Гитлер в Вене. Портрет диктатора в юности - Хаманн Бригитта - Страница 93

Провозгласив девиз «Прочь от Рима!», он призывал австрийских немцев переходить в протестантизм, и сам сменил конфессию в 1900 году. Франц Штайн, ученик Шёнерера, так объяснял политическую цель антикатолического движения: «Это делается для того, чтобы в грядущие десятилетия облегчить присоединение к Германской империи». Если немецкие австрийцы будут принадлежать к той же религиозной общине, что и пруссаки, «со стороны Пруссии не возникнет никаких опасений»[973].

Поначалу эту кампанию поддерживали германские союзы, например, «Общество Густава Адольфа», участвовавшее в строительстве новых евангелических церквей. За десять лет в Цислейтании построили 65 евангелических церквей и 10 молитвенных домов, организовали 108 новых проповеднических кафедр[974].

Шёнерер проводил одну кампанию за другой, нетерпимо и злобно нападая сначала на иезуитов, затем на исповедь: она-де оскорбляет стыдливость и женское достоинство, безнравственные вопросы тревожат и губят женщин и девушек[975]. «Унферфелынте Дойче Ворте» печатал едва ли не порнографические статьи о похождениях священников и монахов. Это шло вразрез с католическим менталитетом венцев и отпугивало потенциальных сторонников. Особенно когда журнал заявлял: «Нельзя отрицать того факта, что еврейская Библия не годится для религиозно-нравственного воспитания германцев, а основатель христианства, будучи сыном еврейки и потомком Давида и прочих, никак не является арийцем»[976].

Подобные высказывания отталкивали тех, кто перешёл в протестантизм по религиозным убеждениям. В 1900 году несколько венских лютеранских священников выступили против хулиганского движения[977]. Объявив переход в протестантизм обязательным условием для вступления в партию, Шёнерер подписал ей приговор.

Даже очень успешный и активно работающий «Немецкий школьный союз» перешёл в оппозицию. Он отказался не только поддерживать движение «Прочь от Рима!», но и ввести «арийский параграф», продолжая принимать в свои ряды в качестве учителей и учеников как евреев, так и католиков наравне с протестантами. Разгневанный Шёнерер отрёкся от «Немецкого школьного союза» и организовал собственный «Школьный союз для немцев», куда принимали только протестантов, однако успеха не добился.

В ответ на это покровителем «Католического школьного союза» стал наследник престола Франц Фердинанд, близкий к Христианско-социальной партии. Он заявил: «Прочь от Рима — значит прочь от Австрии!» Союз принимал в качестве учителей и учеников только католиков и находился под особой защитой венского бургомистра Люэгера. Под громкие аплодисменты венцев Люэгер ловко отмежевался от своего бывшего единомышленника Шёнерера: «Это не немцы, а политические паяцы». Шёнерер не остался в долгу и обозвал Люэгера «предводителем политических шутов и карьеристов» под «властью церковников»[978]. Но его уже никто не воспринимал всерьёз.

Шёнерер всё чаще выглядел комическим персонажем. Его новый лозунг «Возведём германский храм на страх папистам и жидам!» вызывал лишь насмешки, равно как и ежегодное паломничество к могиле Бисмарка во Фридрихсру в Саксонском лесу.

Гитлер-политик не раз повторял, что движение «Прочь от Рима!» было крупной политической ошибкой Шёнерера. Борьба с церковью лишила пангерманцев поддержки многих мелких и средних групп. Практический результат этого австрийского варианта «культуркампф» оказался равен нулю. Пангерманцы совершили эту ошибку, потому что не разбирались в психологии масс[979]. Их борьба против одной конкретной конфессии была тактическим промахом[980].

Однако во времена своей венской юности Гитлер, скорее всего, симпатизировал антиклерикальному движению куда сильнее, чем склонен был признавать впоследствии. Почти все свидетели упоминают его ненависть к католической церкви. В изложении Августа Кубичека его тогдашнее мнение звучало так: В любом случае эти всемирные церкви чужды душе народа, церковный культ непонятен простому человеку, равно как и церковный язык, всё там полно чуждой мистики. Князья могли удержать власть только при поддержке церкви, отсюда и выражение «божьей милостью», хотя на самом деле следовало бы сказать «милостью церкви». Церковь стремится установить своё господство над миром. И ещё: Освободить немецкий народ от этого ярма — одна из наших грядущих задач[981]. Утверждение вполне в стиле Шёнерера.

Райнхольд Ханиш рассказывает, что в 1909–1910 годах в мужском общежитии Гитлер критиковал католическую церковь за «враждебность немецкому духу». Он считал, что немцы могли бы стать единой нацией и достичь более высокого уровня культуры, если бы остались верны германской мифологии. Католицизм пролил больше крови, чем любая другая религия. Аноним из Брюнна вспоминает 1912 год: «Гитлер сказал, что больше всего вреда немецкому народу принесло принятие христианского смирения», поскольку оно вовсе не христианское, а «происходит от восточной лени». Карла Великого он вовсе не ценил, считая этого поборника христианской веры палачом немцев, который затормозил их развитие как минимум на полтора столетия. Не вмешайся Карл, и франки, и лангобарды говорили бы по-немецки. Всё это — типичные утверждения пангерманцев начала XX века.

Однако, по свидетельству анонима, молодой Гитлер с уважением относился к Лютеру: «Заслуги Мартина Лютера перед немецким народом велики, не только потому, что он дал ему новый язык, но в первую очередь потому, что он повёл его прочь от Рима к подлинному германскому духу». Ханиш утверждает, что Гитлер считал истинной религией немцев протестантизм и восхищался Лютером как величайшим немецким гением. А Карл Хониш вспоминает, что в 1913 году, Гитлер в общежитии больше всех ругал «красных и иезуитов».

Получается, Гитлер симпатизировал движению Шёнерера «Прочь от Рима!». Однако официально Гитлер так и не вышел из католичества. В роли политика ему не выгодно было упоминать об этих увлечениях своей юности. На обвинения подобного рода он всегда отвечал, что ни он, ни его отец движение «Прочь от Рима!» никогда не поддерживали[982].

Вскоре после того, как шёнерианцы наконец-то дали название своей партии — с 1901 года они стали «Пангерманской ассоциацией», — недовольство капризами непредсказуемого вождя прорвалось наружу. Движение «Прочь от Рима!» стало последней каплей. Карл Герман Вольф, самый популярный и талантливый товарищ Шёнерера по партии, хотя и перешёл в протестантизм, но категорически возражал против того, чтобы глубоко личное решение рассматривали в качестве условия членства в партии. Благодаря этой точке зрения, он сумел собрать вокруг себя внутрипартийную оппозицию.

Поздравительные адреса Шёнереру

На поверхность всплыли многие старые ссоры и разногласия в основополагающих вопросах. В отличие от Шёнерера, предававшегося оторванным от реальности фантазиям о великогерманском будущем, Вольф считал главной задачей каждодневную активную борьбу за права немцев в Цислейтании. В 1902 году Вольф отошёл от Шёнерера и основал Свободную пангерманскую, или Немецкую радикальную, партию. В Рейхсрате из двадцати одного депутата от пангерманцев четверо перешли на сторону Вольфа. Все пангерманские союзы, включая самые мелкие фехтовальные и гимнастические объединения, велосипедные клубы и танцевальные кружки, раскололись на «шёнерианцев» и «вольфианцев».