Оборотная сторона героя (СИ) - Ясинская Марина Леонидовна - Страница 10

— Любопытно, — осторожно заметил Арагорн, на лице застыло выражение полного равнодушия.

— Сначала мы были частью боевого гопака, но два года назад у нас возникли некоторые… идеологические разногласия с Верховным Учителем, и мы основали собственную школу.

— Диканьскую, — по-прежнему осторожно предположил Арагорн и бросил быстрый взгляд на покрасневшего Илью.

— Совершенно верно, — приосанился усатый. — Отличительные черты гопака в Диканьском районе всегда игнорировали, тем не менее, у него имеется целый ряд концептуальных особенностей, которые и позволяют выделить его в самостоятельную школу…

— У которой будет свой собственный верховный учитель, — негромко заметил Василий.

— Главный Верховный Учитель, — поправил усатый и вдруг резко развернулся к стоявшему позади и давящемуся от смеха Илье. — Вы находите в этом что-то забавное, молодой человек? — надменно поднял он брови.

— Я? Нет! — выдавил из себя Илья между приступами непрекращающегося смеха и поспешно ретировался в раздевалку, немного, впрочем, жалея, что не услышит конца этой увлекательной беседы.

Василий с Арагорном подошли минут через десять.

— Ну и как, будет спарринг? — с любопытством поинтересовался Илья.

Василий хмыкнул куда-то в сторону; Арагорн закатил глаза и театрально вздохнул:

— Разберёмся. А сейчас пора заняться тобой.

Порывшись в спортивной сумке, вынул из неё три коротких меча, бросил один брату, другой — Илье. Василий ловко поймал меч за рукоятку, Илья свой уронил. Наклоняясь, чтобы поднять с пола оружие, пробурчал:

— За одно занятие из меня не то, что великого — даже сносного мечника не сделать.

— Вот это оптимизм! Так держать! — саркастически отозвался Арагорн и потащил Илью на ринг.

— Что, прямо тут? — удивился Илья, оглядываясь по сторонам. Ринг находился в центре помещения, на виду у всех. — А как же конспирация?

— Расслабься, — посоветовал Арагорн. — У нас тут практикуют самые разные виды боевых искусств, всякое видали, вплоть до копий, шестов и кистеней, так что мечом ты тут никого не удивишь.

— Разве что боевым гопаком, — негромко добавил стоявший позади Василий.

Илья коротко хохотнул.

Впрочем, вскоре стало не до смеха.

— Это — древний мир, — наставлял Арагорн, в то время, как Илья вращал ксифос во всех возможных плоскостях, кругами и восьмёрками, отслеживая положения меча в пространстве. — Бой там не отличается особой изысканностью. Потому сегодня ты будешь учить самые базовые вещи, и если ими овладеешь, с первого удара тебя точно не зарубят.

— А со второго? — хмуро пошутил Илья, рисуя ксифосом очередную восьмёрку.

Арагорн шутку проигнорировал.

— Запоминать будешь тройками. У нас на сегодня всего пять троек. Немного, правда? — и заметив кислое выражение лица Ильи, спросил: — Ты каким боевым искусством занимался? Самбо? Армейской рукопашкой? Каратэ?

— КМС по дзюдо. И Унибос.

— Прекрасно, — просиял Петрович. — Значит, базовые навыки у тебя уже есть, сейчас мы их просто немного подправим. Итак, первая тройка — три вида ударов: рубящие, колющие и секущие. Думаю, с этим и так всё ясно. Вторая тройка — у меча три части, по типу действия. Сильная, она же медленная и защитная — нижняя треть клинка до рукояти. Хочешь ослабить удар — принимай его вблизи, чтобы противник нанес его медленной, а не быстрой частью. Средняя, она же основная, для защиты и атаки на средней дистанции. Быстрая, она же атакующая — верхняя треть клинка до острия. При атаке самые эффективные рубящие удары наносятся средней и верхней частью клинка.

Следуя указаниям братьев, Илья перешёл на рубку предметов — нарабатывал удар мечом сначала по неподвижному бруску, а затем по подвижной мишени в руках у Василия.

— Третья тройка — три механизма ударов: кистевые, локтевые и плечевые. Четвёртая тройка — три основные области поражения: верхний уровень, голова и плечи; средний уровень, корпус до бедер, и нижний уровень — ноги.

