Лилит (СИ) - Карлова Светлана - Страница 52

Голос подал вампир, который уже стоял у дверей и держал за ручку:

— Ты его, хозяйка, души теми, что сейчас на тебе. Он любит кружавчики и красный цвет.

— Убью! — с криком меняя траекторию движения помчалась Сашка.

В это знаменательный момент открылась входная дверь. На пороге стоял Кошелев и Бруно.

— Кого убиваешь? — буднично поинтересовался Вован.

— Вовка, держи рыжего гавнюка! Я его счас упокаивать буду, — наступала ведьма.

— Прости, Саныч, но держать не могу и упокаивать не дам.

— Почему это? — от Сан Саныч удивления даже затормозила.

— А его куча народа под замком требует. Говорят, волшебный избавитель он их. Мол, мир спасет и всё такое. Прикинь, даж девственниц ему привели на обед, — с задорным смешком говорил Кошелев.

— Мужик, не сдавай меня им! — неожиданно взмолился Рэд.

— А что так? — удивленно спросил Йозеф.

— Я по глупости своим отпрыскам сертификатов наоставлял, пообещал золотом отплатить и признать, а потом меня свои же и угробили, — печально подытожил рыжий.

— И много у тебя детей было? — поинтересовался Рик.

— Сотен 7 или 8. Точно не скажу.

Старший охранник монастыря аж присвистнул.

— Ну, я когда тут застрял, — начал вампир, — со скуки прикинулся менестрелем и стал по миру путешествовать. Пока путешествовал, конечно, отдыхал и не всегда один. В общем, за 400 лет я хорошо погулял, можно так сказать.

— Вот это ты даёшь, дедуля, — неожиданно вклинился Джером.

— Я только девственниц… того, — неожиданно созналась ожившая мумия и потупила глаза.

— Ты, посмотри, какие мы гурманы. Свежатинки захотелось?! — взвыла одуревшим голосом ведьма и бесцельно швырнула кол в вампира. — Точно убью!

Неожиданно повисла тишина. Со двора слышался гомон и крики. Младший Сифиром понимал, что если этот старикан не разрулит ситуацию, то требовать будут уже с него. А у него не горы золота и мятеж может опять назреть. Ситуацию разрядил Вован:

— Саныч, а давай пацана отмажем. Как раньше, по старинке.

Смелова задумчиво посмотрела на друга детства и согласно кивнула. Выход был, но вампиру бы он не понравился. А если всё удастся, то она сможет отомстить за постельный позор. Именно так размышляла ведьма и таки приняла решение.

— Пойдём, горе родоначальник, твоих родственничков успокаивать.

— А может порталом в ваш мир? — предложил Рэд.

— А они Джерома четвертуют. Не жалко правнука? — неожиданно вклинился Эльрик.

Дракон снова опустил виновато глаза и кивнул в знак согласия.

Через 5 минут из комнаты вышла процессия почти из всех присутствующих: впереди бежали Вован и Йозеф, потом шли Смелова под руку с Герой, а процессию замыкали Рик, в образе отца Талия, и Рэд, в уже приличной одежде и заплетенными волосами.

Уже возле защитных стен монастыря Смелова резко становилась и, вздохнув, буднично приказала:

— Рыж, раздевайся. Догола, — потом обратилась к Герхарду. — Давай свой поводок сюда, будем играть картину маслом.

Фон Вальде заулыбался. Рик почем-то начал смущаться, а вот Рыж пожал плечами стал стаскивать с себя одежду. Когда дело дошло до нижнего белья, ведьма скривилась и таки разрешила оставить стыд прикрытым. Шустро надела ошейник на шею вампира и прикрепила поводок. На стену уже поднимался Йозеф, Сашка и Рэд.

Увидев своего «родственничка» толпа взорвалась негодованием и криками типа «где наши деньги и привилегии». Потом разглядела рабский ошейник и самодовольную пигалицу и переключилась на неё. Честно говоря, Александра Александровна хотела решить дело миром, но когда услышала от какой-то дородной тетки что-то вроде «малолетка драная, отдай кормильца», не сдержалась: открыла «Золотые врата», из которых под ноги толпы полетела пару мечей и копий. Народец немного угомонился и притих. Тогда и решила брать быка за рога:

— Вы мне предлагаете отпустить этого кобеля? Я правильно понимаю?

