Лилит (СИ) - Карлова Светлана - Страница 30

Утро началось для ведьмы с чашки кофе и блинчиков. Демон всё равно решил не спать — он считал сон непозволительной роскошью. Раз уж всплыли все секреты, решил помочь монастырским по кухне и за одно хозяйку блинами побаловать. Вчера, а точнее сегодня поздно ночью, Смелова ложилась в дурном расположении духа. Ведьму раздражали два факта: проигрыш Гере и интрига от святого отца. Перед сном Смелова шарахнула кроссовком в стену и произнесла: «Спокойной ночи, старый извращенец!». И только тогда со спокойной душой уснула.

На кухню ворвался Йозеф и похлопал демона по плечу.

— Ну, вы и вычудили. Талий от упоминания о прошлой ночи аж нервно закашлялся. Мне однозначно нравится твоя хозяйка. Слушай она не замужем?

— Нет, замужем и дочь имеется, — ответил задумчиво Герхард.

Не то чтобы Гера сожалел о замужестве госпожи, но хозяйского мужа подспудно побаивался. Смелов внушал ему слабо уловимый трепет, а теперь, после рассказа Хотепа про Гелала, демон особенно задумался о фигуре Смелова во всей этой истории. Его до нельзя беспокоил Гелал: если Тёмный покровитель так опекал ведьму, то почему теперь забросил? Такие как он не оставляют просто так своих жертв а, может, приберег рыжую бестию на десерт? Сомнительно, хотя и имеет место быть. Смелова он, фон Вальде, уважал, и понимал, что когда Гелал придёт за своей игрушкой, от программиста не останется и мокрого места. От темных мыслей его снова отвлек Бруно.

— Пойдем покормим ведьму и пора идти к Талию, а то он как то сильно нервничает.

Гера поднял в удивлении брови.

— Ну, просил проследить, чтоб магичка оделась подобающе и не смущала монахов, — это Йозеф говорил уже слегка посмеиваясь. Гера заулыбался. Значит неприступный монах не такой уж и неприступный. Демон мысленно махнул рукой, взял тарелку с кружкой и пошел в свою комнату, будить Смелову.

В этот момент небольшое собрание по поводу дальнейших действий было закрыто. Карты убраны в стол и план действий расписан. Единственное что стало не тронуто это основная карта эргегцогства, в котором и был монастырь и несколько поселений вампиров. Бунтарей там не было и быть не могло, но проверить таки было решено. Священник яро доказывал, что сможет присоединиться к разведотряду, но его резко прервал Древний:

— Совсем с катушек слетел, блохастый! А если у тебя активная фаза начнется раньше времени? Ты же можешь полгорода порвать к чертям собачим! Даже дружка своего не пожалеешь, потому как соображать не будешь.

— До обращения трое суток, — резко вздернул подбородок ответил Талий и демонстративно замотался в рясу. — Да и если я почувствую что-то, сразу же отправлюсь в монастырь.

— Ага, пешком по лесу? Ты совсем одичал?

— Почему пешком? Я на лошади!

— Какая к черту лошадь? От тебя волком нести за версту будет, не одна коняшка тебя не повезет. А порталом тебя кидать, много чести. Вон ведьму посторожишь, а за одно поохраняешь свой монастырь от блуда и разврата, — это уже было сказано с неприкрытой улыбкой. Хотеп веселился на всю, вспоминая вчерашний казус.

Талий скрипнул зубами, развернулся и пошел к окну. Надеялся священник, что свежий утренний воздух вернет ему самообладание и здоровый ход мыслей. На поверку рассуждения Древнего были как нельзя правильными. Но идея о том, что его лучший друг поедет с бвумя незнакомцами на проверку деревни его беспокоила. Внутреннее чутьё говорило об опастности, но и не пускать Йозефа он не мог.

Уже через полчаса по коридору шли трое: охранник, демон и бесформенный мешок. Смелова не стала искушать судьбу, а оделась по-простому — джинсы, рубашка, кроссовки и неизменный мешковидный плащ. В кабинете настоятеля троицу уже ожидали сам хозяин рабочей площади, Ньярлатхотеп и Кошелев. Древний развалился в кресле, а Вован по привычке прислонился к стене. Настоятель молча смотрел в окно. Приход ведьмы ознаменовали вздохи облегчения. Настоятель окинул даму взглядом и ободрительно кивнул. Йозеф пристроился рядом с Кошей. Смелова села на стул, который стоял возле стола, Гера стал за спиной хозяйки. Талий немного постоял и тоже присел за стол и, вздохнув, начал говорить.

