Последний осколок (СИ) - Сиалана Анастасия - Страница 62

На лице бывшего короля фениксов расцвела улыбка.

- Ты стал быстрее. Вот только свою природу тебе не побороть, - и улыбка стала слишком довольной.

Еще бы, ведь это доказывает, что он выгнал меня из клана не без причины. Я все еще ничтожество для него, выродок, что не достоин носить часть его имени. Глаза золотого феникса, пылающие торжеством, отчетливо все это мне говорили сквозь ревущее розовое пламя. Я снова горю. Еще немного, и буду пеплом у его ног. Пылью, что не достойна даже касаться его. Я знал все это, будто читал его мысли.

Я проиграл. Столько сил, времени и нервов потрачено на тренировки, на становления кем-то сильнее себя прошлого. Кем-то достойным титула принца, кем-то способным защитить свою семью и дорогих существ, и все впустую.

Я чувствовал нарастающий жар своего огня. Сейчас все кончится.

Удар в грудь! Меня выбросило из собственного пламени! Как такое, орки заруби, вообще возможно?! Я устоял с большим трудом и тут же уставился на очевидное невероятное. Мое пламя горело без меня, а тело не планировало осыпаться пеплом. Вместо меня в розовых всполохах стоял юноша. Фиолетовые длинные волосы хлестали его по лицу, норовя попасть в рот и застить глаза, но феникс ловко убрал их и связал шнурком. Именно феникс, поскольку мальчишка все еще не сгорел. Только очень сильные представители моего вида способны на подмену смерти. А учитывая, что я на своем жизненном пути таких не встречал, этот индивид очень силен. Он заменил меня собой. Теперь умрет он, а не я. Вот только вопрос, почему все еще не сгорел?

- Я выдержу два вара, - голос феникса бы уверенным и, на удивление, спокойным, - поторопись, - и он сосредоточился на своей силе, давая мне так необходимое время.

- Почему ты среди проклятых?

Полностью уделяю свое внимание отцу. Нельзя бездарно потратить эти два вара. Ведь мальчишке больно. Умирать всегда больно, но он все равно на это пошел. Знать бы почему?

- Я умер. Разве это не очевидно? – и снова снисходительная улыбка, будто ведет беседу с ребенком или слабоумным.

- Кто провел обряд? - это было важно. Настолько, что я рискнул отпущенным мне временем.

- Охотники, - теперь его лицо искривилось ненавистью и отвращением.

Да, убить нас окончательно можно лишь на алтаре, проведя обряд жертвоприношения Всенижнему. Властитель обители мучений и страданий получает душу, охотники трофеи.

- И как же ты к ним попал?

Удивление было искренним, так как мы уже давно знаем тропы в обход остальных рас. Наткнуться на охотников просто невозможно. Иначе бы мы уже вымерли.

Ответа не последовало. Вместо него прожигающий ненавистью взгляд.

- Его изгнали, - напряженный голос из моего ревущего пламени стал неожиданностью.

И тут я все понял. Он пошел в каратели самостоятельно, его не принуждали. Он хочет отомстить.

- Кто? – это был крик. Мой крик. Я так боялся узнать, что и ее больше нет. Что мою невесту изгнали вместе с отцом.

- Моя мать…

- ЭНГЕ! – и столько жгучего гнева и боли было в этом оре. Отец больше не был собой. Он был чудовищем, страшным и опасным, но уязвимым.

Теперь я успокоился. Моя любимая изгнала его, а значит, глава теперь Энге, и она жива. А еще у нее ребенок, но об этом я подумаю потом.

Лаис не выдержал первым, и попытался атаковать меня тонким клинком, будучи уверенным, что я отвлекся. Но я был собран. Теперь полностью.

Удар – перелом запястья, сустав в труху. Второй – лучевая кость напополам. Третий – плечо выбито, вправить невозможно. Четвертый – шея свернута, перелом позвоночника в трех местах. Голова болтается лишь на коже. Пятый – перелом тазовых костей, и он, наконец- то, оседает кучкой мяса, кожи и костяной трухи. Не сдается. Начинается регенерация.

- Ну уж нет. Я сказал лежать! – серия ударов, и в теле проклятого не осталось ни одной целой кости. На их сращивание уйдет пол рассвета, не меньше. К этому моменту его уже развеют.

