Сдвиг - Кринг Тим - Страница 29

— А кто остановит его от новых убийств?

Какое-то время директор продолжал молча сидеть, глядя в сторону, потом вздохнул и, с трудом подняв из кресла грузное тело, застегнул пиджак и отдернул штору у себя за спиной. В окно открывался вид на Пенсильвания-авеню и здание давно закрытого старого кинотеатра. БК показалось, что директор смотрел туда почти с обожанием, а от глубоких вдохов на застегнутом пиджаке, прикрывавшем отвисший живот, натягивались складки.

— Федеральное управление материального обеспечения только что приобрело этот участок для строительства штаб-квартиры ФБР. Предполагается, что здесь будет возведено здание общей площадью три миллиона квадратных футов, где будут размещаться свыше семи тысяч сотрудников. Не сомневаюсь, что кому-нибудь из них это удастся.

БК смотрел на едва заметные выцветшие буквы вывески кинотеатра. «…Орф…» — разобрал он.

«Орфеум».

Он резко выпрямился.

— Они не назовут его вашим именем.

— Простите…

— Сначала вам надо будет умереть, — заявил БК и поразился собственной наглости. — Его не назовут вашим именем при жизни. И вы никогда не увидите плодов вашего труда.

Щека Гувера дернулась, и БК, не зная, как сие расценить, решил принять это за признание своей победы.

— Заместитель директора Толсон проводит вас… И я попрошу вас сдать ему перед уходом оружие.

Сначала он вел себя как обычно. На метро доехал до станции «Такома», зашел в свой боксерский клуб, где после тридцатиминутной разминки еще полчаса поработал с грушей, затем согласился на спарринг с парнем, который готовился к ежегодным соревнованиям боксеров-любителей «Золотые перчатки». После душа он, вопреки заведенному порядку, натянул на себя не спортивные брюки, а снова облачился в костюм. Застегнув ремень и повязав галстук, он привычным движением поправил наплечную кобуру, которую все равно надел, хоть она и была пустой. Он действовал машинально и сам не понял, почему прошел мимо своего дома в конец квартала и зашагал к дому Джерри и Дженни Бэртон, не задумываясь, как могут расценить это соседи. Джерри Бэртон работал электриком в здании министерства юстиции, и у специального агента Керрея могло оказаться много разных причин поговорить с ним. Джерри был членом профсоюзов «Международного братства электриков» и «Американской федерации государственных служащих» и к тому же работал в третью смену, отчего зарабатывал почти на четверть больше, чем БК, пусть и ходил на работу в грязной спецовке.

Когда-то дом Бэртонов был каретным сараем. Его владельцы переделали сарай под жилье и стали сдавать, превратив в самый маленький по площади жилой дом на улице. До того как БК начал работать, его мать, чтобы свести концы с концами, была вынуждена пустить квартирантов с питанием, но она всегда говорила: именно переделка сарая в дом положила начало тому, что их квартал перестал быть престижным. На самом же деле она имела в виду другое: и Джерри Бэртон, и жена его Дженни были чернокожими.

БК об этом тоже старался не думать.

Дверь ему открыла Дженни — с ребенком на руках. В комнате возились еще двое.

— О, здравствуйте, мистер… э-э… Керрей?

— Пожалуйста… — начал БК и добавил то, от чего его мать наверняка перевернулась в гробу: — Зовите меня Бо.

— Джерри! — Дженни сдула со лба прядь волос. — Сядьте, где вам удобно! — Она кивнула за спину в сторону комнаты и, так и не предложив ему войти, удалилась на кухню.

Небольшой участок паркета в прихожей переходил в ковер, почти целиком застилавший пол гостиной. Расцветки ковра не было видно из-за игрушек, сплошь покрывавших его поверхность. Мальчик лет трех и еще один ребенок неопределенного пола того же возраста играли в свою разновидность «Монополии», где сами устанавливали правила.

— Нет, лошадь перепрыгивает через шляпу, балда! — закричал тот, что точно был мальчиком.

На ступеньках послышались тяжелые шаги. БК мало что знал о Джерри Бэртоне за исключением того, что тот был крупным и многодетным. Помимо этих троих детей у Джерри имелось еще двое.

— Мам, Джек обозвал меня балдой!