— Вчера, а точнее этой ночью, я обещал рассказать о причине моего ухода в монастырь.

Тишина повисла. Бруно обрадовался, что друг решился-таки на просьбу о помощи.

— Итак, 7 лет назад я работал наёмником и караванщики меня наняли для охраны. В одном из лесов недалеко от владений вампиров на лагерь напал огромный волке. Тогда он разорвал половину лошадей и нескольких людей. К своему несчастью, я решил, что смогу победить оборотня. Тогда я почти умер. Зверь меня сильно порвал, и в мою кровь попала его. Через несколько дней, я уже пошел на поправку вместо того чтобы упокоится с миром. А через неделю заметил изменения. Тогда-то меня и вызвали Святые отцы. Узнав правду, я принял их предложение и ушел в монастырь и занял пост отца-настоятеля. А раз в месяц, в одной из камер карцера, я закрываюсь на три дня, пока не смогу снова контролировать себя. К слову, через несколько дней я снова должен буду уединиться…

Йозеф уже обрадовался, что друг попросит ведьму о помощи, но…

— Поскольку я не смогу контролировать происходящее, а в первый же день после моего выхода нам придется ехать на переговоры, прошу вас, — и настоятель окинул присутствующих тяжелым взглядом, — без шуток и фокусов. Здесь монастырь, а не балаган или казино. Александра, попрошу вас сдать мне ваши карты. Если уж очень скучно сходите в библиотеку или поиграйте на фортепьяно. Да, и не каких поездок голышом на вашем слуге.

Гера лишь взглянул на хозяйку и тут же отдал колоду карт, которая была во внутреннем кармане пиджака. Хотеп заулыбался и подмигнул бывшей ученицы. А Йозеф у стены сник, но потом, собравшись, выпалил:

— Саша, ты же можешь ему помочь? Мне Древний сказал что можешь, — охранник подскочил к ведьме, присел на корточки и взял её за руку, стал смотреть в глаза. — Он упрямец, никогда не попросит о помощи. Я прошу за него — помоги…

В этот момент подскочил Талий:

— Замолчи Йозеф! Ты не знаешь о чем просишь. В момент обращения я не контролирую себя и уж тем более смутно понимаю, что происходит вокруг. Я могу убить человека без зазрения совести…

Повисла тишина. Смелова встала и медленно повернулась к монаху. Глаза Талия уже отливали алым огнем.

— Как интересно, — спокойно заметила ведьма. — Просьбу я могу выполнить, но лишь при том условии, что сам клиент будет согласен. Священник, ты хочешь больше не прятаться в сыром подвале? Хочешь нормально жить и оборачиваться когда захочешь, а тем более говорить по-человечьи даже в зверином облике?

Талий изумленно смотрел на ведьму. Та неспешно развернулась и пошла к выходу, а потом добавила:

— У тебя на раздумья сутки, и да — где у вас фортепьяно и библиотека расположены?

— Я покажу, — вызвался Йозеф и поспешил к выходу из комнаты.

Кошелев пошел с демоном вслед за ведьмой и только Древний остался сидеть в кресле и с отсутствующим видом заговорил:

— Не ври настоятель, что предложение ведьмы тебя не заинтересовало. Я по глазам видел. Убить её ты не сможешь, но знай — если она укротит в тебе зверя, станешь её с потрохами. Герхарда видел — этот ещё новенький, а вот её первый демон, Матиас, уже давно без хозяйки не может. И если она вдруг погибнет и не освободит их — последуют за госпожой в небытие. Ну как? Ах да, если ты всё ещё мужчина, то способ кормежки моей Бусинки тебя приятно удивит.

После этих слов и Посланник Тёмных богов встал и ушел. А Талий отошел к окну и долго всматривался вдаль. Остались сутки до превращения, эту ночь тяжело будет пережить. Может лучше сразу спуститься в карцер? Нет, надо держаться. Трое суток без еды и воды можно пережит, а вот четверо — это большой вопрос. Настоятель продолжал думать и хмуриться.

В кабинет вернулся капитан Кошелев. Он молча вошел и сел на стул. Талий отложил перо и бумагу и стал пристально разглядывать своего гостя. Достаточно молод, волевые черты лица, глаза горят живым светом и веет он него добротой, несмотря на рост и силу тела.