Лилит (СИ) - Карлова Светлана - Страница 35

— Давай помогу. А то на тебя смотреть жалко, — подытожил посланник и стал раздевать Геру. А тот в свою очередь закрыл глаза и привалился плечом к стене.

На удивление, руки божества были мягкие, а кожа бархатистая. Непроизвольно демон сравнил их с руками хозяйки. В этот момент сладостный спазм начал скручивать все мышцы. Демон непроизвольно застонал.

Пока секретарь мысленно возвращался к госпоже, Ньярлатхотеп успел уже полностью раздеть слугу ученицы и завернуть в её одеяло. Гера вдохнул знакомый запах и, словно кот, заурчал.

Темный сел на кровать рядом и, как больного ребенка, обнял демона. Последнего пробивала дрожь, которую сил унять не было. Божеству стало почему-то жалко секретаря, и он порывисто поцеловал его в макушку.

— Ещё, — почти неосознанно простонал Герхард.

— Твоей хозяйке это дорого обойдется, — с легким ехидством отметил Хотеп.

— Я сам расплачусь.

Древний тихо рассмеялся, но в этот момент демон высвободил руку из кокона одеяла и безнадежно вцепился в воротник рубахи Хотепа. Посланник взглянул в глаза секретаря и увидел лишь мольбу о помощи. После этого протяжно вздохнул и прислонился лбом к виску слуги. На мгновение ему стало жалко фон Вальде. Он стал насвистывать ему песенку, под которую часто засыпала Смелова, когда училась у него. Рыжий бог любил одну единственную музыкальную шкатулку и постоянно её открывал по вечерам, а Сашка опустив голову на стол засыпала, глядя как кружится балерина на одной ноге. Демон ослабил хватку и примостил голову на плече учителя хозяйки. Но покой длился всего несколько минут.

Вскоре пришла третья волна. Гера выгнулся всем телом и вцепился одной рукой Древнему в колено. Хотеп зашипел и резко повалил негодника на кровать. Немного побрыкавшись, Герхард успокоился и как то несчастно всхлипнул. Потом снова начал постанывать, плотно сжав губы. Древний медлил.

В какой-то момент демон сквозь стон стал звать хозяйку. Пожалуй, этот факт и отвлек от раздумий Посланника. Он резко наклонился, пристально вгляделся в лицо секретаря, потом порывисто, убрал со лба демона сбившуюся челку и поцеловал.

— А теперь спи.

Гера провалился в темноту. Там было одиноко и холодно. Словно на задворках сознания он звал кровника, который тоже звал его. Встреча оказалась неожиданной. Они смотрели друг на друга. Метки контракта горели адским огнем и повинуясь инстинктам они прижались друг к дружке. Словно пытаясь слиться в единое целое и тем самым облегчить страдания. А потом наступила Тьма из которой они лишь смогли разглядеть алые глаза и белоснежные волосы. Кто-то третий коснулся их плеча. Оба демона провалились в глубокий сон без сновидений.

Глава 7. Совсем не доброе утро

Нет ни чего хуже, чем провести всю ночь в седле. Рассвет Йозеф и Вовка встречали всё так же в седле, преодолев уже три деревни. Во всех трех информаторы, в лице местных пронырливых мальчишек, сообщили, что ничего подозрительного не наблюдалось и в общем обстановка самая мирная. До следующей деревни ещё около часа езды, а там трактир и два часа сна, после чего необходимо возобновить путь.

Все деревеньки и городки располагались по дуге в отношении монастыря и сейчас всю миссию можно было замаскировать под стандартный объезд приграничных с вампирами земель с целью банальной проверки. Часть деревень была чисто человеческой, а некоторые были наполовину с наследниками и жертвами немертвых. В маршрут им попало всего два поселения с чисто «вампирским» населением и это были среднего размера города, который разместились вокруг брошенных монастырей. В самих же монастырях жили местные относительно чистокровные вампиры, которых назначил сам молодой повелитель. Первый городок называли Микулэ, в честь первого наместника. А второй оставил себе имя бывшего монастыря — Ангелик. В Микулэ «инспекторы» должны были прибыть в полдень, а в Ангелик лишь с наступлением сумерек.