Приближение Бэртона сопровождалось кряхтением и постаныванием, и было неясно, что являлось их источником: сам Джерри или прогибавшиеся половицы. Он появился в дверях, одетый в халат поверх белой футболки, и начал осторожно пробираться вперед, стараясь не наступить на игрушки.

— Добрый вечер, мистер Керрей, — поздоровался Бэртон, не сводя с БК удивленно-настороженного взгляда. В округе все знали, что БК работает на ФБР. — Извините за беспорядок. Сами понимаете — пятеро детишек, а дом маленький. Дженни и так старается как может.

— Пап! А Джек обозвал меня балдой!

— Замолчи, Лейн. Ты не видишь, у нас гости?

БК решил, что пора вмешаться.

— Извините, что беспокою вас дома, мистер Бэртон.

Бэртон взглянул на него исподлобья — казалось, он пытается прочесть, а не услышать слова БК. Через мгновение он кивнул:

— Чем могу помочь?

БК глубоко вдохнул.

— Как вы наверняка знаете, через министерство юстиции проходит множество важных документов, знакомиться с которыми могут только сотрудники, имеющие соответствующий допуск. Как нам стало известно, в некоторых отделах, которые обслуживали вы, произошла утечка информации.

В тишине, наступившей после слов БК, раздался крик одного из детей:

— Машина паркуется внутри шляпы! Внутри! Внутри!

— Джек!

Судя по всему, Джек хорошо знал эти нотки в голосе. Он подхватил брата и утащил на кухню.

— Агент Керрей? — произнес Бэртон, когда они остались одни. — Меня никуда не вызывали. Я вообще слышу об этом впервые!

БК улыбнулся и кивнул:

— В свете вашего безупречного послужного списка директор решил, что с вами лучше поговорить неофициально. — Еще не закончив, БК себя отругал: зачем было приплетать Джона Эдгара Гувера? Как будто директору есть дело до таких мелочей!

— Но у меня допуск третьего уровня, агент Керрей. Его подтвердили меньше шести месяцев назад!

— Моя мать отзывалась о вас очень хорошо, — сказал БК, хотя и сам не понял, при чем здесь она. — Я уверен, вы не сделали ничего плохого. Но все же утечки имели место — небольшие, но все же… — Поймав себя на том, что дважды произнес «но все же» в одной фразе, БК запнулся.

— Это из-за Эшли? Но мы с женой уже…

— Нет-нет, дело вовсе не в этом. Послушайте, мистер Бэртон, я уверен: вы не причастны к этому, — но, пока мы все не выяснили, боюсь, мне придется забрать ваш пропуск.

— Я позвоню на работу, — сказал Бэртон, делая шаг к телефону. — Я уверен, это какое-то недоразумение. Мы с Эшли просто…

— Мистер Бэртон! — БК постарался придать голосу решительность, но сам услышал в нем нотки отчаяния. — Звонить просто некому — расследование поручено мне. — Он протянул руку, молясь, чтобы она не дрожала. — Пропуск, пожалуйста!

Бэртон немного потоптался на месте, пока не скрипнула половица, и неуверенно двинулся к маленькой конторке у стены. Вытащив пропуск из ящика, он передал его БК с таким удрученным видом, будто всегда подозревал, что рано или поздно нечто подобное должно случиться. БК невольно вспомнил о проводнике поезда, мистере Хэнди. Неужели в Америке так себя чувствуют все чернокожие? Будто вся жизнь их — сплошное страдание? Он тут же подумал о Мельхиоре. Нет, по крайней мере один чернокожий в Америке больше не хотел жить на подачках. Вернее, двое, если считать доктора Кинга. Да, и еще Малькольм…

— Вы хотите обыскать дом, мистер Керрей? — оторвал его от размышлений унылый голос Бэртона. — Сами увидите — нам нечего скрывать. Мы честные люди, агент Керрей. Мы любим эту страну. И не стали бы посягать на ее безопасность.

БК убрал пропуск в карман.

— Как я уже говорил, это обычное расследование, и я проведу его лично из уважения к матери, которая была о вас высокого мнения. Я собираюсь сегодня же вечером отправиться на работу и решить все формальности. И я прослежу, чтобы вам оплатили сегодняшнюю смену. Считайте это неожиданным выходным.