Народ ободрительно загомонил.

— Вы что больные все? Сколько девок он в женщин превратил или вам надо больше? У вас хоть в голове что-то осталось? Он же почти тыщу лет голодным провалялся в саркофаге и первых залюбит до смерти. Сначала того… а потом всю кровушку выпьет и бросит на сеновале. Есть желающие, так лучше сразу выдайте нам добровольных жертв. Я его накормлю, а потом отдам вам.

Добровольных жертв не нашлось. Да и дамы приутихли. Желающих отдать родную кровиночку зубастому упырю не нашлось. Смелова задорно хмыкнула. И дернула на себя поводок. Вампир подался вперед и, подыгрывая, кротко присел рядом у ног хозяйка.

— Как его хозяйка, — начала снова говорить рыжая ведьма, — обязуюсь увести это вселенское горе из вашего мира. В моём он не сможет причинить вред уже ни кому. А чтоб вы были уверены в моём слове, могу дать вам клятву хоть на крови, хоть на чем хотите.

Толпа молчала, но неожиданно подала голос всё та же наглая тетка:

— А он тебя не схарчит при первой возможности? А девочка?

— Не схарчит, будь уверена, — в руке у неё появилась плетка с серебряными наконечниками и она больно стеганула по спине рыжего. Аресрэд заскрипел зубами.

Толпа видимо тоже прониклась уже скорее жалостью, чем ненавистью к упырю и тут настал момент кульминации. И ведьма продолжила:

— Сим заключаю контракт со своим новым слугой, — и нещадно потянула на себя ошейник с Рыжем. — Приказываю подчинятся мне до моей смерти. И ставлю особое ограничение: не творить зал себе и людям живым.

Глаза вампира недобро вспыхнули, но в этот момент ведьма впилась губами в его губы и прокусила их, смешивая кровь. Как бы навсегда скрепляя приказ. Все было кончено. Толпа угомонилась и начала расходиться. На стене стоял довольная до нельзя Смелова, хмурый Рэд фон Вальде и ехидно хихикающий Бруно.

Процессия не спеша спустилась. Вампир стал одеваться, Смелова отдала плетку оборотню и попросила отнести в её комнату, а сама в сопровождении Герхарда и Коши поплелась на кухню за закуской. Вован намекнул, что у него в загашнике спрятана пара бутылок «вкусняшки» и предложил распить перед отбытием. Противников сего не было. К их компании присоединился и молодой Сифиром, который тоже словно из воздуха выудил пару бутылок местного игристого, как он выразился «специально для дамы».

Над монастырем Святого Патриция уже давно сгустились сумерки, и на небе появилась россыпь звезд. В одной из келий было очень шумно. Там провожали компанию иномирцев, которые уже завтра будут уходить на свою родину, прихватив с собой двоих из этого мира: спокойного и уравновешенного священника Талия и главное зло этого мира — вампира Сифирома Аресрэда. Оба мужчины пили и веселились: один потому что вернется, как оказалось, в свой мир, а второй… Ну наверно потому что сменит тихую жизнь и побывает там, где раньше не был и не смог бы побывать, если бы его сначала судьба не свела с оборотнем, а потом уже и с ведьмой.

Ночь была в разгаре, когда в коридоре появилась ведьма с полной бутылкой игристого в руках. Гам и шум мужского общества её утомил, и она поплелась туда где тихо — на крышу. Зная мужиков, она предположила, что вскоре они дойдут до кондиции и поваляться спать в её комнате. А храп и здоровый сон у неё не вязались воедино и, именно поэтому она улизнула, предварительно прихватив монашеский теплый плащик.

На крышу она попала беспрепятственно. Расстелила плащ, уселась, откупорила бутылку и закурила. Небо было шикарным: грозди звезд просто нависали над головой, луны, а их было именно две. Легкий теплый ветерок развевал волосы. И самое главное — было тихо. Где то вдалеке слышался гомон компании, а здесь проскакивали звуки леса, ночных птиц и редкие голоса охраны. Монастырь спал и спал весь мир.

За спиной тихо засопели. Смелова вздохнула и буркнула:

— Чего тебе?

— Можно с тобой посидеть? — спросил Рик.

— А что компания уже утомила? — ехидно улыбаясь спросила она.

— Шумные они просто. Особенно три рыжих в одной комнате — это перебор.

— Четыре, — уточнила ведьма.