Только сейчас уже изрядно взмыленного Илью допустили к отработке атак на настоящем противнике — Арагорне. Василий же отступил в сторону и негромко комментировал, внимательно наблюдая за процессом:

— Илья, очень важно при соприкосновении с мечом или телом противника слегка протягивать рукоять меча на себя. Это позволит не проваливать и не терять меч при ударах… С силой, с силой наноси удар, на выдохе!.. Не ударяй по касательной, ударяй по противнику!.. Это что за рысканье клинка? Фиксируй!

Илья уже давно задыхался, когда Арагорн, кажется, ничуть и не запыхавшийся, сообщил:

— И наконец, последняя тройка — защита. Прямой блок, скользящая защита и слив.

И следующий час уже Василий с неутомимостью автомата наносил удар за ударом, а Илья парировал.

Когда он вышел из «Октагона», у него так тряслись руки и ноги, что он даже задавался вопросом, а сможет ли он повести машину. Зато несколько прибавилось уверенности в своих силах.

Отправлять Илью в Трою поехали братья Петровичи и Ян.

Илью, измотанного тренировкой в «Октагоне», двухчасовой курс обновления древнегреческого в техцентре окончательно добил; сил не было — ни моральных, ни физических.

Но и в дороге его не оставили в покое — по пути к Шушморскому капищу Ян выливал на смятённый мозг Ильи огромное количество информации об осаде Трои: местоположения лагерей греческой армии, детальный план лагеря Ахилла, карты местности, чертежи Троянской крепости, схемы хода битв, имена участников… Всё это совершенно не откладывалось в памяти; Илья безразлично слушал Яна и безучастно смотрел на экран компьютера, в то время как его мысли бродили где-то далеко.

Из прострации Илью вывел только комментарий Яна к очередной фотографии:

— Вот она, та, из-за которой развязали величайшую в истории войну, легендарная Елена Прекрасная.

Илья моргнул и сфокусировал взгляд на мониторе. Вопреки ожиданиям, Елена не отличалась ослепительной, поражающей воображение красотой. Правильные черты лица, неплохо сложена — обычная симпатичная женщина. Правда, волосы у нее и впрямь хороши — сейчас таким бледно-золотистым оттенком природа почти никого не наделяет, сказываются результаты великих переселений и смешений народов. А легендарной красавицей она, похоже, прослыла благодаря тому, что носила поистине крошечные хитоны, беззастенчиво выставлявшие на всеобщее обозрение стройные ножки и почти всю грудь.

Когда многочисленные Антилохи, Фрасимеды, Мемноны, Сфенелы, Филоктеты и Протесилаи достигли критической массы, Илья не выдержал:

— Хватит. Я всё равно почти ничего не запоминаю. К тому же, перед смертью не надышишься, за три часа из меня Ахилла не сделаешь. Буду всё валить на Аполлона. Скажу, за то, что я его разозлил — я же его разозлил, так? Осквернил его храм и всё такое… Скажу, что он забросил меня в неведомые земли, и я провел там в скитаниях дюжину лет, потому многое позабыл…

— Неплохая мысль, — вмешался Арагорн.

— Если, конечно, смогу всё это сказать — на своём-то убогом древнегреческом, — пессимистически закончил Илья.

— Сможешь, — заверил Ян. — В техцентре знают, что делают. Окажешься в языковой среде — и сам увидишь. У меня пару лет назад так с арамейским было, а я ведь на нём до техцентра ни слова не знал.

Илья коротко кивнул. Видимо, понимая его состояние, Ян участливо поинтересовался:

— Давай сделаем по-другому — какие у тебя есть вопросы?

— Какие вопросы? — хмыкнул Илья. Вопросов было столько, что он не знал, с какого начать. Решил, что лучше с малого: — Ладно, ты мне вот что скажи — что мне конкретно завтра делать? Как вести мирмидонов, какие указания давать?

— Тут всё очень просто. Троянская армия выстраивается у стен города, греческая — напротив. Как все остальные с места тронутся, ты выбросишь меч вперёд и крикнешь что-нибудь своим мирмидонам. А дальше они всё сами сделают.

— Угу. Сами будут стены штурмовать?

— Какое, штурмовать стены? Ты что, Илья? В те времена ещё и греческая фаланга не сложилась! Строились-то войска, конечно, красиво, но с началом битвы этот прекрасный строй немедленно превращался в кучу-малу. Шли просто и без затей, как говорится, стенка на стенку. Про штурм крепости и речи не идет.