Деревенька с гордым названием Винокурь встретила путников десятком покосившихся хат, двумя коровами и небольшим трактиром. По единственной и главной улице расхаживали куры и утки, а местно население, в основном состоящее из старух и хитрого вида дедков, провожало путников взглядом, не сказавши и слова. Из последней хаты выскочил пацаненок и бросился к Бруно. В руке восьмилетний рыжий и конопатый хитрец держал кусок свитка. Йозеф остановил коня и протянул мальчугану руку. Рыжик не стесняясь и нагло глядя в глаза опытного охранника отдал бумагу с гербовым знаком Ордена и быстро ретировался.

Коша подъехал и посмотрел через плечё охранника и аж присвистнул от прочитанного. А Бруно уже осматривал жителей деревни уже более притязательно. Взгляд натолкнулся на очень ветхого, если не сказать дряхлого до безобразия, деда с живыми глазами.

— Милейший, — начал было глава охраны, но его перебил сам дед.

— Не чего расшаркиваться, — и тряхнув головой снял морок. Перед путниками уже стоял молодой черноволосый крепкий мужчина в простой полотняной рубахе и таких же штанах. Босой и не бритый. — Мы поняли кто вы. И думаю, что стоит поговорить.

Мужик указал на тот дом откуда выбегал конопатый пацан. Путники молча кивнули и спешились. Бывшие «пенсионеры», а теперь молодые и крепкие мужчины и женщины, молча поклонились и приняли поводья лошадей.

В стареньком, но крепком домишке было чисто. Мужчины сели за стол, а огненно-рыжая молодуха поставила на стол отвар.

— Я староста Винокури. Зовут меня Листон. А прячемся мы от очень уж любопытных соседей.

— От Микулэ, что ли? — поинтересовался капитан Кошелев.

— Нет, от Ангелика. Уж больно там настроения нехорошие, — со вздохом проговорил мужчина. — Там у них вроде как заговор против нашего правителя назревает. И всё ради какого-то мифического наследия. Народец ушлый там — хотят вмиг разбогатеть ни капли не приложив труда.

— Понятно, — резюмировал Бруно. — А вы то чего прячетесь?

— Мужчина на миг засмущался, а потом решительно ответил:

— А кто их знает. Может в рекруты позовут, а может и на наше наследие посягнут.

Путники удивленно переглянулись.

— Мы то все прямые потомки Первородного, — тихо произнес Листон.

Йозеф аж ахнул. Чего не ожила, так это найти целую деревню прямых потомков Первого вампира, которые не кичатся своей родовитостью, а прячутся в ветхой деревне. Ну видимо на это было их право. В этот момент Вовка не теряя рабочего настроя, сразу стал брать быка за рога.

— А не желаете ли вы, избавится от этого гемора? — Спросил по свойски Коша.

Староста на мгновение задумался, а потом сказал:

— Я один не решаю. У народа спросить надо, — потом резко встал и вышел из дома.

Лишь дверь закрылась, на кэпа уставился Йозеф.

— Что? — Не менее удивился военный. — Нам союзники не помешают, да и Ангелик голыми руками не взять.

Начальник охраны монастыря тоже задумался. Так они молча попивали отвар, когда вошел староста.

— Нас всего лишь два десятка мужиков, но и несколько девок увязываются. Так что можете на нас рассчитывать. Нам плохие соседи не нужны. Дайте нам пару часов и можно отправляться. Кстати, там портал рядом с городом есть, а мы храним завет Праотца и знаем как ими пользоваться.

Путники хитро и довольно улыбнулись. На стол перед ними опустились две тарелки с кашей и тушеным мясом. Аппетитный запах ещё больше поднял настроение. Дела налаживались.

В монастыре первым проснулся Герхард. Почти на рассвете демон понял, что чертовски замерз. Зубы не стучали, но руки и ноги были словно из ваты. Всё тело ломало. Он ещё подумал, что так наверно себя чувствуют люди, когда их простуда с ног валит. Потом хмыкнул своим мыслям и улыбнулся. Решил открыть глаза. Решил — сделал. От увиденной картины захотелось снова зажмуриться.

На краю кровати сидел Ньярлатхотеп с оторванным воротником на рубахе и пошловатой улыбкой. Заметив, что слуга ученицы проснулся, Древний послал ему воздушный поцелуй. Гера сразу всё вспомнил, но подумал, что лучше бы забыл: и вечер, и карцер, и келью, и разговор, и свои просьбы, а потом… Картинки мелькали перед глазами. Стыдно демону не было, просто неприятно, что он приставал к мужчине, тем более божеству и уж тем более к учителю своей хозяйки.