрей нахмурился, что это еще значит?

— Ты ходила на яхту Ника Канариса? — спросил он, и его голос звучал почти строго.

— Да, а что? — удивилась Кара. — Мне всегда было интересно посмотреть, как там, на больших кораблях!

Андрей пожал плечами.

— Он очень богатый человек, еще молодой, кроме того, о его поведении говорят разное. Он ищет развлечений, ему нравятся красивые девушки, вроде тебя, но это не лучшая компания. Вряд ли ты вынесешь из подобной дружбы что-нибудь, кроме боли и обид. Просто говорю, чтобы ты знала.

— Не стоит беспокоиться, я не так наивна, как ты думаешь, — бросила Кара чуть раздраженно, почему его слова так ее задели? Потому что он сказал правду, или потому что ей на миг показалось, что Андрей ревнует и боится потерять ее?

— Он приставал к тебе? — просто спросил Андрей, и Кара покраснела.

— Вовсе даже нет, — ответила она.

— И что вы делали?

— Почему ты спрашиваешь? Мне начинает казаться, что ты и мой сторожевой тоже! Но я — не деревянный божок, и могу за себя постоять!

Кара повернулась и пошла по деревянному настилу в сторону моря. С какой стати с ней, принцессой, внучкой тритона Тирса, так разговаривает этот несносный рыбак!

Андрей догнал ее уже у самого края, неожиданно легко обнял за плечи и повернул к себе.

— Кара, дорогая, прости меня! Не сердись! Я волнуюсь за тебя, ты мне как сестра! Ты же волнуешься за сестру, не так ли?

Это его «ты мне как сестра» задело ее сильнее, чем ненужные ревность и недоверие. Кара сбросила его руку, дернув плечом.

— Пожалуйста, лучше молчи, — попросила она, — ты все только портишь, когда говоришь!

Он улыбнулся, безнадежно пожимая плечами, и она улыбнулась в ответ. И в это время бухта озарилась светом ярких огоньков, как если бы с небо на поверхность воды упали десятки звезд. Это вошла в гавань и пришвартовалась к причалу расцвеченная всеми цветами радуги «Диаманта». На борту играла музыка, танцевали какие-то люди. Очевидно, хозяин яхты решил устроить веселую вечеринку. Кара улыбнулась — хорошо, что она ушла. Здесь с Андреем она ощущала себя в безопасности, даже вдали от соленой морской воды.

Глава четвертая. В пещере кракена

Кара спокойно лежала в гамаке, сплетенном из водорослей, и смотрела на солнечные лучи, танцевавшие по поверхности воды. Они были такими красивыми, эти блики, словно постоянно движущаяся золотая сеточка! Как же прекрасно и спокойно в своем мире! Ей совсем не нравилось находиться среди людей, там все чужое, незнакомое, дуют сухие ветра, иногда поднимаются песчаные бури, если бы не их дружба с Андреем, она и вовсе не выходила бы на поверхность! Хорошо хоть сестры, кажется, начали терять интерес к городской жизни!

Внезапно кто-то легонько потряс гамак, Кара свесилась вниз, и увидела Луни, сестра сидела на дне, делая призывные жесты, она выглядела взволнованной и растерянной, и хорошее настроение Кары улетучилось в одно мгновение. Интересно, все старшие сестры так волнуются из-за младших, или это только она такая одна? Лоролее, кажется, и вовсе все равно!

— Что случилось? — Кара опустилась на большую раковину рядом с сестрой, обнимая ее за плечи, и погладила одним из хвостов по плавнику.

Луни подняла на нее глаза. Под водой слезы нельзя увидеть, но Кара поняла, что сестра только что плакала.

— Я даже не знаю, как рассказать, это такая беда, такая беда, — только и повторяла Луни, и пришлось потратить добрую четверть часа, чтобы заставить ее все-таки рассказать, что за беда произошла.