- К-к-как? – я даже подумал, что мне показалось, но нет. Взгляд был красноречивее слов.

- Мне даже не пришлось тебя касаться, - я посмотрел на свою красную ладонь, что горела от скорости воздушных ударов, которые я наносил Лаису, - воздух, отец. Самая бездарная стихия, по твоему мнению, разделала тебя под котлету.

- А-а-а-а… хр-р-р… - раздалось за моей спиной. Явно предсмертные крики.

Я тут же рванул к фиолетовому фениксу, но не успел заменить его собой. Глупо было лезть в свой же огонь, но оставить мальчишку наедине со смертью, которая случается с ним, я уверен в этом, впервые, моя сущность не могла. Сгорели мы с ним вместе. Я, как и положено, от пореза, он – от моего пламени. Но это было не важно. Важным были губы, что шептали что-то, руки, что потянулись к нам обоим, и глаза, наполненные любовью, пусть и не ко мне. Я увидел Энге. Теперь можно и на перерождение.

***

Алибаскаэль рен Сиу

Я был лучшего о себе мнения. Владыка Хрустальных лесов всегда считался сдержанным и рассудительным эльфом. Увы, всего одна встреча с трагически погибшим наставником выбила меня из колеи.

Воздух всегда считался не особо сильной стихией в силу того, что овладеть им на должном уровне способны единицы. Я с самого рождения слушал насмешки от сверстников по поводу моей доминантной стихии. Даже отец, пусть и верил в меня, не особо надеялся на высокие результаты. Зато он компенсировал это великолепным образованием, на которое не жалел ни сил, ни средств. Однако, моих самостоятельных занятий со стихией было явно недостаточно. Это видела и мать.

Прошло более сотни лет моего саморазвития, когда пришел Лорисаэль. Уж не знаю, как моя заботливая матушка нашла его, но эльф был непревзойденным мастером воздуха. Он в шутку мог поднять буран в ограниченном пространстве или остановить шторм. Таким выходкам способствовало проживание на берегу моря и неспокойный климат предгорья.

Я воочию убедился, что воздух может быть разрушительной силой. Мой учитель играючи раскрошил целую скалу в пыль. Это было завораживающее и в то же время страшное зрелище. В тот день я увидел цель. Достичь таких же результатов стало для меня приоритетной задачей на ближайшие три сотни весен. И я смог.

Лори был больше не нужен мне как учитель. Я мог дальше развиваться сам. Но мы сильно сдружились с эльфом, и я не хотел отпускать его на юго-восточное побережье. Вот только триста весен и так большой срок, продлевать его учитель не хотел. А посему Лорисаэль решил не оставаться при дворе и покинул территорию светлых эльфов, на которой мы жили. Ведь моя мама была светлой.

Мы поддерживали связь долгое время, но она оборвалась, когда я потерял мать. Потрясение для меня и моего отца было слишком сильным. К тому же я готовился принять бразды правления в свои руки. Ведь у деда были свои проблемы. Широ спасал банши. Потому не удивительно, что я перестал отвечать на письма Лори, а он их писать. Вот только через весен пять я попытался вновь наладить переписку. Ответа не последовало. Сколько бы попыток я не делал, результат был одним. Связи не было. Сейчас я понимаю, что Лорисаэля, скорее всего, не было уже в живых.

- Прости, что не отвечал на твои письма, - твердо проговорил. Я всегда хотел за это извиниться.

- Я никогда на это не обижался. И мне жаль твою мать, - смерть не изменила его голоса. От этого на душе становилось тяжело.

- Я не хотел бы быть твоим противником.

- Поддаваться не советую, - теперь он угрожал мне, медленно наступая.

- И в мыслях не было, - тут же ответил я, - несмотря на нежелание драться с тобой, я уверен, что мне повезло с противником. Только я знаю твои слабые стороны, а значит, у меня не плохие шансы надрать твою задницу.

 И широкая улыбка была мне ответом. Такая же была на моем лице. Пусть больно, пусть неправильно, но мы встретились и у нас есть последний шанс сразиться в поединке. А это дорогого стоит. Особенно, для таких друзей, как мы.